ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сборная ФРГ перед четвертьфинальным поединком ЧМ-86 с хозяевами — Мексикой — в Монтеррее. Стоят (слева направо): Лотар Маттеус, Харальд «Тони» Шумахер, Томас Бертольд, Ганс-Петерс Бригель, Дитмар Якобс, Феликс Магат. Присели: Карл-Хайнц Ферстер, Клаус Аллофс, Андреас Бреме, Карл-Хайнц Румменигге, Норберт Эдер.

Последний диктатор Европы - bt.jpg

НАПРАСНЫЕ ЮГОСЛАВЫ

Подобрать нового тренера — дело менеджера. Новому тренеру понадобятся новые люди — и это тоже забота менеджера. А потом нужно будет помочь притереться новичкам и старожилам — еще одна забота менеджера.

По совету своего первого из двух учителей, Бранко Зебеца, Феликс пригласил на пост тренера Йосипа Скоблара, с которым Бранко вместе играл в сборной Югославии начала шестидесятых. Скоблар, агрессивный и острый нападающий, остался в истории как обладатель «Золотой бутсы-71» — в составе марсельского «Олимпика» он забил 44 мяча во французском первом дивизионе. Тренерский опыт «вторых ролей» он получил в «Марселе», а в качестве главного работал только на родине. В «Гамбург» он пришел из сплитского «Хайдука».

Хроме того, конец весны и лето — это время перезаключения контрактов, их продления или расторжений. Магат согласно провозглашенному в клубе «режиму экономии» отчаянно торговался с футболистами за каждый пфенниг надбавки, за что был прозван ими «Монетенмагат».

Но, может быть, главный удар (в прямом и переносном смыслах] нанес команде многолетний и бессменный вратарь «Гамбурга» Ули Штайн. В конце июля в матче за Суперкубок ФРГ против «Баварии» он двинул кулаком в лицо нападающему мюнхенцев Юргену Вегманну.

Штайн, талантливейший и надежнейший вратарь, так и не стал основным в сборной ФРГ из-за Харальда Шумахера, а также по причине своего очень уж крутого нрава. Вратари, по английскому определению, все crazy, но Ули даже в этой среде слыл самым «крэйзинутым». В рамке он был безупречен, зато во всем остальном…

В общем, дал он в торец Вегманну, был удален с поля и схлопотал от DFB десятинедельную дисквалификацию. Ему припомнили и вызывающее поведение в сборной на ЧМ-86, и «средний палец» (Stinkefinger) в адрес аугсбургских болел во время кубкового матча осенью 1986-го, когда местная публика освистывала изгнанного с поля вратаря гостей.

Времени на поиск и подписание нового вратаря фактически не было. Удаление произошло 29 июля, а бундеслига стартовала 31-го. В матче открытия против «Шальке» (5:2) в ворота HSV встал 19-летний Рихард Гольц, будущий основной вратарь команды на протяжении почти десяти сезонов. Ко второй игре успели привезти из Сплита Младена Пралию, игравшего под началом Скоблара. В Мюнхене против «Баварии» он пропустил шесть «сухих» мячей.

И Скоблар, и Пралия продержались в клубе полгода. «Гамбург» после первого круга занимал всего лишь восьмое, что после успехов последнего десятилетия было неслыханным и недопустимым.

Приглашение югославов позже было признано серьезной ошибкой менеджера, и против фамилии Магат в кондуите спонсоров и владельцев был поставлен жирный вопросительный знак.

Нового тренера Феликс нашел поблизости. Он перетащил из «Санкт-Паули» своего старого товарища Вилли Реймана, с которым играл еще в клётцеровские времена. И старого вратаря вернул — дублера Штайна Хайнца-Йозефа Койтку, прозябавшего уже пять сезонов в «Ваттеншайде».

«Гамбург» в конце концов выбрался на пятое место. Но что такое эта самая пятая позиция по сравнению со всеми недавними регалиями? Какая разница, пятое или восьмое, если с командой перестают считаться соперники!

