ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Геката подняла руку и заперла кованые ворота силой Красного.

Еще один крик расколол ночь надвое.

Геката пулей полетела через Врата. Мертвый демон или нет, но ей не хотелось, чтобы создание, способное так кричать, последовало за ней в Темное Королевство.

Слова плавали вокруг, разрезая на части разум и вспарывая душу.

Серая дымка расступилась, открывая Темный Алтарь.

Кровь. Сколько крови… «Повелитель использовал другого мужчину, чтобы завершить начатое»…

Слова разбились на части.

«Ты мое орудие».

Его разум разлетелся на куски.

«Это окончательно ее уничтожило».

В крике Деймона боль сплелась с яростью, и он устремился прочь сквозь туманную дымку по дорогам, омытым кровью и усыпанным осколками хрусталя.

«Слова могут лгать. Кровь – никогда».

Он снова закричал и оказался в раздробленном мире, который лэндены называли безумием, а Кровь – Искаженным Королевством.

Часть вторая

Глава 3

1. Кэйлеер

Карла, пятнадцатилетняя Королева Иннеи, ткнула в ребра своего кузена Мортона:

– А это еще кто?

Мортон покорно взглянул в ту сторону, куда кивнула нетерпеливая девица, а затем продолжил наблюдать за молодыми Предводителями, собравшимися в конце банкетного зала.

– Новая фаворитка дядюшки Гобарта.

Карла изучала юную ведьму сузившимися глазами льдисто-голубого оттенка.

– Не думаю, что она намного старше меня.

– К сожалению, ты совершенно права, – мрачно произнес Мортон.

Карла взяла кузена за руку, обретя некоторое утешение в его близости.

Иннеанское общество стало быстро меняться после того «несчастного случая» шесть лет назад, когда погибли родители Карлы и Мортона. Группа мужчин-аристократов немедленно сформировала совет «во благо Края» под лидерством Гобарта, Предводителя, носившего Желтый Камень и являвшегося дальним родственником отца юной Королевы.

Каждая Королева Провинции, отказавшаяся стать пешкой совета, не признала и Королеву из какой-то небольшой деревни, которая была в конечном счете избрана советом и стала править Краем. Это, разумеется, разделило Инею на два лагеря, но вместе с тем не дало мужскому совету обрести слишком большую власть и внести свои «улучшения» в иннеанское общество.

И все-таки все эти шесть лет в воздухе витало неуловимое ощущение неправильности.

У Карлы было не много друзей. Она была слишком остра на язык, обладала взрывным характером, по Праву рождения носила Сапфир. Помимо этого, она от природы была Черной Вдовой и Целительницей. Однако, поскольку теперь главой семьи считался лорд Гобарт, ей пришлось большую часть времени проводить с дочерьми других членов мужского совета. Взгляды, которых придерживались эти девочки, были непристойными и глупыми: уважающие себя ведьмы должны предоставить власть мудрым мужчинам, которые знают больше их; мужчины Крови не должны служить или подчиняться Королевам, потому что они – представители сильного пола. И единственная причина, по которой Королевы и Черные Вдовы стремятся к власти, заключается в том, что они по самой своей природе не способны стать настоящими женщинами.

Ужасающие непристойности. И это действительно пугало.

Когда Карла была моложе, она нередко гадала, почему Королевы Провинций и Черные Вдовы позволили загнать себя в угол вместо того, чтобы бороться.

«Иннея заперта в мрачной, темной, ледяной зиме, – сказали ей Черные Вдовы. – Мы должны приложить все усилия, чтобы сохранить свою силу до тех пор, когда вернется весна».

Но сумеют ли они протянуть пять долгих лет, оставшихся до ее совершеннолетия? Доживет ли до него она сама? Смерти ее матери и тети были отнюдь не случайны. Кто-то устранил самых сильных Королев и Черных Вдов в Иннее, оставив Край уязвимым для…

Для чего?

Джанелль могла бы ответить на этот вопрос, но она…

Карла прикусила губу, прогоняя прочь горький гнев, в последнее время то и дело угрожающе близко подбиравшийся к поверхности. Заставив себя вернуться в реальность, она присмотрелась к новой любовнице Гобарта и снова ткнула Мортона в ребра.

