ЛитМир - Электронная Библиотека

Возможно, владельцу надоело, что в придачу к дивидендам, стабильно получаемым от «Сибнефти», он приобретал бесконечные интриги, проверки, разборки итогов приватизации, пусть и инициированные скорее для того, чтобы бросить пыль в глаза. Но все же все эти шутки могли плохо закончиться. Поэтому деньги вместо «Сибнефти» казались на тот момент явно предпочтительнее. Было принято окончательное решение о продаже «Сибнефти», несмотря на почти родственные чувства, которые Абрамович испытывал по отношению к первому своему по–настоящему крупному проекту. На этот раз покупателем выступил не кто иной, как «Газпром», и произошло это в 2005 году. Сначала газовики выкупили 3,016% акций «Сибнефти» у «Газпромбанка», затем 72,663% у управляющей компании Millhouse Capital. Акции «Сибнефти» в то время торговались примерно по $3,65–4, таким образом, капитализация компании составляла $17,3 млрд, а значит, цена 72,6% акций – $12,57 млрд, сумма сделки же составила $13,091 млрд. Цена, за которую Абрамович и Березовский купили компанию, и та, что дал за нее «Газпром», отличалась в 130 раз. Да, за время существования «Сибнефти» и цены на нефть значительно выросли, и компания произвела целый ряд значимых покупок, но контраст все–таки невероятный.

В проекте «Сибнефть» Роман Аркадьевич проявил себя как жесткий агрессивный бизнесмен, идущий через головы в интересах своей компании. Однако существуют ли другие способы построения крупной мегакомпании? Скорее нет, чем да. Сколько реально получил за компанию сам Абрамович, доподлинно неизвестно. Во–первых, не ясен весь список владельцев Millhouse Capital, которая в последние годы распоряжалась акциями всех активов Абрамовича. Во–вторых, неизвестны все откаты и отчисления, которыми покрывали «Сибнефть». Одно время ходили разговоры, что Роману Аркадьевичу достались не более 20–25% от $13 млрд, хотя и это очень и очень много. Сделка по покупке «Сибнефти» стала крупнейшей в России, на втором месте с большим отрывом шло приобретение компании «Юганскнефтегаз» за $9,35 млрд.

ПРИНЯТОЕ РЕШЕНИЕ О ПРОДАЖЕ КОМПАНИИ НАДО НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО РЕАЛИЗО–ВЫВАТЬ И НЕ ПОДДАВАТЬСЯ ЭМОЦИЯМ.

Итак, что досталось «Газпрому»? Компания, добывающая около 13 млн тонн нефти в год и экспортирующая около половины из них. Разведанные нефтяные запасы, а также нефтеперерабатывающие заводы, акции многих предприятий, сотни АЗС, – все это было на балансе «Сибнефти». Но помимо этого были и проблемные активы, такие, как «Славнефть», где приходилось делить прибыль на паритетных началах с ТНК–ВР; МНПЗ, где не прекращались постоянные споры за доли в компании; «Сибнефть–Югра», за которую боролся Шалва Чигиринский.

Для чего же «Газпрому» все это богатство? Дело в том, что у этой компании есть серьезные амбиции. «„Газпром“ превратится в глобальную энергетическую компанию мирового уровня», – заявил после покупки председатель правления компании Алексей Миллер.

Торговать нефтью, безусловно, выгодно, но насколько будет успешна такая огромная корпорация, не совсем ясно: известно, что у «Газпрома» огромнейшие долги, а его менеджеры малоэффективны. Но другого выбора, кому продавать «Сибнефть», у Абрамовича, похоже, не было. Иностранцы дали бы за нее и больше $13 млрд, да, говорят, в Кремле не позволили Роману Аркадьевичу продать компанию иностранцам. Здесь стоит заметить, что покупка «Сибнефти» была осуществлена за счет консолидированного кредита. Но даже теперь, когда компания продана, Абрамович все еще незримо связан с ней. Дело в том, что против «Сибнефти» (ныне – «Газпромнефти») поданы несколько судебных исков от Шалвы Чигиринского и от Бориса Березовского. Первый оспаривал законность размытия его доли в «Сибнефть–Югре» с 50 до 1%. Второй претендует на денежную компенсацию, считая, что в свое время ему недоплатили за его долю в «Сибнефти».

