ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 9

Дональд Шеффилд, глубоко затянувшись «Коибой», подержал душистый дым во рту, прежде чем выдохнуть его в ночное небо. А-а! Что может быть лучше этого? Прекрасная еда, несколько стаканчиков спиртного, кубинская сигара. Простые удовольствия.

Соломон взбежал по каменным ступенькам на деревянную галерею. Почти не слышно, с присущей ему пластичностью. Для крупного человека он был удивительно легок. Дон считал, что это благодаря занятиям боевыми искусствами. Ему вспомнилось телевизионное шоу, где мастер кун-фу ходил по нежной рисовой бумаге, не оставляя за собой следа. Соломон мог бы сделать что-то подобное. Этот человек весил двести пятьдесят фунтов, но казалось, будто он парит над землей.

— Чудесная ночь, — сказал Соломон.

— Это точно. Посиди со мной.

Дон улыбнулся, когда Соломон зашел с наветренной от сигары стороны и уселся в один из шезлонгов, стоявших в ряд на галерее. Соломон не одобрял его курения. Но, черт побери, изредка выкурить сигару не вредно. Он добрался до семидесяти шести в добром здравии. С чего бросать сейчас?

Дон еще раз затянулся и позволил дымку уплыть со струей легкого бриза. Он чувствовал умиротворение, несмотря на поведение Криса за ужином, несмотря на кучу проблем, которые сын, как всегда, свалил на него. Деловой мир казался таким далеким от этого безмолвного леса.

Вдруг послышался гул авиамотора. Двигатель взвыл, поднимая самолет с земли. Не прошло и нескольких секунд, как звук растаял вдали, и наступившая тишина показалась еще более полной, чем прежде.

Дону не хотелось нарушать эту тишину, но Соломон терпеливо ждал, и время утекало.

— Интересный ужин, — произнес наконец Дон. — Крис казался встревоженным.

Соломон промолчал.

— Он всегда пьет слишком много, когда из-за чего-то нервничает. Как думаешь, в чем причина?

— Я сам пытаюсь понять, сэр. Он явно был взвинчен.

Дон пыхнул сигарой, размышляя. Крис распсиховался из-за разговора про Эбби или уже прилетел сюда в раздерганном состоянии? Теперь трудно сказать.

— Сейчас на него много всего навалилось, — сказал Дон. — Сделки. Приобретения. Много летает.

— Да, сэр.

— Послушай. Мне вечно приходится извиняться за сына. В этом вся суть наших с ним взаимоотношений. Крис ведет себя странно, а я пытаюсь найти ему оправдание.

В темноте Дон не видел выражения лица Соломона, только его силуэт на фоне блестевшего под луной стекла. Впрочем, тут бы никакой свет не помог — Соломон умел скрывать свои мысли.

— Я хочу попросить тебя взять под контроль одно дельце, о котором рассказал мне Крис. Тебе известен наш портовый терминал в Аламеде?

Дон мог бы нарисовать это место, хотя не был там много лет. Пропитанные креозотом деревянные причалы, уходящие в серую даль залива Сан-Франциско, длинные пакгаузы с решетками на окнах, бетонные площадки, окруженные цепными заборами, два башенных подъемных крана.

— Да, сэр, — ответил Соломон. — Бейсайд-лейдинг.

— Именно. Крис говорит, что у нас там проблема. Товар исчезает.

— Кражи?

— Похоже на то, — сказал Дон. — Люди Логана обнаружили, что нити тянутся к бригадиру, Мику Нилсену. Ты его знаешь?

— Нет, сэр. Нужно провести расследование?

— Служба безопасности все уже сделала. Это точно он. Перед ужином Крис рассказал мне, что в целую партию телевизоров, еще до разгрузки судна, были вмонтированы маячки. В большинстве своем телевизоры оказались там, где и должны были оказаться, — в фурах. Но не все. Угадай, где нашелся один из них.

— В доме Мика Нилсена.

— Правильно. Ему не вывернуться. Завтра мы его увольняем.

— Передаете полиции?

— Нет. Мы просто избавляемся от проблемы.

— Да, сэр.

— Бери завтра утром вертолет и поприсутствуй при его выдворении.

— Думаете, возникнут трудности?

— Да нет, пожалуй. Но нельзя действовать грубо, иначе разоришься потом на адвокатах и возмещении ущерба. А на деликатность Логана рассчитывать не приходится.

— Ясно, сэр.

Старик выпустил клуб дыма. У него имелось еще одно поручение для Соломона, но ему было больно об этом говорить.

