ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ох, Джорджина, — вздохнул он, — вечно ты со своими мелодрамами.

— Вот и нет! Мы представим доказательства…

Роман положил ладонь на мою руку.

— Это будет непросто, — тихо сказал он. — Нет никаких доказательств, зафиксированных на бумаге, это я гарантирую. И это не существенно для нашего дела прямо сейчас.

Я вспомнила об Эрике, добром славном Эрике, который истек кровью у меня на глазах.

— Это существенно для меня.

Джером испустил страдальческий вздох.

— Что-нибудь еще? Или я могу вернуться на свое место?

Судья посмотрел на Романа, потом на Марселя. Оба отрицательно покачали головами.

Когда Джером ушел, Роман приступил к заключительной речи.

— Ваша честь, высокочтимые присяжные… мы предоставили более чем достаточно свидетельств того, что контракт заявительницы не исполнен. Благодаря неизвестно каким неурядицам, те, кто знал Джорджину в человеческой жизни, так и не избавились от воспоминаний о ней. Согласно статье 7.51.2 «Хроник Души» контракт Джорджины является несостоятельным. Она имеет право вернуть себе душу и провести остаток этой жизни, будучи свободной от служения Аду, в соответствии с разделом о возмещении ущерба и статьёй 8.2.0. Точно так же и контракт Сета Мортенсена считается недействительным как заключённый под ложным предлогом. Бес, подготовивший его к подписанию, знал, что контракт нарушает соглашение с Джорджиной, и понимал, что условия контракта Сета — а именно, возможность найти её и воссоединиться с ней — включают в себя необходимость сохранения памяти о ней. Поэтому Сет Мортенсен тоже вправе получить назад свою душу.

— Ваша честь, — начал Марсель.

Судья Ганнибал поднял руку.

— Тишина. С вами я заключу сделку.

В зале послышалось нетерпеливое ерзание, подводное течение возбуждения. Демоны любили торги и сделки.

— Я хочу решить дело без голосования присяжных и подтвердить, что контракт Леты несостоятелен. Я хочу предоставить ей компенсации, положенные в соответствии со статьей 8.2.0.

Все пораскрывали рты. У меня глаза на лоб полезли, и я повернулась к Роману, не веря своим ушам. Неужели все так просто? Я не знала точно, что написано в статье 8.2.0, но понимала: если контракт признан недействительным, я могу вернуться на Землю и прожить остаток дней человеком. Владея своей душой. Это казалось слишком невероятным, чтобы быть правдой.

— Тем не менее, — продолжал Ганнибал, — я не вижу достаточных оснований, чтобы освободить вторую душу. Ваши аргументы нельзя принять по причине их безосновательности.

— Но они обоснованны! — крикнула я.

— Если мы не согласны с таким решением, что тогда? — спросил Роман.

Ганнибал пожал плечами.

— Тогда жюри будет голосовать по вопросам обоих контрактов.

Роман задумчиво кивнул.

— Могу я посоветоваться с моей, хм, клиенткой?

— Конечно. — Ганнибал стукнул молотком. — Перерыв пять минут.

Зрителям не нужно было повторять дважды. Это было невероятно. Не так часто обретают свободу души, и сделки вроде той, что была предложена нам, тоже обсуждаются крайне редко.

— В чем тут подвох? — тихо спросила я Романа.

Он прищурился.

— Думаю, Ганнибал боится потерять две души разом, поэтому пытается урезать шансы на неудачу. Аргументы в твою пользу достаточно сильны. Позиция Сета тоже, хотя не так, как твоя, тем более что самого его нет здесь. Ганнибал готов легко отпустить тебя, если таким образом сумеет под шумок удержать другую душу.

— Но если доказательства представлены, пусть тогда присяжные решают. Ты только что сказал: в случае Сета основания тоже твердые.

— Да, — согласился Роман. — Но Хью сообщил мне кое-что об этих присяжных. Все дела о контрактах слушаются половиной ангелов и половиной демонов, из соображений справедливости. Ангелы честно проголосуют за то, что считают правильным. Если доказательства сомнительные, они выскажутся против тебя. Они не станут освобождать душу, если посчитают обстоятельства неудовлетворительными. Демоны такие моральные принципа не исповедуют. Джером и Нифон оба могут признаться, что противоречащие один другому контракты были составлены умышленно, и все демоны в этом составе присяжных все равно проголосуют против тебя.

