ЛитМир - Электронная Библиотека

Андрей Константинов

Выдумщик

© А. Константинов, 2012

© ООО «Астрель-СПб», 2012

* * *

Пролог

Июнь 1994 года

Подполковник медицинской службы Александр Евгеньевич Лукашов давно уже научился по какому-то внутреннему наитию безошибочно угадывать: будут во время его дежурства «внеплановые поступления» или нет, – и чутье практически никогда не подводило хирурга, прошедшего Афган и парочку не менее веселых «точек» бывшего Советского Союза… Перед большой и нервной работой у Лукашова почему-то всегда слегка зудело левое запястье – словно к перемене погоды…

При заступлении на дежурство по клинике ВПХ[1] Александр Евгеньевич поинтересовался у ответственного дежурного полковника Вараксина – сколько поступлений дали в Центральную[2] Вараксин благодушно улыбнулся:

– У нас и так все под завязку, так что от Центральной подарков быть не должно… Может, и проскочим по-тихому, а, Александр Евгеньевич?

Лукашов помассировал левую кисть и с сомнением покачал головой. Разнарядка разнарядкой, а если «тяжелого» доставят прямо к подъезду, минуя Центральную – его все равно придется брать, это любой врач знает…

И тем не менее день прошел спокойно – относительно, конечно… Работы в клинике, специализирующейся на боевой травме или на том, что может ее имитировать, хватает всегда. Подполковнику порой казалось, что Питер окончательно превратился в воюющий город – клиенты с «огнестрелами»[3] поступали в клинику с удручающей регулярностью и оптом, и в розницу… И это помимо жертв автокатастроф и несчастных случаев – пожаров, падений с большой высоты… Да еще «суицидники-неудачники»[4]… А такие клиенты ведь задерживались в клинике ВПХ не на день-два.

Как бы много работы ни было – Лукашов всегда старался раскидать ее так, чтобы успеть вечером посмотреть в ординаторской по телевизору новости. Просмотр новостей под чаек с бутербродами был для Александра Евгеньевича своеобразным ритуалом – подполковник любил, расслабленно развалившись в кресле, послушать, что расскажет по НТВ Танечка Миткова, потом переключал телевизор на «пятый» канал и внимал городским новостям от программы «Информ-TV». Самое любопытное заключалось в том, что в обычные дни, дома, Лукашов вообще не смотрел новости, а на дежурстве торопился к «ящику» точно так же, как домохозяйки, страшащиеся пропустить начало очередной серии очередной мыльной оперы…

Выпуск «Информ-TV» подходил к концу. Ведущая доверительно округлила глаза и сказала проникновенно:

– С каждым днем близится торжественное открытие Игр Доброй Воли, которые, несомненно, станут настоящим праздником для всех любителей спорта и в Петербурге, и далеко за его пределами. Однако, видимо, не всех устраивает то, что Игры пройдут именно в нашем городе. Некоторые круги нагнетают обстановку и распространяют слухи о том, что ситуация с преступностью в Петербурге может помешать достойному проведению спортивного форума. Мы попросили прокомментировать эти слухи начальника ГУВД генерала Локтионова…

В кадре появился насупленный милицейский генерал, который, глядя перед собой в одну точку, начал выталкивать из себя казенные фразы, делая между предложениями длинные паузы:

– Я бы не стал преувеличивать проблему с преступностью на сегодняшний день… Нами предприняты все меры, чтобы Игры доброй воли прошли без малейших инцидентов… Мы, так сказать, начали готовиться заранее и предприняли ряд усилий, направленных на выдавливание преступников из города… Это не могло не сказаться на оперативной обстановке – она существенно изменилась в лучшую сторону… В этой связи удивляет позиция американского консульства, которое распространило доклад, в котором, в частности, Петербург прямо называется опасным для иностранцев городом… Я с таким утверждением категорически не согласен… Наш город абсолютно не опасен для западных туристов – за исключением тех, которые сами ищут себе приключений… А панику вокруг преступности, и организованной в том числе, раздувают те, кто хотят любой факт сделать жареным – это касается и ряда журналистов, в том числе и наших, питерских… Я пока не хочу называть имена этих сочинителей, но, подчеркиваю, – журналисты должны чувствовать свою ответственность перед городом, страной, читателями, а не увлекаться «клубничкой»… Повторяю – организованная преступность в Петербурге, конечно, есть, но она на сегодняшний день просто не в состоянии помешать нормальному проведению Игр доброй воли… Правоохранительные органы полностью контролируют обстановку и добились существенного снижения количества тяжких преступлений в нашем городе…

