ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Спецуха
Про GOOGLE
Научные забавы. Интересные опыты, самоделки, развлечения
Товарищ жандарм
Врата Победы: Ленинград-43. Сумерки богов. Врата Победы
Темный эльф. Хранитель
Изгнанница Ойкумены
Девочка с медвежьим сердцем
Слава

Эмма вспомнила о своих еженощных выходах на улицы Парижа. Не следили ли за ней члены Орды? Смогла бы она хотя бы отличить вампира от человека? Если ее тетки говорили ей время от времени, что оборотни – чудовища, то о том, насколько жестоки и опасны представители Орды, они твердили ежедневно.

Вампиры взяли в плен Фьюри, королеву валькирий. Это случилось больше пятидесяти лет назад, но никто так и не смог ее найти. Ходили слухи, что ее приковали на дне океана.

Они уничтожили всю расу существ, к которой принадлежала Реджин: Реджин была последней из Лучезарных – что сделало ее отношение к Эмме, мягко говоря, противоречивым. Эмма знала, что Реджин ее любит – но она была к ней крайне строга. Хобби ее собственной приемной матери, Анники, было убийство вампиров, потому что, как она частенько говаривала: «Хорошая пиявка – это мертвая пиявка».

И вот теперь вампиры могут узнать про нее, Эмму! Семьдесят лет это было самым большим страхом Анники – с того момента, когда Эмма впервые попробовала на людях пустить в ход свои детские клыки…

– Анника считает, что это признак начала приращения, – заявила Реджин, которая отлично знала, чем именно можно напугать Эмму. – А ты оказалась далеко и не под защитой ковена!

Приращение… Эмма похолодела.

Приращение, приносившее процветание и власть победителям, не было похоже на сражение по типу Армагеддона: самые сильные группы Закона не сходились на нейтральной территории после приглашения на драку. Примерно через десять лет начинались смертоносные конфликты, которые захватывали всех участников с поразительной быстротой. Словно крылья ветряка с заржавевшей втулкой они начинали скрипеть, еле двигаясь, но постепенно раскручивались и стремительно взлетали раз в пятьсот лет.

Некоторые считали, что это действует некая космическая система противовесов и тормозов для все увеличивающейся популяции бессмертных, которая заставляет их убивать друг друга. В итоге побеждала та группа, которая теряла наименьшее число своих членов.

Но валькирии не могли увеличивать свою численность так, как это делали Орда и оборотни, так что в последний раз им удалось доминировать в приращении тысячу лет Назад. С тех пор победу одерживала Орда. Это приращение должно стать для Эммы первым.

Проклятие! Анника обещала Эмме, что разрешит ей в разгар событий не вылезать из-под кровати!

Самодовольным тоном Реджин сказала:

– Думаю, теперь ты попросишь, чтобы тебя привезли домой.

«Не могу лгать, не могу лгать».

– Нет. Пока не попрошу. Я тут кое с кем познакомилась. С… мужчиной. И я буду с ним.

– С мужчиной? – ахнула Реджин. – О-о! Ты хочешь его кусать, да? Или уже кусала? Ох, Фрейя! Я так и знала, что это случится.

– Как это понять, «ты так и знала, что это случится»?

Ковен запретил Эмме пить прямо из живого донора, потому что им не хотелось, чтобы она случайно его убила. Плюс к этому они считали, что внутри живого существа кровь является мистически живой, а ее сила, как и ее побочные эффекты, исчезала, оказываясь вне организма. Для Эммы это никогда не являлось проблемой. В Новом Орлеане им на дом доставляли кровь из банка крови, принадлежащего членам Закона, и их телефон был у нее на кнопке быстрого доступа, как у других – доставка пиццы.

– Эм, это ведь закон! Ты знала, что не должна ни в кого запускать зубы.

– Но я…

– Если ты не хочешь его кровь, тогда зачем тебе быть с мужчиной?

Дрожащим от гнева голосом Эмма ответила:

– Затем же, зачем другим женщинам. Я не отличаюсь от тебя…

– Ты хочешь переспать с ним?! Почему она говорит с таким недоверием?

– Может, и хочу! Реджин тяжело вздохнула.

– Эм! Ты даже никогда на свидания не ходила, а теперь вдруг встретила «мужчину» и готова задрать хвост? Ты еще ни разу не целовалась! Мне кажется, ты просто захотела его крови.

– Нет, все совсем не так! – возразила Эмма.