— Раз уж ты будешь в городе, — произнес он наконец, — сделай заодно вот что.

Соломон наклонился вперед.

— Речь идет о жене Майкла. Мне тут о ней кое-что шепнули.

— Да, сэр?

— Ее прислуга. — Дон мог дальше не объяснять. Слуги многочисленных Шеффилдов, прекрасно знавшие, кто стоит за состоянием их хозяев, хоть и хранили им верность, но не упускали случая заслужить расположение Дона, снабжая его информацией, которая часто оказывалась бесценной.

— Мне сообщили, что Грейс несчастна и много пьет.

— Правда? — в голосе Соломона слышалось удивление. Дон знал, что тот всегда чувствовал себя уязвленным, если от него укрывалось нечто, связанное с кланом Шеффилдов.

— Это с ней недавно, — пояснил Дон. — Ее травмируют отлучки Майкла, в последнее время участившиеся. Некоторые женщины не терпят одиночества. Я бы хотел, чтобы ты к ней заглянул.

— Хорошо, сэр.

— Крис говорит, что сейчас Майкла в городе нет, поэтому ты сможешь застать ее одну, поговорить с ней.

— Хорошо, сэр.

— Грейс всегда мне нравилась, — сказал Дон. — Ну, не совсем всегда. Когда они с Майклом только поженились, я отнесся к ней с предубеждением. Вторая жена и много моложе его — казалось бы, хорошего не жди. Но Грейс очень быстро меня покорила. Умна как черт, на язык острая. Именно такими я увлекался в молодые годы.

Про себя он еще подумал, что Грейс очень похожа на Роуз, покойную мать Соломона. Те же очень светлые волосы, ясные голубые глаза и сногсшибательная фигура. Он вспомнил, как в первый раз — теперь уже более двадцати лет назад — увидел Роуз, когда она пришла наниматься к нему на работу. Он был прямо-таки сражен. Дон задавался вопросом, замечает ли Соломон сходство Грейс со своей матерью.

Он покачал головой, отгоняя воспоминания. Если дать волю мыслям о Роуз, то очень скоро в его памяти оживет та страшная ночь с воем сирен, кровью и неизбывным чувством потери…

— Просто посмотри, не можешь ли чем-то помочь, — сказал Дон. — Мне тяжело слышать, что моя невестка несчастна. И уж чего нам точно не нужно, так это нового развода Майкла.

— Хорошо, сэр. Что-нибудь еще?

— Нет, это все.

Дон затушил сигару в пепельнице у локтя, затем, помогая себе руками, поднялся с низкого шезлонга. Соломон вскочил как мячик.

— Спокойной ночи, Соломон. Отдохни. Завтра тебя ждет нелегкий день.

Не очень твердой походкой старик пошел по галерее к стеклянным дверям своей спальни. Обернулся, прежде чем войти внутрь. Силуэт Соломона уже растворился во тьме, но Дон чувствовал на себе его взгляд.

Глава 10

Роберт Мбоку стоял на краю диковинного леса, каждой клеточкой ощущая свою однородность с окружающим мраком. Единственное, что могло выдать Мбоку в ночи, — это белки глаз, которые он сощурил до щелочек. Даже его мачете было выкрашено в черный цвет — целиком, кроме острого как бритва лезвия.

Ему удалось пробраться сюда незамеченным. Он был невидимкой даже для неведомых лесных тварей, которые, шурша, шныряли по подлеску.

Мбоку, замерев, наблюдал за двумя мужчинами, сидевшими перед большим домом. Он переждал их долгий ужин с еще одним мужчиной, толстым, краснолицым, которого Роберт успел прозвать Кабаном. Через высокое окно прекрасно просматривались трое людей за столом и хлопотавшая вокруг них темноволосая женщина. Роберт уловил аромат экзотической еды, отчего у него возникла полная иллюзия, будто он сидит с ними в комнате.

После ужина лысый верзила увез Кабана, по-видимому, на летное поле, потому что вскоре Роберт услышал звук взлетающего самолета.

Он удивился и обрадовался, когда седой мужчина выключил почти все освещение, после чего вышел на улицу, чтобы выкурить сигару, запах которой Роберт учуял со своего места. Темнота была подобна теплому одеялу, и ему казалось, будто она окутывает его все плотнее и плотнее по мере того, как гаснет за лампочкой лампочка. Однако он не покидал своего убежища за стволом гигантского дерева, пока лысый верзила не прикатил назад на джипе.

10
{"b":"129417","o":1}