ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Одд и ледяные великаны
Попаданка в академии драконов
Коммуналка
Лекс Раут. Императорский ловец
Как рисовать супергероев. Эксклюзивное руководство по рисованию
С неба упали три яблока
Полный НяпиZдинг (сборник)
Шефы тоже плачут
Войны начинают неудачники

Это усилие обошлось ему дорого. Мужчина чувствовал, как все тело налилось свинцовой усталостью. Веки снова отяжелели, и это было ужасно. Он попытался бороться — что-то подсказывало ему, что не следует спать. “Я должен оставаться начеку”, — вдруг подумал он.

“Начеку… но для чего? ” — тут же пронеслось в голове. Только сейчас он сообразил, что эта мысль появилась откуда-то из глубин его дремлющего сознания. Но, толкнувшись несколько раз, она будто угасла, и Джарред Брайант вновь провалился в глубокий, тяжелый сон.

Когда он пришел в себя в третий раз, ему вдруг показалось, что он медленно всплывает на поверхность из самой глубины темного, узкого колодца. Он отчаянно барахтался и отталкивался от стен, душивших его со всех сторон, изо всех сил пробиваясь наверх, к свету. Потом вдруг как будто что-то подалось, и он всплыл на поверхность. И снова увидел ее. Свою жену. Келси Беннет Брайант. Стоя в изножье его постели, она смотрела на него, и было заметно, что в душе ее борются самые разные чувства. Что-то подсказывало Брайанту, что именно эти непонятные ему чувства напрямую связаны с событиями, о которых он ничего не знал и которые как раз и привели ее сюда.

Он кашлянул. Услышав этот звук, женщина вздрогнула и замерла, губы ее удивленно приоткрылись, янтарные глаза стали огромными. В это утро на ней была белоснежная блузка с черной юбкой и черный пиджак. Она была одета так, словно торопилась на совещание акционеров или на похороны. Джарреду с трудом верилось в то, что эта очаровательная незнакомка могла быть его женой. По причинам, в которые ему не хотелось вдаваться, он чувствовал, что не стоит ее.

— Привет, — удалось ему наконец выдавить из себя. При этом он невольно отметил, что голос его царапает слух, словно наждачная бумага.

Какая-то тень вдруг пробежала по ее лицу. И Джарред сжался, мгновенно вспомнив, что в той, прошлой жизни она не слишком была привязана к нему. Да что там! Сказать по правде, то, что она испытывала к нему, было какой-то причудливой смесью отвращения и ненависти.

— Тебе нельзя много говорить. Но я рада, что ты пришел в себя, — торопливо пробормотала она. — Только не нужно слишком напрягаться — тебе это вредно. Доктор Алистер подробно рассказал мне о твоем состоянии. И объяснил, что нужно делать, чтобы поскорее поправиться. Главное сейчас для тебя — это отдых.

— Что случилось? — с трудом прохрипел он.

Растерявшись, она со свистом втянула в себя воздух. Джарред ждал, надеясь, что сейчас услышит хоть какое-то объяснение, но она не хотела — или не могла — просветить его на этот счет. Вместо этого она снова отошла к окну и остановилась там, и Джарреду пришлось повернуть голову, чтобы не выпустить ее из виду. И дома, и небо за окном — все было одинаково серым.

— О нет, только не двигайся, — спохватилась она, оглянувшись и перехватив его взгляд. — Прошу тебя. Я не могу… не могу пробыть с тобой долго. Честно говоря, я вообще не знаю, что делать. Скоро сюда придут твои родители. Они так рады, что все обошлось.

— Мои родители? — пробормотал он. Голова его вдруг стала странно легкой и словно бы какой-то непрочной, и на мгновение он даже испугался — ему показалось, что она вот-вот расколется на кусочки. Он с трудом взял себя в руки, сообразив, что это скорее всего действие лекарств, которыми его накачали. Вот и сейчас возле его изголовья стояла капельница, и какая-то жидкость медленно стекала в вену через иглу, торчавшую в его правом запястье.

— Ты вообще что-нибудь помнишь… хоть что-нибудь? — резко спросила она, метнув в его сторону какой-то затравленный взгляд. Этот непонятный страх привел его в такое замешательство, что он мог только растерянно смотреть на нее.

“Это все та дрянь, которой меня пичкают”, — крутилось у него в голове. И в то же время он ясно осознавал, что дело не только в этом.

— Это… автомобильная авария? — неуверенно про— — шептал он.

Плечи женщины поникли.

Поколебавшись немного, она повернулась к нему, и янтарные глаза ее стали печальными.

