ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 3

– Что происходит? – бросила Алиса на ходу и прошла в кабинет.

Она не выносила этот аквариум – стеклянные стены, стеклянные двери, но так у них в богадельне было принято – сотрудники с головой отдавались работе под неусыпным взором начальства. Через стеклянную стену сидела Оля. Алиса даже повесила между ними деревянные жалюзи – чтобы не сталкиваться взглядами, но это не помогло – даже оставаясь невидимой, Оля раздражала Алису со страшной силой.

Алиса набрала номер заместителя главных редакторов.

– Маш, «Почувствуй разницу!» снимаем. Есть что-нибудь в загашнике? – поинтересовалась она.

– Э-ээ… – промямлила Маша. – Почему?

– Надо читать материал перед тем, как сдавать его в номер! – отрезала Алиса и повесила трубку.

Как и следовало ожидать, Маша появилась ровно через секунду. Вместе со своими кудрявыми, до талии, волосами, очками в черной оправе, джинсах с высокой талией и рубашечкой в цветочек. Мало того, что Алису до исступления доводили волосы ниже лопаток – было в этом, с ее точки зрения, нечто совершенно неприличное – какие-то розовые девические мечты, тургеневские романтические страдания, что-то нереальное, из придуманного мира… Она еще не понимала, отчего Маша так держится за очки – когда в мире существуют контактные линзы! Ну, а про брюки с высокой – то есть, извините, стандартной, талией и говорить не имеет смысла – за них надо арестовывать.

Вот посмотришь на Машу – и сразу ясно: девушка из хорошей семьи, девушка, в которой настолько нет ничего вульгарного, что само отсутствие вульгарности делается вульгарным! Девушка, которая ни разу в жизни не сделала ничего в знак протеста – не закурила, не накрасила губы красной помадой, не напилась до соплей и не включила на всю катушку Джимми Моррисона.

Машу привела в редакцию Оля – они с детства дружили, и за это Алиса ненавидела ее еще больше, хотя, конечно, началось все с того, что как только Алиса первый раз взглянула на нового заместителя главных редакторов, она поняла, что видит свою полную противоположность.

– Алиса, я не поняла, что ты имеешь в виду, – заявила Маша.

– Я имею в виду именно то, что сказала, – отрезала Алиса. – Статью надо поменять. Немедленно.

– Но она уже пошла в номер! Мы завтра сдаемся! – возмутилась Маша.

– Маш, это твой косяк. Твои проблемы. Ты зачем эту мерзость в номер поставила?

– Слушай, Оля материал одобрила…

– Хорошо, – перебила ее Алиса. – Зови Олю.

Спустя минуту вошла Оля, и Алиса в который раз позавидовала тому, что некоторые люди начисто лишены комплексов.

Оля была толстой. Но по странному капризу природы не такой толстой, как большинство баб – с круглым лицом, глазами-щелочками, пузом и галифе на бедрах. Она просто время от времени увеличивалась на размер – при этом у нее был плоский живот, подтянутая задница и вполне аккуратное личико. Только вот размер, наверное, уже приблизился к пятьдесят второму.

Но Оля все равно надевала джинсы с талией на бедрах, обтягивающие топы или короткие юбки – возможно, она казалась себе прекрасной.

– Алиса, ты опять… – начала было Оля, но та не дала ей сказать ни слова.

– Объясняю! – она повысила голос. – Пока я была занята спецпроектом, вы протащили в журнал материал, от которого, по слухам, со скандалом отказались все региональные, корпоративные и интернет-издания. Но мы же добрые и щедрые, так что нам, конечно, не жалко пустить в номер никчемный, бездарный и совершенно бессмысленный материал, если бы не одно «но». Материал стоит перед рекламой «Карнавала» – как мы все помним, новой сети магазинов женской одежды, с которой была заранее согласована тема. Но в «Карнавале» вчера попросили прислать текст, а сегодня они уже готовы разместить рекламу в «Космополитен» или в «Гламур» – они надеются, что там их не поставят после заметки, которую никто не осилит и наполовину – а значит, пролистнет вместе с их рекламой. Напоминаю – они собирались заключить контракт минимум на полгода.

– Можно увидеть письмо? – холодно спросила Оля.

Алиса открыла электронную почту.

– Но письмо пришло вчера, – заметила Оля.

– И что?

– Ты не могла сказать об этом вчера? – Оля оперлась обеими руками на стол и тяжело посмотрела на Алису.

