ЛитМир - Электронная Библиотека

Сергей Вольнов

Ответный уход

Я вплотную к холодным плитам:

Компенсирую жар.

Я – пожар, по венам разлитый,

Жар прилил к щекам.

Не жалейте меня, не тушите! —

Срывается пламя с губ. —

Я к холодным плитам прибита:

Не сгорю, не дадут.

Так говорила Ирина Ухова

Посвящается Загадочной Душе восточных славян

Родина

Роковой

ВРЕМЯ и ТОЧКА ПРОСТРАНСТВА

[30 ноября – 01 декабря по UNT, ночь с осени на зиму (12000-й стандартный годичный цикл Космической Эры), соприкосновение тех же сезонов по здешнему календарю; различные места в ареале обитания уцелевших эрсеров; Каргад, древнейший город (основан в 00093 году к.э.); мир Прекрасная Елена (планета Новосибирск III), звездное скопление Алтын-туу, далекая галактика «Ая» (метагалактика «Сеть Миров», бывшая империя землян)]

– Ночные улицы большого города – едва ли не лучшее во Вселенной место, чтобы затеряться и спрятаться. Добавить бы молочного киселя густого тумана, и получится безоговорочно наилучшее. Точно.

Нездешняя подняла голову и посмотрела вверх.

Там, в узком просвете, образованном краями крыш, виднелась полоса ночного неба. Густо-чёрным пологом накрывала она расселину улицы, стиснутой параллельными шеренгами угрюмых спальных блоков, и была усыпана отчётливо различимыми огоньками звёзд.

Судя по изменению ракурса и плана изображения, её спутница тоже подняла лицо к небу.

– Где это ты видала туман посередь ночи? Туман когда-никогда утрами случается…

Действительно, маскировочного «киселя» в изрядно охлаждённой атмосфере предзимней ночи не было.

Но девушки отлично справлялись и без его зыбкого прикрытия. То, как им удалось прорваться сквозь загребущие когти облавы, ускользнуть от периферийных кордонов и не заплутать в лабиринте брошенной подземки, – отдельная история. На поверхности же, куда выбрались сквозь пролом в решётке вентиляционного колодца, теряться и прятаться им удавалось вполне эффективно.

Хотя точка выхода была расположена чуть ли не в километре от эпицентра подземной зачистки, расположенные неподалёку мусорные контейнера подвернулись очень кстати. Схоронясь за ними, пара ловких беглянок пропустила уличный патруль и бесшумно убралась в проулок между двумя сорокаэтажными плитами. «Во прикол, блин, мусором от мусоров закрылись», – едва шевеля губами, сказала спутница. Практически подумала вслух, но чуткий аудиотранс уловил-таки комментарий.

Слуховые перепонки нездешней, как выяснилось, улавливали не слабей наномембраны. «Бачки хоть крышками накрыты, – по ходу высказалась она на заданную тему, – а тяшки смердят в открытую!» Чем вызвала у юной спутницы крайне одобрительный, но совершенно ненормативный отлик. Язык эрсеров этого мира, косморусский, позволял выражать мнение по поводу, используя минимум лексических единиц; зато слова эти необычайно богато интонировались.

Толкование анатомического строения представителей некоторых Иных рас длилось до угла, затем беглянки повернули и очутились на оживлённом фрагменте тротуара, что прилегал к арочному входу в гипермаркет; с этой секунды их реплики ничем не отличались от стандартного обмена типичными женскими глупостями насчёт косметики и тряпок.

Алчно раздувая ноздри в предвкушении покупок, нырнули они под арку и пробежались по торговым рядам, вдоль стеллажей, забитых дешёвыми, некачественно сработанными вещами, на каждой из которых словно багровело невидимое клеймо: «Сделано для продажи эрсерам»… Спринтерская демонстрация шопинга окончилась у противоположного входа, и вывел он их на стоянку мотокаров.

Обмен быстрыми взглядами завершился обоюдным отказом от идеи угона индивидуальных транспортных средств, и быстрые ноги унесли беглянок дальше. Дальше. На своих двоих (не пользуясь редко, но всё же бегающими вагончиками общественного ангбаса), исключительно пешим ходом. Всё дальше на юг, прочь от незримой, но непробиваемой стены силового поля, что отделяла этот район аптауна от элитного соседнего.

