ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В Лиме за ним присматривал дон Игнасио Блейк, друг его отца. Мальчик, недавно игравший с детьми индейцев, теперь посещал совсем другую школу. В Королевском колледже Сан-Карлос учились дети высокопоставленных чиновников Испанской империи. Один из сверстников Бернардо был отпрыском семейства де Торре Тагле. Ученики колледжа носили униформу — черные костюмы и треуголки. Это было идеальное разрешение ситуации для его отца: он давал своему внебрачному сыну прекрасное образование и в то же время держал его подальше от себя. Слухи о незаконнорожденном ребенке могли стоить старому злодею его высокого поста.

По поручению отца Блейк забрал Бернардо из колледжа, когда тому исполнилось шестнадцать лет. Юношу отправили в Испанию. Карьера его отца продолжала набирать высоту. Его прочили на самую высокую должность в Испанской империи — наместника Перу. Репутация чиновника такого высокого ранга, конечно же, не должна была иметь пятен.

Одинокий подросток сменил к тому времени уже четыре семьи. В испанском городе Кадисе Бернардо был прохладно принят богатым зятем Хуана Альбано — Николасом де Ла Крусом. Вскоре де Ла Крус, опять же по указанию отца Бернардо, отправил его в Англию. Бернардо попал в дом некоего мистера Илиса, который нанял ему домашних учителей. Из Ричмонда Бернардо много раз писал тому важному чиновнику, который однажды посетил дом Альбано. Теперь он знал, что это его отец.

Нежному, впечатлительному, умному юноше очень недоставало тепла и любви. Одиночество Бернардо сразу бросалось в глаза, хотя с ним хорошо обращались в семье Илисов, принадлежавшей к среднему классу английского общества того времени. Он был влюблен в дочь Илисов — Шарлотту. Бернардо прожил в Ричмонде четыре года. Однако материальное положение его английских покровителей вскоре стало весьма затруднительным, почти отчаянным. Агенты отца Бернардо — часовая фирма «Спенсер и Перкинс», — контролировавшие выплату Бернардо ежегодного пособия в триста фунтов, большую часть этих денег присваивали.

Отец никогда не отвечал на письма сына. Безразличный к мальчику испанский попечитель Николас де Ла Крус за четыре года написал ему всего один раз. Друзья собирали два-три фунта в месяц, чтобы Бернардо смог выжить. Ему предложили поездку в Тринидад или в Филадельфию, чтобы он мог заработать на обратную дорогу в Чили.

При нехватке денег и любви у Бернардо, однако, было много друзей. Одним из них был пятидесятилетний Франсиско де Миранда. Он обучал Бернардо математике. В Лондоне в то время жило много латиноамериканцев, оппозиционно настроенных по отношению к Испанской империи. Бернардо часто встречался с ними. Миранда внимательно присматривался к юноше более года. Он хотел использовать его как тайного агента в своей родной Венесуэле. Хотя Бернардо носил фамилию матери — Рикельме, — Миранда знал, что его отцом был дон Амбросио О’Хиггинс, наместник Перу. Если бы Миранде удалось склонить Бернардо на свою сторону, это стало бы большой удачей.

В феврале 1799 года Бернардо с некоторым пафосом писал отцу из Лондона:

«Мой дорогой отец и благодетель! Я прошу простить меня, Ваше Превосходительство, за то, что осмелился так назвать Вас. Не знаю, могу ли я обращаться к Вам таким образом. Но, если выбирать между двумя этими словами, я скорее повинуюсь зову природы. Это мой единственный проводник. Если бы я получил другие указания на этот счет, то повиновался бы им. Я написал Вашему Превосходительству уже несколько писем, но судьба неблагосклонна ко мне — я ни разу не получил ответа. Однако я не оставляю надежды и верю, что судьба будет благосклонна ко мне.