– Вчера я была на съемках!

– Но у тебя же есть наладонник!

– Именно вчера он разрядился!

В этом и был смысл – дать понять, что все не просто так, а с ее, Алисы, подачи и не придраться: «Карнавал» сделал запрос, выразил недоумение – все красиво. Ведь никто не знает, что Алиса подружилась с девушкой из «Карнавала», осторожно выразила сомнение, девушка – чтобы показать начальству, какая она предусмотрительная и как рьяно бдит интересы компании, – поставила ультиматум, и по цепочке они вернулись к тому, с чего начали – к автору.

К автору Оли, к очередной сочинительнице, чьи тексты были похожи на покойников в дорогих гробах, с венками из свежих цветов, с безупречным гримом, в красивом костюме, но в которых не было одного – жизни. Технически правильные, фактурные материалы, в которых можно было завязнуть, как в бетоне… Алиса спорила, Алиса увольняла, Алиса рвала и метала, но не подвинула Олю вместе с ее безжизненными авторами ни на сантиметр.

И теперь она мстила. И хотела бы надеяться, что до Оли дойдет смысл этих ее махинаций.

– Ясно, – кивнула Оля. – Маш, попроси Квливидзе написать что-нибудь веселое на эту тему… Нет, я сама позвоню… – и она вышла из кабинета Алисы.

Вышла, виляя тяжелыми бедрами.

Алиса посмотрела макет журнала, ответила на пару звонков и отправилась в отдел моды.

– Привет, девушки! – весело начала она. – Поздравляю!

Стилистки зарделись.

– В этом номере вам удалось полностью завалить модную съемку и явить дорогим читательницам, не побоюсь этого слова, полный пи…ц! – объявила Алиса.

Девушки все еще улыбались, но как-то неуверенно.

– Ты…

Алиса очень любила Наташу – редактора отдела моды, но та, к сожалению, имела особенность время от времени бессовестно халтурить.

– Наташ, фиолетовый в сочетании с красным и коричневым – это какое-то творчество шизофреников! – рявкнула Алиса. – Извини, но ты осталась без премии.

– Но я рассчитывала… – задохнулась Наташа.

– А я рассчитывала на то, что над нами в этом месяце не будут смеяться в «Воге»! Ты меня поняла?

Алиса оглядела Наташу с ног до головы и вышла в коридор. Ее догнала ассистентка редактора моды.

– Алиса, понимаете… – запищала девица, но главный редактор даже не обернулась. На ходу бросила:

– Не лезь не в свое дело! – и вернулась в кабинет.

Она уже давно поняла – чем больше церемонишься, тем меньше дистанция между начальницей и подчиненными. А если сотрудники не считают тебя страшным и ужасным начальством – начинается анархия.

Если честно, то ее ненавидели. Но вот парадокс – чем больше истерик, обещаний «поставить эту стерву на место» гуляло по редакции, тем больше они все старались завоевать ее любовь. Алиса умела хвалить и умела ценить – за хорошую работу выписывала повышенный гонорар, отправляла девочек в промотуры на Мальдивы, на Ямайку, в Китай, устраивала раздачу слонов – халявной косметики и парфюмерии, которой заваливали журнал, но за это высказывала то, что думала – если ее не устраивал результат.

Плакаться и ныть ходили к Оле – но это было бессмысленно, так как совет директоров интересовало лишь одно – сколько номеров журнала купят в этом месяце.

Олин папа был очень нужен владельцу журнала, у которого, кроме издательского дома, имелся еще какой-то серьезный бизнес, поэтому Оля могла явиться на работу голой и поджечь офис – и все равно бы осталась главным редактором. Но Алису ценили не меньше – она делала все, чтобы журнал оставался самым популярным. И самым доходным.

– Ладно, я поехала на открытие чего-то там в Барвиху, – сообщила Алиса секретарю. – Сегодня меня не будет.

Она вышла из редакции и поблагодарила высшие силы за то, что работает в таком замечательном месте, где тусовки считаются деловой встречей – никогда не знаешь, где объявятся потенциальные рекламодатели. Бизнесмены тащатся на переговоры, сидят в комнатах, где всегда слишком прохладно из-за кондиционеров, в скучной компании, на скучной мебели – а она едет на прием, где будет много знакомых, вкусная еда, красивая одежда и свежий воздух.

6
{"b":"104010","o":1}