ИНТРИГИ И УВОЛЬНЕНИЕ

Клубному руководству нужен был козел отпущения. На эту роль лучше всего подходил молодой менеджер клуба. Президент Кляйн начал кампанию дискредитации Магата еще в первом круге неудачного чемпионата. Действовавший «выше всяких ожиданий» менеджер вдруг оказался «недальновидным, некоммуникабельным, своими непродуманными кадровыми и финансовыми решениями испортившим отношения в клубе».

Первые критические стрелы в адрес Магата полетели еще в феврале 1987-го при действующем тренере Хаппеле. Тогда Феликса критиковали за плохую организацию зимнего сбора в Италии и поругивали за «ненахождение общего языка» с Байерсдорфером. Менеджер отказался рассматривать просьбу игрока о прибавке в 1000 марок к зарплате. Тогда Байерсдорфер нашел материальную и моральную поддержку у президента. Пожалуй, именно тогда й появилась первая серьезная трещина в отношениях Магата и Кляйна.

В эту трещину, расширяя ее, сыпались и кадровые решения менеджера, от которых вдруг начинался открещиваться президент, и ропот игроков из-за финансовых споров с Феликсом и неприятием новичков. Даже Манни Кальтц и Томас фон Хеезен стали поругивать, причем открыто, «персональполитик» Феликса Магата.

В марте 1988-го Дирк Хайбиг, представитель генерального спонсора HSV, фирмы «Шарп», дал понять руководству клуба, «что дальнейшее сотрудничество с клубом при наличии в нем Магата на менеджерском посту может быть затруднено».

Кроме того, не примыкавший ни к одной из группировок в руководстве — ни к сторонникам Кляйна, ни к оппозиции — Магат очутился меж двух огней, то есть его действия критиковали в любом случае. Но, повторю, все эти внутренние трения и интриги оставались бы на заднем плане, если б команда давала спортивный результат. Его не было, а потому неизбежные раздоры вполне логично вышли наружу, попали в прессу, и общественное мнение постепенно ужа подготовилось к отставке менеджера.

…В 1984-м году у Магата было предложение о переезде в Италию, в «Рому» («В Италии меня после гола «Ювентусу» и уважали, и ненавидели»), тогда Кляйн при поддержке Нетцера уговорил Феликса остаться. Одним из условий продолжения работы в «Гамбурге» был заранее подготовленный и подписанный сторонами пятилетний (!) контракт о «менеджерстве». То есть Феликс был обеспечен работой до лета 1991года…

Но летом 1988-го контракт по инициативе клуба был расторгнут. Последней каплей в спорах Магата с руководством стало предложение Феликса пригласить в Клуб Михаэля Румменигге на смену уходящему Оконьскому. Феликсу в вину поставили и скандальный уход Оконьскрго, и «приглашение неприемлемого кандидата».

Конечно, Магату выплатили неустойку. В финотчете клуба по итогам 1988-го года в графе «расходы» указаны 550 000 марок отступных уволенному менеджеру. Кстати, бюджеты 1987-го и 1988-го годов имели превышение расходов над доходами, и, безусловно, вина Феликса в финансовых неурядицах имелась.

Урок, преподанный клубным руководством пытавшемуся быть «слишком независимым в решениях» своевольному менеджеру, Феликс усвоил. Возможно, Именно из тех времен и произрастает постоянное намерение Магата получить в клубе, куда он приходит, максимум власти — и тренерской, и менеджерской, и в распоряжении финансами. Потому что если приходится отвечать «за всё», нужно иметь право «всем» распоряжаться. Это свое мнение, что «всё» должно быть сосредоточено в одних руках, Феликс никогда не скрывал.

Вместо Магата в клуб позвали Эриха Риббека, человека известного и заслуженного. «Риббек более авторитетен, чем Магат, и мы надеемся, что он быстро наведет порядок в клубе». Позднее то же HSV-шное начальство признавалось, что лучше бы они пригласили Риббека в качестве тренера…».

14
{"b":"108219","o":1}