ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ее соседом по парте в школе для юнг оказался Гюс Маккуин, пухленький мальчик с морковного цвета волосами, с усыпанным веснушками лицом. Гюс… Теперь, десять лет спустя, он стал худым и довольно злым, а раньше был такой весельчак.

Что же касается Давида…

Зигрид встряхнулась, резко возвращаясь к реальности. Над ее головой ветер с моря шевелил верхушки деревьев, и на секунду шуршание листьев заглушило гул океана.

Девушка закрыла глаза и глубоко вдохнула. Запах влажной земли, мха, мокрой травы наполнил ее грудь, и у нее закружилась голова.

Через четыре дня ей придется отказаться от всех этих сокровищ…

Зигрид вдруг осознала, что кусает губы, чтобы не расплакаться.

Глава 9

Гномы

На обратном пути к храму Зигрид увидела погребальные урны, стоящие у подножия разрушенной статуи. При виде их она подумала о традиционных вазах-канопах Древнего Египта. В такие сосуды клали внутренние органы умершего. Может, и в стоящих перед ней мраморных кувшинах находятся внутренние органы созданий, лежащих в саркофагах?

«Гланды… или что-нибудь столь же отвратительное», — подумала она.

Любопытство толкало ее открыть их. На покрытых мхом урнах не было никаких надписей. Зигрид встала на колени. Ей очень хотелось все узнать. Она подцепила ножом крышку самого большого из сосудов, готовясь к худшему. Но урна упала набок, и из нее не выпрыгнул черт. В ней оказались семена. Что-то вроде инопланетной пшеницы.

«Очевидно, дары, — решила Зигрид разочарованно. — Приношения божеству, статуя которого стояла тут на пьедестале. Давид с радостью проанализирует их».

Она сунула кисть в урну и взяла пригоршню семян. В этот момент высокая волна ударила в борт корабля, и Зигрид, потеряв равновесие, упала на палубу. Семена выпали из ее руки. Едва они коснулись земли, как начали набухать, прорастая с невероятной скоростью.

— Эге! — пробормотала потрясенная девушка. — Что такое?

На ее глазах семена выпускали корни, ствол… что-то росло… Странное растение, напоминающее… человека!

Зигрид отпрыгнула назад. Из каждого упавшего из ее руки семени вырастала человеческая фигурка. Крошечные растительные человечки двигались очень странно. Один бил по наковальне, второй косил с помощью серпа… Последняя фигурка была женщиной. Она танцевала с большим изяществом. Зигрид стояла без движения, не зная, как себя вести. Вдруг оказалось, что танцовщица ждет ребенка, ее живот быстро рос. Вот уже у нее на руках малыш… А теперь она уже стала старенькой, опиралась на палочку.

Растения быстро меняли свой вид. Как только цикл их превращений был закончен, они начинали его снова.

— Боже мой! — завопил Гюс, пришедший сменить Зигрид. — Гномы! Давид, быстрей сюда! На Зигрид напали гномы!

Прежде чем девушка успела вмешаться, он схватил ружье и открыл огонь. От пуль растения разлетелись на тысячу липких кусочков.

— Тебе повезло, — обронил Гюс. — Я пришел вовремя и спас тебе жизнь.

— Да нет же! — вскрикнула Зигрид. — Ты ошибаешься, моей жизни ничего не угрожало.

— Здесь были гномы, домовые, — упрямился Гюс. — Я видел их! Они окружали тебя.

Прибежал Аллоран с оружием в руках. И склонился, чтобы изучить то, что осталось от гномов.

— Они были совершенно безобидны, — настаивала девушка. — Я думаю, это нечто вроде альбома с воспоминаниями.

— Что? — закричал Давид. — Ты что городишь?

— Понимаешь, у нас на Земле есть фотографии, и мы смотрим их, думая о прошлом, о тех, кого мы знали. Здесь, на Алмоа, жители планеты использовали в качестве фотографий семена. Их клали в землю, где они тотчас же вырастали, принимая чей-то облик. Причем двигались, словно человечек жив. Каждый гномик — зеленое растение, но одновременно как бы и скульптура, воспроизведение кого-то, кого любили. Тебе понятно?

— Ничего не понятно! — зло бросил Давид. — Я думаю, это солдаты, которых можно вырастить как растения. Их перевозят в виде семян, а когда необходимо, высеивают, и вырастает целая армия, и она беспрекословно повинуется хозяину. Надо уничтожить содержимое этих горшков.