Прецедент в том, что и Чигиринский, и Березовский подали в суд в Англии, а не в России. «Мы пошли в Лондон потому, что российская судебная система слишком формализована и не позволяет добиться справедливости», – заявлял Чигиринский. Действительно, российские следователи дважды отказывали ему в возбуждении уголовного дела против Абрамовича, но и в Лондоне в октябре 2008 года Чигиринскому отказали в удовлетворении иска. Судья счел, что истец обратился не по адресу, мол, у Абрамовича в Англии нет серьезного бизнеса, а покупка футбольного клуба «Челси» – это хобби. Обвинения же Березовского состоят в том, что Абрамович путем рэкета и шантажа в свое время вынудил его по дешевке продать российские активы, в том числе и половину «Сибнефти» всего за $1,3 млрд. «Это была не продажа, а рэкет, проведенный Путиным, Абрамовичем и бывшим главой президентской администрации Волошиным. Абрамович сказал, что, если мы не продадим, они все равно заберут у нас все», – заявил Березовский в одном из своих интервью.

Ответа Абрамовича на это заявление ждали долго, и летом 2008 года через своих адвокатов он заявил, что не вынуждал и не провоцировал их (Березовского и Бадри Патаркацишвили) расстаться с «Сибнефтью», а сам был вынужден платить им за политическое покровительство при ведении бизнеса.

ЧЕМ МАСШТАБНЕЕ СОБМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ И ЧЕМ БОЛЕЕ ДОЛГОСРОЧНЫ КОНТАКТЫ Б РАМКАХ ПРОЕКТА, ТЕМ ВЫШЕ ВЕРОЯТНОСТЬ ПОСЛЕДУЮЩИХ ПРЕТЕНЗИЙ И РАЗБОРОК, А ТАКЖЕ ОБНАРУЖЕНИЯ ЗАБЫТОГО СКЕЛЕТА Б ШКАФУ.

РУСАЯ

В 2000 году Абрамовичу достался проблемный, но, как оказалось впоследствии, перспективный актив. Дело происходило следующим образом. Его старший партнер Березовский ввязался в так называемые алюминиевые войны. Конкуренты, владельцы алюминиевых заводов, вели борьбу за влияние и за передел рынка не на жизнь, а на смерть в прямом смысле этого слова, потрясали громкие убийства в этой сфере и «алюминиевые» разборки. В 1999 году один из участников – Олег Дерипаска – значительно продвинулся в деле завоевания алюминиевого рынка, и остальных участников ждала нелегкая жизнь, так как Дерипаска заручился поддержкой Кремля. Заводы НкАЗ и КрАЗ, по его плану, решено было просто–напросто обанкротить, и не самыми законными методами: РАО «ЕЭС», например, грозило признать тарифы, по которым упомянутые заводы получали электроэнергию, недействительными, причем задним числом.

Братья Черные, основные конкуренты Дерипаски, собственноручно разрушали свой бизнес, не могли договориться об общей стратегии даже между собой, и в итоге один из братьев – Михаил – перешел на сторону Дерипаски, а второй – Лев – пошел просить помощи и защиты у Березовского. Тот, со свойственной ему прозорливостью, смекнул, что есть шанс относительно безболезненно залезть в алюминиевый рынок (раньше он туда соваться не решался, уж больно много участников) и поиметь что–нибудь от этого лакомого куска. Согласившись помочь, Березовский пообещал покровительство на высоком уровне, но будничную работу, как обычно, скинул на своего младшего партнера – Абрамовича.

Уже в феврале 2000 года стало известно, что Роман Абрамович завладел Братским (БрАЗ) и Красноярским (КрАЗ) алюминиевыми заводами. Из серьезных конкурентов оставался лишь один – Олег Дерипаска со своим алюминиевым имуществом, но с ним Абрамович предпочел договориться, и они объединили свои активы, создав компанию РУСАЛ. Поделили поровну: половина РУСАЛа – за Дерипаской, половина – за Абрамовичем (конечно, не целиком, а в долях с Борисом Березовским и Бадри Патаркацишвили).

Теоретически, если представить, что объединения Дерипаски и Абрамовича не произошло бы, то два монстра еще долго воевали бы между собой, а вдобавок ко всему у Абрамовича не было специфических знаний в алюминиевой отрасли, а неспециалисту, как говорят, там делать нечего. Кратко подытожим, что же произошло. Ориентировочно за $500 млн Абрамович выкупил собственность Льва Черного, когда тот попросил защиты от Дерипаски. Затем, отодвинув Льва в сторону (акции уже записаны на Романа Аркадьевича), объединил активы с Дерипаской. А так как за Абрамовичем был больший актив, он от Дерипаски еще и денег получил, по некоторым данным, порядка тех же $500 млн, что когда–то отдал Льву Черному.

8
{"b":"117110","o":1}