Генерал говорил что-то еще – все так же насупленно и весомо, но Александр Евгеньевич уже его не слушал – противно стало. Кто-то, может быть, и поверит в «изменение к лучшему» оперативной обстановки, но Лукашов-то работал в клинике Военно-полевой хирургии, а не в богадельне. И по личным наблюдениям хирурга – криминальная обстановка была очень и очень далека от нормальной…

Александр Евгеньевич хмыкнул и повернулся к двум курсантам-третьекурсникам, которых курировал и которые специально пришли на его дежурство попрактиковаться:

– Ну, что пригорюнились, орлы? Мало ли что генерал сказал – у нас работы меньше не будет, я вам это гарантирую…

Курсанты вежливо промолчали, а Лукашов продолжил:

– И вообще – если хотите стать толковыми врачами, то должны уметь сами себе работу находить, даже если свежих поступлений нет… Вот, помню, лет пять назад у нас один немец учился, еще из ГДР. Так тот пришел один раз, покрутился, покрутился – взял да и побрил одного реанимационного… Нашим такое даже в голову не приходило… Тогда, правда, все немного по-другому было, и клиенты не такие беспокойные поступали… Про ЧП на прошлой неделе слышали?

«Курсачи» дружно кивнули – вся Академия несколько дней обсуждала неслыханный дотоле случай – в ВПХ привезли раненного в какой-то разборке бандита, реанимационная бригада всю ночь его вытягивала с того света, вытянула еле-еле… А через несколько дней, утречком, часов в восемь, как раз когда пересменка шла, к центральному входу клиники подъехала «Волга», из которой вышел человек в белом халате… «Доктор» дошел, никем не остановленный, до палаты, осмотрел внимательно прооперированного, вынул из кармана халата пистолет, два раза выстрелил бедолаге в голову и ушел…

– Так вот, – веско сказал Александр Евгеньевич. – Люди к нам попадают разные, поэтому без дела по отделениям не шарахаться, права не качать, излишнее любопытство не проявлять…

Лукашов посмотрел на молодых медсестер у стола, о чем-то оживленно шептавшихся, и добавил:

– Генерал Ерюхин официально заявил: «Пусть от киллеров клиентов защищают те, кому это положено, а медперсонал важнее…» Понятно? Мы за жизнь больного только на операционном столе боремся, а грудь под пули подставлять – не обязательно. И в разговоры доверительные с ранеными не лезьте – только по специальности… А кто и почему их на тот свет отправить хотел – пусть милиция выясняет… Мне тут Пинкертоны не нужны, мне больше Пироговы требуются. Ясно?

– Ясно, – закивали курсанты.

– Ну, а раз ясно – по коням и в бой. Слушайте задачу…

Через несколько минут Лукашов и курсанты ушли на обход, а вернулись они в ординаторскую лишь около двух часов ночи.

– Ну что, орлы… – хотел было начать предварительный «разбор полетов» подполковник, но закончить фразу ему помешал вбежавший в ординаторскую санитар:

– Александр Евгеньевич, там милиция какого-то «черного» привезла, плохой совсем, вроде доходит уже…

– Ну вот, – вздохнул Лукашов, быстро вставая. – А вы боялись…

Человек, доставленный в приемный покой, и впрямь был очень плох – волосы и лицо в запекшейся крови, открытый рот щерился обломками зубов, обрывки футболки почти не скрывали множественных кровоподтеков на теле… Александр Евгеньевич сразу отметил входное пулевое отверстие на левой стороне груди и стал очень серьезным.

вернуться

1

Клиника военно-полевой хирургии Военно-медицинской академии.

вернуться

2

Центральная диспетчерская «скорой помощи», куда каждый день все клиники города сообщают, сколько больных по «скорой» они в состоянии принять.

вернуться

3

Огнестрельные ранения.

вернуться

4

Люди, пытавшиеся совершить самоубийство, но не сумевшие реализовать свои намерения до конца.

1
{"b":"14925","o":1}