ЛитМир - Электронная Библиотека

Со стороны кажется, что я слишком много успела подумать за те полчаса, что мы были вдвоем в комнате. («Были вдвоем в комнате» – это эвфемизм, «были вдвоем» означает совсем другое.) Но на самом деле все свои мысли я обдумала минут за пять-шесть – это гораздо быстрее, чем происходит любовь, тем более с таким нежным партнером, как Максим. Вообще-то приятно ощутить себя объектом пристального внимания, приятно, что Максим так сильно хочет именно меня!..

Со стороны кажется, что у меня должна быть более умная, более тонкая, более чувствительная реакция на измену, глубокие переживания и все прочее, что полагается такой умной, тонкой, чувствительной особе, как я. Но я ведь пишу правду, какой же смысл врать самой себе в дневнике, – моя реакция была именно такая, и точка!!!

Знаете что? Представьте себе, что вы кого-то любите, что ваша любовь – единственная, любовь, которая бывает раз в жизни… нет, не так, это просто слова!.. Представьте себе, что вы не живете без него, вам неинтересно одеваться, смотреть кино, гулять при луне – жить… Вам неинтересно без него жить, а он… он дает вам одно мгновение своей жизни, одно крошечное мгновение, единственное, в которое вы живете, а потом вам приходится опять ждать… Звучит красиво, но это правда или почти правда.

Из всего этого абсолютно понятно, кто виноват в том, что я ему изменила, и этот кто-то – не я. Но какая же это пошлая ситуация: он много работает, устает, не обращает на нее внимания. А она думает, что он ее разлюбил, изменяет ему назло, потом его же обвиняет в своей измене… Наверное, самые обычные, тривиальные ситуации, они самые больные… зато это знаете чему учит – смирению. Начинаешь думать – я такой же, как все, а вовсе не особенный.

Я больше не чувствую себя заполненным листком из тетради в клеточку, я чувствую себя очень грустным листком в клеточку, листком, в котором в одной клеточке написано – прости меня, пожалуйста, я больше не буду, а во всех остальных – ура, ура, я живая!..

Остался последний шарик, ура! Вот только имя на нем трудное – Иннокентий. Innokenty… Может быть, написать просто Kesha?

Глава 4

Полина

План дня.

1. Не забыть положить в сумку комплект белья, новый, не белый, а голубой. Когда мы поедем в отель, переоденусь в номере, в ванной.

2. Пойти в jym на час раньше, чтобы успеть зайти домой и спокойно переодеться.

3. Синий костюм с узкой укороченной юбкой, розовая блузка, черные туфли, те, что на очень высоких каблуках. Ноги устанут за день, но все вместе получится строго и сексуально. Волосы распустить, губы не красить, только глаза.

4. Позвонить Андрею в 10.30. Возможно, это будет сold call.

Во время учебы в юридической школе я по-разному подрабатывала, иногда продавала товары по телефону. Бывало, звонила кому-то без предварительной договоренности, просто наугад, по телефонной книге, и тогда шансов продать свой товар почти не было. Чаще всего мне отказывали, но я все равно звонила, наудачу, – а вдруг?.. Это называется cold call – скорее всего откажут, но все равно звонишь. Когда собираешься сделать cold call, нужно особое настроение, нужно настроиться на победу.

5. Встреча с директором в 11.00.

Вопросы к директору:

– независимая экспертиза;

– электричество и отопление.

Когда я уходила из дома, Макс сказал, что я потрясающе красивая женщина. Сказал, что глаза кажутся огромными. Что блузка красивая, не противного розового цвета, а беззащитно-делового. Не знаю, как это может быть, одновременно беззащитный цвет и деловой. Просто мужчинам нравится все беззащитное, вот они и видят это повсюду. Им нравится, когда «ах, ох, я такая нежная, я не могу сама, помогите»… Макс говорит, что я слишком controlling. Интересно, а как бы я смогла добиться всего, если бы я не была controlling?

Ровно в 10.30 я позвонила Андрею:

– Привет, как дела? Ты говорил, у тебя проблемы с контрактом? Хочешь, я посмотрю документы?..