Севернее – обитали Иные.

Трущобы южных окраин города, ареал обитания угнетённых потомков землян, сглотнули девушек… В районах этих своих прелестей хватало, но по крайней мере с каждым следующим шагом на юг беглянки отдалялись от аптауна Иных почти на метр, а значит, тяшками «воняло» всё слабее и слабее. Хотя даже эти кварталы не обеспечивали стопроцентной гарантии, что не нарвёшься на патруль.

Ведомая на буксире, невольная спутница всё время вертела головой, не упуская из виду свою ведущую, и это было очень кстати – обеспечивало лучший обзор. Вполне возможно, и у неё с каждой минутой наблюдения усиливалось стойкое впечатление, что шустрая нездешняя с ТОЧНО таким же успехом затерялась и спряталась бы в голой, без единого кустика, пустыне. Той, что раскинула тысячекилометровые каменистые россыпи ещё южнее…

До высоченной стены внешнего периметра города оставалась уйма кварталов, когда беглянки вдруг притормозили, но не для того, чтобы не показывать спин подозрительным прохожим или чтобы прятаться от выкатившего из-за угла смотрящего киборга.

Неосвещённое, скрытое от невооружённых взглядов место привала выглядело достаточно безвредным. По крайней мере в эту минуту никакой видимой опасности не регистрировалось…

Сентенцию о «лучшем во Вселенной месте» выдала девушка старшая по возрасту, но меньших размеров. Спутница называла её «Подруга», однако это звукосочетание не было ни первым, ни последним компонентом ИмяФамилии миниатюрной туристки.

Приезжая иномирянка значилась в регистре Временно Пребывающих как «ИринаКолаенко». Высокая спутница – местный контакт ушлой Подруги – (ИмяФамилия: «СофияАрбузова») имела социальный статус ПолезнойПрислужницы. То есть в профессиональном отношении отлично себя зарекомендовала, служа хозяину безукоризненно… но не далее как позавчера получила последнее предупреждение.

В течение жизни ею были предприняты ни много ни мало – ровно тысяча ноль двадцать четыре разнообразные попытки противозаконно проникнуть за пределы коммуникаций родного Мира. В космическое сетевое пространство. Самоубийственно попытаться УЙТИ тысяча двадцать пятый раз юная земляшка не осмелилась. Вняла смертельному предупреждению.

Убоялась наконец-то.

Тем не менее, достижение критического уровня диссидентской активности оставалось зарегистрированным фактом.

Последуют ли карательные санкции со стороны работодателя – всячески многоуважаемый обществом господин Птра Муак Шлад примет решение сам, – но в красный милицейский список девушка попала. И это автоматически означало предельное усиление режима контроля за её виртуальным терминалом и перевод его в категорию приговорённых. Пускай только попробует, ещё один-единственный раз, и законопроводящие структуры без промедления приведут приговор в исполнение. В самом что ни на есть РЕАЛЕ…

Не менее автоматически из этого факта следовало, что местная подруга Подруги – «…НАШ человек и вполне достойна пробела, – подумал Бокса ещё в первую минуту «знакомства», полночи тому назад, протискиваясь к ней сквозь массу разгорячённых, потных тел, – запретной паузы между именем и фамилией».

Да уж, что ни говори, а в эту межсезонную ночь ей достался выигрышный лотерейный билет, дающий право на самый ценный приз – жизнь. Из пёстрой разношёрстой толпы слушателей подпольного сейшена глаза Боксы выхватили светловолосую головку девочки, она ему приглянулась, и он решил не упускать из виду высокую блондинку.

В виртуале само собой, а если удастся, то и реально. Да, вживлённые импланты зверски жрали мозги, заметно высасывали жизненные соки, что существенно сокращало срок функционирования организма. Но зато они позволяли ему не торчать торчком в заваленной «железом» конуре, а постоянно перемещать тело. Менять дислокацию в реале. Кто сиднем сидит – по-любому долго на воле не протянет, всякое укромное логово тяшки рано или поздно вычисляют.

1
{"b":"108368","o":1}