Вампиры в Орде сублимировали свои сексуальные потребности. Ими управляли жажда крови и потребность убивать. И все эти годы Эмме несвойственна была чувственность. Она ни разу не попадала в ситуацию, где секс играл какую-то роль.

До вчерашнего вечера.

Она ощутила проблеск надежды. Лахлан ее возбудил. Она испытала желание, а не жажду крови. И она была на грани его удовлетворения. Даже сегодня она дошла с Лахланом почти до вершины. Нельзя ли ей с его помощью раз и навсегда решить этот вопрос? Эмма прикусила губу, обдумывая такую возможность.

– Ты влипла в неприятную историю? – спросила Реджин. – С тобой сейчас кто-то есть?

– Нет, я в комнате одна. Неужели этому так трудно поверить?

– Хорошо, допустим. Кто он? Как вы познакомились? Этот поворот разговора может оказаться непростым.

– Я его не знала. Мы встретились перед собором Парижской Богоматери, там, где стоят уличные лотки.

– И? Не хочешь изменить своей вампирской скрытности и поделиться подробностями? Если это вообще правда.

– Можно подумать, я могу лгать! Ладно, знаешь что? По-моему, он… он красив. Он знает, кто я. И мы уезжаем из Парижа вместе.

– Великая Фрейя, ты говоришь серьезно?! И какой он?

– Сильный. Сказал, что будет меня защищать. «Умеет хорошо целоваться. Временами буйный». Недоверчивым тоном Реджин осведомилась:

– Достаточно сильный, чтобы убить вампира?

– Ты даже не представляешь.

– Когда вы уезжаете из Парижа?

– Сегодня вечером. Если точнее, то прямо сейчас.

– А куда вы едете?

– Не скажу. Чтобы Анника приехала и за ухо утащила меня домой?! Нет уж! Передай ей, что я вернусь через две недели, а если она попытается меня найти, я пойму, что она не верит в мою способность позаботиться о себе…

Как только Эмма снова положила трубку, Лахлан вышел из-за угла, даже не пытаясь притвориться, будто не слушал ее разговор.

Она снова вздрогнула и нахмурилась:

– Вы подслушивали?

– Да, – признал он, нисколько этого не стыдясь.

– Узнали что-то новое? – спросила она нервно.

– Ничего нового. У тебя странный акцент, и ты говоришь слишком быстро, – честно ответил он, а потом с ухмылкой добавил: – Но я услышал, что ты считаешь меня красивым.

Его самого удивило, что он почувствовал при этом прилив радости. Как будто ему было важно, что она думает.

Эмма отвела взгляд, но он успел заметить, что щеки ее покраснели.

– Почему ты не сказала своим родным, кто я?

– Мне не хотелось, чтобы они тревожились.

– А они стали бы тревожиться, зная, что ты с оборотнем? – спросил Лахлан, как будто не знал, как бурно они должны были бы среагировать на такую новость.

– Конечно, стали бы. Они рассказывали мне про вас. Он скрестил руки на груди:

– И?.. Какие мы, оборотни?

Впервые за все время, пока Эмма находилась у него в плену, она добровольно встретилась с ним взглядом:

– Вы можете превратиться в чудовище.

Глава 6

«Эмма носит свой страх, словно знамя» – так говорили о ней ее тетки – не для того, чтобы ее обидеть, а просто недоуменно качая головами. По сравнению с ними она боялась очень многого – и первая готова была в этом признаться.

Они были отважные, полные ярости, и у каждой в жизни было какое-то предназначение. Некоторые охраняли неразрушимое орудие, которое ни за что не должно было попасть не в те руки. Некоторые следили за членами какой-нибудь особо сильной или благородной человеческой семьи. Их считали ангелами-хранителями.

А Эмма?.. Ну, Эмма совершила подвиг, поступив… в колледж. В Тулейне. Она даже не попыталась уехать из родного города, чтобы заработать свою характеристику Эммы-выпускницы обычной школы и обладательницы степени бакалавра в области поп-культуры.

Она помнила эпизод из своего раннего детства, когда ночью играла в песочнице. Краем глаза она заметила зеленоватое свечение отряда упырей, приближавшегося к поместью.

Она бросилась к дому и, ворвавшись в дверь, завопила:

– Бегите!

10
{"b":"114921","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Шестой сон
Не потревожим зла
Узел
Неправильные
Счастье без правил
Брачный вопрос ребром
Вторая жизнь Уве
Слуга тьмы