– Прекрати, – отрывисто бросил он.

Карла не обратила на эти слова ни малейшего внимания.

– Почему она не снимет меховую накидку?

– Это подарок дядюшки Гобарта, приподнесенный в день, когда она официально стала его спутницей.

Карла накрутила на палец прядь коротких, прямых платиновых волос.

– Я никогда не видела такого меха. Это не шкура белого медведя.

– Думаю, на ней мех арсерианского кота.

– Арсерианского кота? – Это не могло быть правдой. Большинство иннеанцев не рискнули бы охотиться в Арсерии, потому что пресловутые коты были огромными, опасными хищниками и шансы охотника самому не превратиться в добычу были минимальны. Кроме того, с мехом что-то было не так… Она чувствовала это даже на таком расстоянии. – Я собираюсь засвидетельствовать им свое почтение.

– Карла! – Не распознать скрытое предупреждение было попросту невозможно.

– Чмок-чмок. – С этими словами она коварно улыбнулась и нежно сжала руку кузена, прежде чем направиться к группке женщин, восхищавшихся накидкой.

Проскользнуть между ними оказалось на удивление легко. Некоторые из дам обратили на нее внимание, но большинство не сводило восхищенных глаз с девушки – Карла была не в силах назвать Сестрой ту, которая счастливо сплетничала.

– …охотники из очень далеких краев, – закончила свой рассказ та.

– У меня есть воротник из шкуры арсерианского кота, но он не сравнится с этим, – с завистью вздохнула одна из слушательниц.

– Эти охотники нашли какой-то новый способ добывать мех. Гоби рассказал мне после того, как мы… – Она хихикнула и умолкла.

– Какой же?

– Это секрет.

Девушки наперебой принялись ее уговаривать.

Очарованная белоснежным мехом, Карла прикоснулась к нему в тот самый миг, когда любовница ее дяди снова захихикала и наконец открыла тайну:

– Они снимают шкуру заживо.

Карла отдернула руку, словно ожегшись, и замерла, пораженная. Заживо!..

И часть силы существа, когда-то носившего эту шкурку, по-прежнему сохранилась. Вот что сделало мех таким потрясающим.

Ведьма. Одна из Крови, которую Джанелль называла родством.

Карла покачнулась. Они зверски убили ведьму.

Она растолкала женщин локтями и, спотыкаясь, неверными шагами направилась к двери. Через мгновение ее нагнал Мортон и обхватил рукой за талию.

– Прочь, – сдавленно пробормотала она. – Кажется, меня сейчас вырвет.

Как только они оказались на улице, девушка резко вдохнула колючий морозный воздух и заплакала.

– Карла, – пробормотал Мортон, прижимая ее к себе.

– Она была ведьмой, – всхлипывая, бормотала Королева. – Она была ведьмой, а они заживо содрали с нее шкуру, чтобы эта маленькая сучка могла…

Карла почувствовала, как содрогнулся Мортон. Его руки сжались, словно объятия могли защитить ее. И он действительно попытался бы защитить свою кузину, только поэтому Карла ничего не рассказывала ему об опасности, которую чувствовала каждый раз, когда дядюшка Гобарт смотрел на нее. В свои шестнадцать лет Мортон едва успел начать обучение службе при дворе.

Кроме него, у нее не осталось настоящей семьи – и друзей тоже.

Внезапно в ней вскипел горький гнев.

– Прошло уже два года! – яростно выкрикнула она, отталкивая Мортона. Тот покорно разжал объятия. – Она провела в Кэйлеере уже два года и ни разу не пришла повидать меня! – Девушка принялась мерить шагами узкую площадку.

– Люди меняются, Карла, – осторожно произнес ее кузен. – Друзья не всегда остаются друзьями.

– Не Джанелль. И не со мной. Этот зловещий ублюдок в Зале Са-Дьябло ухитрился каким-то образом посадить ее под замок. Я знаю это, Мортон. – Она ткнула его в грудь с такой силой, что юноша вздрогнул. – Я это чувствую – вот здесь!

12
{"b":"153141","o":1}