Не подумайте. Ваше Превосходительство, что я собираюсь жаловаться Вам. Я прекрасно понимаю, что не имею на это права. И знаю, что своим образованием обязан только Вам. Сейчас мне двадцать один год. Я еще не знаю точно, чем буду заниматься. Но хотел бы поступить в военно-морскую академию, если я с этим справлюсь, и служить делу, к которому чувствую призвание. Я уже писал Вашему Превосходительству об этом в предыдущих письмах, которые Вы, надеюсь, получили. Молю Бога, чтобы Вы сочли мою просьбу приемлемой. Я чувствую, что подхожу для военной службы. В наше время на этом поприще я смогу достичь успехов и уважения. С нетерпением жду распоряжений Вашего Превосходительства, которым беспрекословно буду подчиняться. Вы можете быть уверены, что мой долг и мое единственное желание поступать так, чтобы Вы были довольны мной.

Представляю Вашему Превосходительству краткий отчет о своих успехах в учебе. Здесь я изучаю английский и французский языки, географию, древнюю и современную историю, музыку, рисование и овладеваю обращением с оружием. В отношении двух последних предметов без хвастовства могу сказать, что достиг значительных успехов. Почту за честь послать Вашему Превосходительству несколько своих картин, особенно миниатюр».

Обращаясь к своему испанскому попечителю Николасу де Ла Крусу, Бернардо не скрывал отчаяния:

«Я ничего не понимаю. Мои родители, должно быть, отреклись от меня или почти отреклись. Иначе Вы наверняка так откровенно не перестали бы интересоваться моими делами. Я нахожусь в затруднительном положении. Вместо того чтобы учиться и делать успехи в изучении предметов, к которым я имею склонность, я начинаю забывать о них из-за недостатка опеки. Осознание того, что так обращаются со мной те, кого я считал своими лучшими друзьями, заставляет меня страдать».

Мало у кого из молодых людей были столь же веские основания не любить своих родителей. Покровительство Миранды стало для Бернардо подарком судьбы.

Вскоре началась война между Англией и Испанией. В апреле 1799 года дон Николас согласился оплатить возвращение Бернардо в Испанию. Миранда доверил юноше свое знаменитое завещание. Бернардо переписал его на тонкую бумагу и зашил в подкладку одежды, хотя Миранда настаивал, чтобы он уничтожил его.

Бернардо был поклонником британской колониальной системы и другом индейцев араукан. Он боролся против испанского господства и ненавидел деспотизм. Он презирал свою мать за то, что она принесла себя в жертву карьере его отца. И в то же время Бернардо отчаянно нуждался в родительской заботе.

ГЛАВА 21 ИРЛАНДСКИЙ НАМЕСТНИК

Дон Амбросио О’Хиггинс, несмотря на несостоявшуюся личную жизнь, был почти таким же выдающимся человеком, как впоследствии его сын, превзошедший отца. История обедневшего ирландца, который благодаря собственным усилиям поднялся до самой верхней ступеньки в иерархии Испанской империи, достойна быть описанной в романтическом произведении. Однако сам Амбросио вовсе не был романтической натурой. Его жизненный путь оказался нелегким. И, как это часто бывает в таких случаях, Амбросио считал, что его сын должен пройти через такие же испытания. Бернардо стал для него постоянным и пугающим напоминанием об упущенном. Иногда мысли о сыне ненадолго смягчали его черствую душу.

Амброс Хиггинс родился около 1720 года в Ирландии в местечке Саммерхил в графстве Мит. Его родители, мелкопоместные дворяне, переживали не самые лучшие времена. Говорят, что Амброс был посыльным у жены местного землевладельца. И тем не менее мальчик получил хорошее образование. Амброс Хиггинс рассказывал мореплавателю и путешественнику Джорджу Ванкуверу, что «в молодости он поступил на службу в английскую армию, но военная карьера не принесла ему желаемого продвижения. Затем перед ним открылись необъятные возможности Южноамериканского континента».

Между двадцатью и тридцатью годами Амброс несколько раз пытался переехать в Испанию. В поисках счастья так поступали многие его молодые соотечественники-ирландцы. Католическая Испания испытывала неприязнь к англичанам. У ирландцев и иберийцев, возможно, общее происхождение. Испанские законы предоставляли ирландцам такие же права, как и испанским подданным. Многим ирландцам удалось преуспеть в Испании. К тридцати двум годам Амброс был банковским клерком в Кадисе. Он проработал там пять лет.

85
{"b":"146185","o":1}