— Врачи посоветовали не говорить тебе, что произошло. Им кажется, что будет куда лучше, если ты сам все вспомнишь. — Она запнулась, немного помолчала. Когда она заговорила снова, в голосе ее чувствовалось напряжение. — Ты меня узнал? Ты знаешь, кто я?

… должен вспомнить… должен прийти в себя… О Боже милостивый, что, если этого не случится?!

… Забудь об этом. На такое счастье и надеяться глупо…

С трудом проглотив подступивший к горлу комок, Джарред попытался размышлять. В голове у него крутились обрывки того разговора, свидетелем которого он невольно стал, когда находился в забытьи, и который, вполне возможно, был просто плодом его воображения. Неужели один из тех бесплотных голосов принадлежал ей? Глубокое, щемящее чувство, подозрительно походившее на отчаяние, вдруг заполнило его душу, и Джарред закрыл глаза. Как будто выключил изображение — ее изображение — в телевизоре. Но все внутри его мучительно содрогалось от желания позвать ее, попросить, чтобы она простила его за все, а потом крепко прижала к себе его измученное болью тело и вновь доверяла ему, как прежде.

— Доктор Алистер идет, — с облегчением проговорила она, явно радуясь, что может прервать затянувшееся молчание. Шаги в коридоре приблизились к самой двери, и она поспешно добавила: — Я еще вернусь вечером.

Она мгновенно исчезла, оставив после себя легкий аромат духов, шлейфом тянувшийся за ней. Потянув носом, Джарред узнал его — один из так называемых естественных запахов, всегда казавшийся ему смесью ароматических солей Для ванны и самого тела. Джарред даже прозвал его “Келси”, поскольку он всегда сопровождал ее, и постепенно запах этот стал ассоциироваться у него именно с ней Он знал, что это ей нравится, хотя она не имела привычки высказывать вслух свои чувства.

— Привет, привет!

Приоткрыв глаза, Джарред увидел стоявшего на пороге седовласого мужчину в белом халате, внимательно разглядывавшего его цепким взглядом врача. На губах его играла слабая улыбка.

— Вы знаете, кто я?

— Доктор, — помолчав немного, ответил Джарред.

— Угу, так-так. А вы, стало быть, мой пациент. Меня зовут доктор Алистер.

— Давно я здесь?

— Уже четыре дня.

— Четыре дня?! — Джарред несколько опешил. Он не ожидал, что прошло уже столько времени.

— А саму аварию вы помните? Помните, что с вами произошло?

Пустота. Джарред отчаянно старался вспомнить хоть что-нибудь, но от этих усилий у него только разболелась голова. Заметив это, доктор ободряюще положил свою прохладную руку ему на плечо.

— Не пытайтесь — в конце концов это придет само собой. А свое имя вы помните?

Наступило продолжительное молчание. Доктор Алистер с профессиональным интересом вглядывался в лицо своего пациента. Келси называла его по имени, но ведь доктор об этом не мог знать! По каким-то неведомым ему причинам Джарред догадывался, что должен хранить свою тайну. Ему было достаточно доли секунды, чтобы решить, как себя вести.

— Нет, — с трудом вытолкнул он из себя, и игра началась.

Глава 1

Пожухлые, желтовато-коричневые листья в стремительном хороводе закружились над землей, словно делая последнее усилие, чтобы снова взмыть в воздух, прежде чем навсегда опуститься на почерневшую от дождя дорогу. Не замечая их, Келси понуро двигалась вперед между вздымавшимися из земли надгробиями, увязая каблучками черных туфель в . земле и пробираясь туда, где кучка людей сгрудилась возле вырытой могилы. Дорожка, по которой она шла, была посыпана мелким гравием. Скорей всего создатели ее думали о том, чтобы добавить еще одну нотку к естественному очарованию высоких елей и пихт, к строгости серых каменных надгробий, тянувшихся вверх по склону холма. Дождь хлестнул ее по щеке, порыв ветра едва не вырвал из онемевших от холода пальцев скользкий черный зонтик.

В Сиэтле — или, уж точнее, в Сильверлейке — крохотном пригороде, притулившемся на окраине растущего словно на Дрожжах огромного города, стоял ноябрь. Сам Сиэтл был со всех сторон окружен водой: залив Пьюджет-Саунд, озеро Вашингтон, озеро Юнион. Достаточно было бросить взгляд влево, чтобы увидеть вдали блики на поверхности воды. Озеро Вашингтон простиралось почти на восемнадцать миль. К востоку и к югу, насколько ей было видно отсюда, раскинулось озеро Саммамиш. “Будь я сейчас в состоянии успокоиться, наверняка смогла бы вспомнить и его размеры”, — подумала Келси.

2
{"b":"164558","o":1}