Аллоран схватил открытую урну, желая бросить в воду.

— Ты сошел с ума! — запротестовала Зигрид. — Они не опасны! Это всего лишь воспоминания! — и попыталась вырвать сосуд из рук Давида. Емкость опрокинулась, когда порыв ветра закачал корабль, и подхваченные потоком воздуха семена разлетелись по всему саду.

— Дура! — взревел молодой человек. — Теперь мы в ловушке! Гномы окружат нас!

Аллоран был в ярости.

— Чушь, — упорствовала Зигрид. — Нам ничто не угрожает.

— Боже мой! — задыхался Гюс. — Они уже начали расти! Я вижу, как они шевелятся в кустах!

— Быстрее! — скомандовал Давид. — Спрячемся внутри храма и забаррикадируемся.

Парни схватили ружья, твердо решив принять бой. Зигрид пожала плечами. И последовала за ними в храм, уверенная, что ее друзья напрасно беспокоятся.

— Пригнись! — приказал ей Давид. — Тебя слишком хорошо видно. А мы не знаем, какое у них оружие.

Зигрид только вздохнула.

В кустах действительно двигались маленькие фигурки, вырастая на глазах. Ветром рассеяло примерно около сотни семян, по размеру не больше, чем пшеничное зернышко. И вот уже они породили целую толпу.

Палуба корабля населялась странными зелеными персонажами, их движения были какими-то механическими. Фигурки сновали среди деревьев.

В полутьме леса их вид вызывал тревогу, но Зигрид все еще считала, что растительные создания не являются по-настоящему живыми. «Это фотоальбомы, — продолжала она упорно думать. — Каждый сосуд — трехмерный альбом-воспоминание».

Вероятно, во время большой катастрофы жители Алмоа решили сохранить на своих ковчегах-садах свидетельства об их цивилизации. Используя науку о растительной скульптуре, они заполнили урны семенами, представляющими различные ремесла, виды искусств, технику планеты Алмоа.

«Таким образом они надеялись общаться с теми, кто найдет корабли-сады, — размышляла Зигрид. — Представителям любой цивилизации известно, что семечко надо посадить в землю, чтобы из него что-то выросло. Что ж, они не ошиблись. Сейчас мы видим прощальный жест исчезнувшей цивилизации».

Зеленоватые фигурки в кустах становились все крупнее. Некоторые танцевали, другие повторяли движения, которые Зигрид не смогла бы объяснить.

— Надо беречь снаряды, — прошептал Давид натянутым голосом. — Не стреляйте, пока они не подойдут к храму.

— Они не подойдут, — вздохнула Зигрид. — Они проросли корнями в землю там, где упало зернышко. Повторяю тебе: это живые воспоминания, и ничего больше.

— Замолчи! — шикнул на нее Аллоран. — Ты уже наделала достаточно глупостей!

В течение часа они ждали атаки гномов, но напрасно. Загадочные создания двигались в подлеске, не обращая на троицу никакого внимания.

— Наверняка дожидаются наступления ночи, — решил Давид. — Как раз вырастут до нужного размера и в темноте бросятся на нас.

— Нужно будет разрубить их на кусочки, — подал голос Гюс.

— Их слишком много, мы растратим все наши боеприпасы, — возразил Давид. — А мы еще должны исследовать два других ковчега. Нет, лучше уйти отсюда прямо сейчас. Подложим сюда столько взрывчатки, сколько нужно, чтобы отправить чертов баркас на дно океана.

Трое друзей покинули храм. Гюс и Давид продвигались с ружьями наперевес, держа палец на спусковом крючке. Зигрид завершала шествие, уверенная, что их меры предосторожности просто нелепы.

Ее удивляло изящество живых воспоминаний, теперь ставших одного с ней роста. Их красивые зеленые лица, казалось, выражали ностальгию. Когда на них падал свет, из-за прозрачности их «кожи» было видно, как растительные соки текут по каналам, словно таинственная кровь, приходящая из земных глубин.

— Армия овощей, — твердил Аллоран, пока его маленький отряд сворачивал лагерь. — Ждут, пока у них нарастут мускулы. Если бы мы еще чуть-чуть задержались, они бы всех нас порешили! Здесь нас не ждет ничего хорошего. Уж точно…

17
{"b":"164856","o":1}