ЛитМир - Электронная Библиотека

Дмитрий…

Я хорошо знала его, знала его натуру. Он никогда не позволил бы случиться ничему плохому с теми, кого любил. Мне была ненавистна даже сама мысль об этом притоне «кровавых шлюх», и все же я ворвалась бы туда, чтобы вызволить ее, потому что именно так поступил бы Дмитрий. Но успею ли я вовремя, вот вопрос. А вот Эйб сумеет сделать это — и сумеет добиться того, чтобы Ролан никогда больше ни на шаг не приблизился к ней. Поэтому, полностью отдавая себе отчет в последствиях сказанного, я ответила:

— Хорошо, я покину Бийск.

ПЯТНАДЦАТЬ

Эйб оглянулся на одного из стражей и коротко кивнул. Тот мгновенно исчез.

— Вот и все, — сказал Эйб.

— Так просто? — Недоверчиво спросила я.

Его губы изогнулись в улыбке.

— Ролан знает, кто я такой. Знает, кто работает на меня. Как только Павел сообщит ему о моих желаниях, на том и конец.

Я содрогнулась, понимая, что Эйб говорит правду. Учитывая, как вызывающе я вела себя с Эйбом все это время, просто чудо, что меня пока не закатали в цемент и не зашвырнули в океан.

— Почему, интересно, ты силой не утащил меня отсюда?

— Мне неприятно заставлять людей делать что-то против их воли. Даже Ролана. Гораздо легче, если человек просто внемлет разуму и сделает то, о чем я его прошу, без применения силы.

— И под словами «внемлет разуму» ты понимаешь шантаж, — заметила я, подумав, на что только что дала согласие.

— Мы заключили сделку, — ответил он. — Вот и все. Не забывай о своих обязательствах. Ты обещала уехать отсюда, и ты не похожа на человека, отказывающегося от своего слова.

— Это так.

— Роза!

Внезапно в двери возникла Виктория. Класс, вот это скорость! Павел спокойно вел ее за руку. Ее волосы были в беспорядке, бретелька с одного плеча соскользнула. На лице застыло смешанное выражение недоверия и ярости.

— Что ты натворила? Этот парень пришел, велел Ролану убираться отсюда и никогда больше не встречаться со мной! И Ролан согласился! Просто взял и ушел.

Забавно — Виктория обвинила в этом меня. Если разобраться, я в ответе за происшедшее, но ведь Эйб стоял тут же. И ни для кого не секрет, кто на него работает. Тем не менее я решила оправдаться.

— Он хотел использовать тебя, — сказала я.

В карих глазах Виктории блестели слезы.

— Он любит меня.

— Если он любит тебя, то почему стал заигрывать со мной, как только ты отвернулась?

— Он не делал этого!

— Это от него Соня беременна.

Даже в тусклом свете проулка было видно, как ее лицо побледнело.

— Ложь!

Я вскинула руки.

— С какой стати мне врать? Он собирался встречаться со мной, как только ты уедешь из города.

— Если и так, — дрожащим голосом сказала она, — то лишь потому, что ты завлекала его.

Я потрясение раскрыла рот. Эйб, стоя рядом, спокойно слушал с самодовольным видом. Скорее всего, считал, будто все происходящее подтверждает его правоту. Мне захотелось врезать ему, но сейчас меня волновала Виктория.

— Как только тебе такое в голову пришло? Мы же с тобой друзья!

— Будь ты моим другом, ты не поступила столь подло. Не пыталась бы встать у меня на пути. Ты вела себя так, будто любила моего брата, но теперь я не верю в твои чувства — потому что ты не понимаешь, что такое любовь!

Не понимаю, что такое любовь? Она сошла с ума? Если бы только она знала, чем я пожертвовала ради Дмитрия, на что пошла, лишь бы оказаться здесь. Все ради любви. Она сама не понимает, что такое любовь. Любовь — не секс в пустой комнате на вечеринке. Любовь — это то, чем ты живешь и за что умираешь. Во мне взыграли эмоции, подталкивая достойно ответить на ужасные обвинения. Только величайшим усилием воли я сумела напомнить себе, что она и так страдает и наговорила лишнего потому, что расстроена и сбита с толку.

— Виктория, я все понимаю, и мне очень жаль. Я так поступила только потому, что ты мой друг, я беспокоюсь о тебе.