— Но это нечестно, — сказала я.

— Джорджина, мы в Аду, — только и ответил на это Роман.

— А что случится, если голоса присяжных разделятся поровну? Начнется знаменитая процедура с коллегией присяжных, которые не пришли к единому мнению?

— Проведут дополнительное голосование. Призовут тринадцатого присяжного, ангела или демона, случайным образом, его голос станет решающим. Если дойдет до этого, твои шансы будут пятьдесят на пятьдесят.

— Вот в чем сделка, — пробормотала я себе под нос. — Если я брошу Сета, то гарантирую себе свободу.

Роман кивнул.

— А если не бросишь, можешь уготовить Ад вам обоим.

ГЛАВА 20

Я размышляла об этом между двумя ударами сердца, но даже это было слишком долго. И так ясно, какое решение я приму. Мы с Сетом связаны воедино. Сет отыскал мою душу в безграничном мире сновидений, пусть даже это было сделано на потребу Джерома. Мы с Сетом находили друг друга жизнь за жизнью и влюблялись друг в друга снова и снова. Даже если мы сознательно не помнили один другого, наши внутренние сущности связывались. Я вспомнила слова Романа.

«Снова и снова вы находили и теряли друг друга, ты боролась и мучилась, но все разваливалось от сомнений и недостатка информации. И ты допустишь, чтобы все шло так и дальше?»

Нет, круг замкнулся. Для меня. Эти прожитые жизни… испытанные страдания… все это не должно пропасть зря. Неважно, что Сет ненавидит меня и больше не хочет видеть. Я не покину его — ни сейчас, ни впредь.

— Не беда, — сказала я Роману. — Мы с Сетом в одной упряжке, хотя он, может быть, об этом и не догадывается.

Роман не пытался меня отговорить. Он просто спросил:

— Ты понимаешь, что стоит на кону?

— Понимаю. — Если мы проиграем, я не просто потеряю свою душу, меня ожидает вечность на службе у Ада, под началом руководителей, которые не в восторге от того, что я осмелилась нарушить равновесие сил. В адском праве наверняка имелась какая-нибудь статья или примечание, гласившие, что за такое поведение меня не могут наказывать. Но, как я уже говорила, у Ада имеется масса способов наказать не по закону отбившихся от стада. Лас-Вегас, вероятно, меня уже не ждет, а вместо этого мне уготовано какое-нибудь другое ужасное местечко.

Ганнибал призвал суд к порядку, и Роман передал мое решение.

Ганнибал неодобрительно прищелкнул языком.

— Рискуете всем ради новой машины, да? Что ж, леди и джентльмены, господа присяжные, теперь все в ваших руках. Вы слышали свидетельства, все, какие имелись. Считаете ли вы, что доказательств достаточно, чтобы удовлетворить прошение заявительницы? Должны ли оба контракта, которые эти лица подписали по собственной воле, быть признаны недействительными? — Настала очередь слепого правосудия.

Присяжные голосовали анонимно, меня это заинтересовало. Маленький кивок в сторону обеспечения беспристрастности и теоретической защиты для тех, кто отдает голоса против интересов своей партии. Из слов Марселя и Романа я заключила, что такое случается в среде ангелов. А в кругу демонов? Даже если они понимали, на чьей стороне справедливость, их конечной целью было умножение числа душ в Аду. Тронул ли кого-нибудь из них наш случай настолько, что они примут решение, посоветовавшись со своей совестью? Возможно ли, чтобы искра справедливости продолжала тлеть во мраке этого места? Судя по тому, с какой скоростью делались отметки на розданных присяжным листках, было не похоже на то. Никто не колебался. Демоны голосовали с надменными, самоуверенными лицами. Ангелы и демоны слеплены из одного теста, кроме того, мне говорили, что, когда ангелы долго находятся в Аду, их естество портится. А демоны не собирались отказываться от мечтаний о том, что станет с моей душой.

57
{"b":"147671","o":1}