ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

КТО ПОПАЛ НЕ «В СВОЮ ТАРЕЛКУ»?

Многочисленные примеры из жизни животных показывают, что с приспособляемостью у них было не все гладко, как можно подумать, читая учебники биологии. «Начинающие» приспособленцы, попав в ту же среду, что и старые, должны выдержать конкурентную борьбу, да еще и приспособиться, что не всегда проходит гладко. В результате у самых разных животных выявлены приспособления, которые указывают на дегенеративный характер их возникновения. Многие животные используют органы тела не по их прямому назначению. Например, лягушки. Живущая в Австралии лягушка Rheobatracus silus вынашивает потомство в желудке, который временно выполняет роль матки. Самочка заглатывает оплодотворенные яйца, которые, постепенно, развиваясь в молодых лягушат, покидают организм матери через рот. Все это время мать ничего не ест. У некоторых амфибий роль матки выполняет легкое самца. Известны виды живородящих лягушек, а у южноамериканской пипы самка вынашивает молодь в особых ячейках на спине, как в кармашках рюкзака. Ясно, что спина не лучшее место для развития молодых пип, хотя сама пипа, наверное, так не считает. У древесных лягушек Rhacophorus пальцы сильно удлинены и снабжены летательной перепонкой. Растопырив пальцы, эти лягушки перелетают с дерева на дерево планирующим полетом. Чего не сделаешь, чтобы выжить и дать жизнь потомству… Таких примеров великое множество. Таким образом, приспособление к окружающим условиям обитания требует от животного жертвы, заключающейся в отказе от изначально более универсального строения организма.

К ЧЕМУ ПРИВОДИТ УЗКАЯ СПЕЦИАЛИЗАЦИЯ

В 1893 г. учёный Долло выразил в виде закона необратимости эволюции наблюдаемые многими биологами до него изменения в морфологии животных. «Организм ни целиком, ни даже отчасти не может вернуться к состоянию, уже осуществленному в ряду его предков». Дело в том, что живое существо, потеряв однажды признаки, характеризовавшие его в прошлых поколениях, никогда не приобретает их вновь. Что упало — то пропало! Можно орган или систему заменить на нечто иное, но это будут другие органы и системы, качественно иные, чем утраченные.

Биолог Ламарк пошёл ещё дальше. Он предположил, что животные, изменяясь из поколения в поколение, сами формируют то тело, склонность к приобретению которого уже имеют. В результате внутренней устремленности чувств животные развивают и упражняют те органы, которые полезны для жизни в той среде обитания, которую они для себя выбрали. Жирафы тянутся к листочкам деревьев, желая их отведать, оттого у них шеи и вытянулись, а у змей атрофировались конечности, так как они мешали им забираться в звериные норы. Органы, которые животные не используют и не упражняют, в последующих поколениях исчезают, в результате чего они не могут вернуться к прежнему способу существования. Но надо заметить, что пятипалая конечность — характерная особенность почти всех живых существ, от человека до амфибии. Какого-то рационального объяснения ее появлению придумать не удается. Усатые киты, и то помимо рудиментарных зубов имеют внутри ласты скелет пятипалой кисти с остатками когтей и рудименты задних конечностей. Где же здесь эволюция хватательного органа — руки, о которой нам так долго твердили дарвинисты? Скорее наоборот: рука превращается в лапу, ласту, а то и плавник. Превратить же китовую ласту в пятипалую руку нельзя. И киту стать человеком тоже нельзя! Вот в этом и будет необратимость эволюции!

Объяснение этому простое. Дело в том, что с исчезновением, предположим, конечностей змей, ведущих свою родословную от ящерообразных, со временем исчезают и отделы мозга, которые ответственны за формирование и управление конечностями. Вот эти-то отделы мозга вернуть и вырастить заново невозможно — живое существо, деградируя, перерождается в принципиально другой тип организма: из ящерообразного в змею, а если гипотетически проследить его возможный дальнейший регресс — то в примитивное животное, сходное с червеобразными, у которого помимо конечностей отсутствуют «нормальные» органы осязания, зрения, слуха и т. д. Порой где голова, а где хвост у червяка, неспециалист определить не может. Червяк может двигаться в любую сторону. Некоторые червеобразные размножаются, как растения. В дальнейшем такой червяк может перейти на оседлый образ жизни, образуя новую популяцию существ, ведущих прикрепленный образ жизни. Конечно, далеко не факт, что змей ждет такая незавидная участь и что червяк обязательно превратится в растение. Скорее всего, найдя свою экологическую нишу, животное будет сидеть в ней до скончания века, пока не придет новый деградант и не выгонит его оттуда, сам заняв её.

В качестве примера инволюционной потери признаков можно привести гельминтов — эти, как мы знаем, не имеют ни рук, ни ног. Но на стадии формирования зародыша у них все это присутствует, а затем исчезает. Гельминт он и есть гельминт! Аксолотль, обладая наружными жабрами, ведет водный образ жизни и нормально размножается. Никто до поры до времени из ученых не предполагал, что аксолотль — это недоразвитая личинка американской амбистомы — другого животного, у которой нормально отрастают «ручки», «ножки», «открываются» лёгкие, животное это выбирается на берег и может вести наземный образ жизни. Это было доказано, когда американские ученые, накормив йодистыми гормонами щитовидной железы аксолотлей, заставили их превратиться в амбистом. Некоторые формы рачков, паразитирующих на рыбах, прикрепившись к телу жертвы, теряют весь свой облик и превращаются… в длинные ветвящиеся нити наподобие мицелия (грибницы), прорастающие в тело рыбы (такая форма существования характерна для примитивных грибов-паразитов). Наружу из рыбы торчит лишь семенник, благодаря ему рачок может оставлять такое же удивительное потомство, которое, тоже нормально развившись до взрослого ракообразного, в процессе поглощения своего обеда готово распрощаться с собственным телом. Еще пример: личинка асцидии существует как небольшая рыбка, которая, выйдя из икринки, нормально развивается (имеет зачаток хорды — прототип позвоночника, пищеварительный тракт, глаза и многое другое, что и положено рыбе). Но в один прекрасный момент личинка прикрепляется головой к рифу, ротовое отверстие смещается к анальному, и «рыбка» превращается во взрослую асцидию, напоминающую небольшой бочонок, ведущую прикрепленный образ жизни, как и растения. Коралловые полипы и медузы развиваются из свободно плавающих личинок, переходящих затем на оседлый образ жизни. Погонофоры, облюбовавшие морское дно, — это животные, постоянно проживающие в хитиновых трубочках, наружу торчат лишь их многочисленные щупальца, отфильтровывающие воду от пищевых частиц. И, что особенно интересно, существуют животные, у которых, как например у мшанок, из личинок образуются и вырастают «кустики», которые вполне можно было бы принять за растения.

Примером удивительных трансформаций может служить жизнь насекомых с полным циклом превращения. Они появляются в виде червячка-гусеницы, но через некоторое время окукливаются и затем удивительным образом превращаются в мух, жуков и бабочек. Где же здесь долгие этапы эволюции? Мы видим здесь примеры совершенно обратные: в течение одной жизни живого существа теряются признаки, вроде бы изначально ему присущие! И нередко животные превращаются совсем не в того, кого эволюционистам хотелось бы видеть.

108
{"b":"118224","o":1}