— Ты мне не друг, — прошипела она. — И ты не член нашей семьи. Ты ничего не знаешь о нас, о том, как мы живем! Я сожалею, что ты вообще приехала сюда.

Она повернулась и бросилась бежать, проталкиваясь сквозь толпу завсегдатаев притона. Я смотрела ей вслед с болью в сердце.

— Она наверняка попытается найти его, — сказала я Эйбу.

Отвратительное понимающее выражение так и застыло на его лице.

— Это не имеет значения. Он больше не станет с ней связываться — если, конечно, дорожит смазливой физиономией.

Я продолжала волноваться из-за Виктории, но чувствовала, что Эйб прав насчет Ролана. С ним проблем не будет. Что же касается следующего парня Виктории, сейчас об этом не стоило беспокоиться.

— Прекрасно. Значит, здесь все улажено. Не преследуй меня больше, — проворчала я.

— Сдержи свое обещание покинуть Бийск, и ты избавишься от меня.

Я прищурилась.

— Я уже говорила: я всегда держу свои обещания.

Торопливо шагая назад к дому Беликовых, я внезапно задумалась, правда ли это. Стычка с Эйбом и Викторией подействовала как ушат холодной воды на голову. Что я здесь делаю? В какой-то степени Эйб прав. Стараясь утишить свое горе, я обманывалась, притворяясь, будто семья Дмитрия — моя семья. Но это не так. Это не мой дом. Академия тоже перестала быть мне домом. Единственное, что у меня осталось, это обещание — обещание, данное Дмитрию. Обещание, которое отошло на второй план со времени моего приезда сюда.

Некоторые члены семьи Беликовых уже ушли спать, когда я вернулась, но кое-кто еще сидел в гостиной. Я проскользнула наверх в свою комнату, с тревогой ожидая возвращения Виктории домой. Полчаса спустя я услышала ее шаги и звук закрываемой двери. И тихонько постучалась.

— Виктория, — громким шепотом позвала я. — Это я. Пожалуйста, давай поговорим.

— Нет! Я никогда в жизни не стану разговаривать с тобой.

— Виктория…

— Убирайся!

— Я просто беспокоюсь за тебя.

— Ты не мой брат! Ты даже не моя сестра. Тебе здесь не место!

Вот так-то. Я не хотела шума в коридоре, не хотела, чтобы другие услышали, и вернулась в свою комнату с разбитым сердцем. Там я остановилась перед зеркалом и почему-то именно в этот момент поняла ее правоту. Даже Эйб прав. Мое место не в Бийске.

В мгновение ока я упаковала свои немногочисленные вещи, но, стоя наверху лестницы, заколебалась. Закрытая дверь Виктории глядела на меня, я с трудом преодолела желание постучать снова. Если я появлюсь у нее, скорее всего, последует новая стычка. Или, еще хуже, Виктория простит меня — и тогда я захочу остаться здесь навсегда, затеряться в покое семьи Дмитрия, найти утешение в их простой жизни.

Сделав глубокий вдох, я ринулась вниз по лестнице и вышла через переднюю дверь. Мне хотелось попрощаться с ними, но я опасалась, что, увидя их лица, передумаю. Я понимала — пора уходить. Я была сердита и на Викторию, и на Эйба. Их слова причинили мне боль, но в них была правда. Это не мой мир. Мне следует по-другому распорядиться своей жизнью. И я должна держать свои обещания.

Преодолев на скорости около восьми кварталов, я пошла медленнее. Не потому, что устала, просто не знала, куда идти. Покинуть родственников Дмитрия — такой трудный, такой важный шаг. Я присела у стены дома в незнакомом темном дворе. Подступили слезы, не знаю почему. Я хотела, чтобы вернулась прежняя жизнь. С Дмитрием и Лиссой. О господи, как я тосковала по ним!

Однако Дмитрий ушел. Чтобы увидеть его, существовал один-единственный способ — снова отправиться на поиски с целью убить его. Что же касается Лиссы… для меня она тоже более-менее ушла. Даже если я уцелею, не думаю, что она простит меня. Чувствуя себя ужасно потерянной и одинокой, я попыталась еще раз дотянуться до нее. Понимала, что это глупо, учитывая виденное раньше, но не смогла удержаться. Еще один раз. Я должна знать, займу ли я прежнее место, если вернусь. Я мгновенно проскользнула в ее сознание, мои разыгравшиеся эмоции облегчили процесс.

41
{"b":"140554","o":1}