– Спасибо, – удивился Андрей, – я сам справлюсь…

– Да?.. Мне тоже нужна твоя консультация, – сказала я, выделив голосом «тоже». Ему-то ничего от меня не нужно, но я как будто его не услышала, шла по заранее намеченному плану. – Если можно, лучше не дома, потому что… потому что я попала в неприятную историю. Ты скажи, где тебе удобно, а я подстроюсь.

Андрею удобно в семь часов на Садовой, в кафе «Ностальгия». В семь часов на Садовой в кафе «Ностальгия»!

Без пяти одиннадцать я сидела в приемной директора. Решила, буду сидеть, даже если мне придется ловить его на ходу за рукав, но на этот раз я ждала недолго, уже в 11.15 была у него в кабинете.

– Виктор Иванович, я подготовила список вопросов. – Я раскрыла блокнот и собралась зачитывать вопросы. Я могла бы задать свои вопросы и без блокнота, но ему нравится, когда к нему приходят с бумагами.

– Ну, давай, деточка, говори…

– Первое. Мне нужно произвести оценку недвижимости, которую мы приобретаем. Я обнаружила у вас на балансе кое-что, что не соответствует действительности. Детский сад и клуб. Мы не можем купить цех вместе с детским садом и клубом. Это связано с налогами, вы же сами понимаете…

– Э-э… деточка ты моя, хочешь, мы с тобой на залив съездим, пообедаем? – перебил Виктор Иванович. – В ресторане «Русская рыбалка». В Комарове погуляем…

– Нет. То есть спасибо за приглашение, Виктор Иванович. Давайте вызовем независимых экспертов.

– Какая ты въедливая барышня, акула бизнеса, вот ты кто, – ласково сказал Виктор Иванович, – а кто это должен быть, кого надо позвать?

Я пожала плечами:

– Есть же кто-то, кто делает вам аудит.

– Деточка, нам аудит делают свои люди, что надо, то и нарисуют.

Я улыбалась и надувала губы, чуть ли не ушами шевелила – старалась выглядеть как можно наивней. У нас с ним этот разговор уже не первый раз.

– Если вы не возражаете, я приглашу независимых аудиторов. Еще вопрос можно? Ваше предприятие имеет систему отопления, но котельная одна на всех. Если мы покупаем цех и офисное помещение, кому мы будем платить за отопление?

– Да берите так, – добродушно улыбнулся директор, – мы вам будем поставлять тепло бесплатно. Сколько вам там надо?.. Небось не подеремся. Пока берите так, а потом сочтемся, свои же люди…

– А электричество?

– Электричество тоже пока дадим бесплатно. Нечего вам самим соваться в электрическую компанию, вам самим противопожарную безопасность не пройти. А у нас уже все прикормлено… Так что берите, пока дают. Тут у нас все не так делается, как в Америке.

Виктор Иванович улыбнулся еще ласковее, и я тоже улыбнулась. У нас с ним и этот разговор уже не первый раз, мы с ним все ходим и ходим вокруг да около.

– Бесплатно мы не можем. Бесплатно, Виктор Иваныч, – это самое страшное для американцев, даже страшнее бомбы. Мы купим, а потом придет другой собственник. И неизвестно, признает ли он наши с вами договоренности.

– Какой такой другой собственник? – Директор покраснел и надулся. – Ты, деточка, все-таки очень въедливая. Ты сплетен-то не слушай. Никто не придет. У меня ни левых кредитов, ни бюджетной задолженности нет.

– Виктор Иванович, я попрошу технический отдел составить схему платежей за отопление и за электричество, ладно? Вы же хотите продать? Понимаете, наш Совет директоров примет решение, покупать или нет, только если у нас с вами после вычета налогов при принятом уровне рисков получится цифра, которая их удовлетворит. Но не раньше. Вы же хотите продать? Мы же с вами хотим продать, правда? – Я разговаривала с ним так, как нас учили. Нас учили всегда говорить «мы с вами», это подвигает партнера к сотрудничеству.

– Деточка ты моя, красавица, – задумчиво отозвался директор, – где только тебя выучили, красивую такую?

– У меня диплом юридической школы университета в Цинциннати, – улыбнулась я.

20
{"b":"157352","o":1}