ЛитМир - Электронная Библиотека

Annotation

Начало XV века…

Венеция находится на пике своего могущества.

Формально правителем города является герцог Марко, но из-за его слабоумия бразды правления находятся в руках его родственников. Для Серениссимы их слово — закон, но судьба Венеции находится все же в других руках…

Леди Джульетта — кузина герцога. Она наслаждается привилегиями, о которых многие не могут даже и мечтать, но за них Джульетте придется заплатить страшную цену…

Атило иль Маурос — глава ассасинов, тайной армии, которая исполняет волю Венеции как в самом государстве, так и за его пределами…

Принц Леопольд — внебрачный сын германского императора и лидер кригсхундов — единственной силы, которую в Венеции боятся больше, чем убийц Атило…

И, наконец, Тико — ученик Атило с лицом ангела. Пока еще ребенок, Тико уже сильнее и стремительнее любого мужчины. Он может видеть в темноте, но солнечный свет обжигает его. Поговаривают, что Тико пьет кровь…

Впервые на русском языке!

Джон Гримвуд

ПЕРСОНАЖИ

ЧАСТЬ 1

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

ЧАСТЬ 2

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

ЭПИЛОГ

БЛАГОДАРНОСТИ

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

Джон Гримвуд

Падший клинок

Посвящается Сэм, которая нашла Венецию более странной, чем представляла…

ПЕРСОНАЖИ

Падший клинок - _1.jpg

Падший клинок - _2.jpg

Тико,семнадцатилетний юноша со странными потребностями.

Семья Миллиони

Марко IV,известный как Марко Простак, герцог Венеции и государь Серениссимы.

Госпожа Джульетта ди Миллиони,пятнадцатилетняя двоюродная сестра Марко IV.

Герцогиня Алекса,вдова прежнего герцога, мать Марко IV и невестка принца Алонцо.

Принц Алонцо,регент Венеции.

Госпожа Элеонора,двоюродная сестра Джульетты и ее фрейлина.

Марко III,известный как Марко Справедливый. Прежний, погребенный герцог Венеции, старший брат Алонцо и крестный отец госпожи Джульетты.

Венецианский двор

Атило иль Маурос,бывший лорд-адмирал Средиземного моря, советник Марко III и глава тайной службы венецианских убийц.

Господин Брибанцо,член Совета Десяти, внутреннего совета, который правит Венецией вместе с герцогом. Один из богатейших людей города.

Госпожа Десдайо Брибанцо,его дочь и единственная наследница.

Сэр Ричард Гленвил,представитель Кипра в Венеции и рыцарь ордена Белых крестоносцев.

Принц Леопольд цум Бас Фридланд,незаконнорожденный сын германского императора. Тайный вождь Волчьего братства.

Патриарх Теодор,архиепископ Венеции и друг Атило иль Мауроса.

Доктор Хайтаун Кроу,алхимик, астролог и анатом герцога.

А'риал,стрега герцогини Алексы (ее ручная ведьма).

Дом Атило

Якопо,слуга Атило и член Ассасини.

Амелия,рабыня-нубийка и член Ассасини.

Таможня

Родериго,капитан Доганы, без денег с тех пор, как отказался брать взятки.

Темучин,его сержант-полумонгол.

Уличные воры

Джош,пятнадцатилетний главарь банды.

Розалин,его тринадцатилетняя напарница.

Пьетро,младший брат Розалин

ЧАСТЬ 1

…О, целый ад каких-то чар опасных,

Отец, в одной слезе его был скрыт… [1]

Жалоба влюбленной, Вильям Шекспир

1

Венеция, вторник, 4 января 1407 года.

Голый мальчик висел на деревянной стене, кандалы обхватывали обе лодыжки и одно запястье. Он несколько дней пытался освободить левую руку, обжигаясь о раскаленный наручник в надежде высвободить пальцы. Эта борьба вытянула из него все силы и, честно говоря, нисколько не изменила его положения.

— Помогите мне, — молил он. — Я сделаю все, что попросите.

Его боги молчали.

— Я клянусь. Жизнью клянусь.

Но его жизнь и так принадлежала им, даже здесь, в тесной клетке, где грудь горела при каждом вдохе, а кислый воздух становился все кислее. Боги забыли о нем.

Может, если бы он вспомнил их имена, дело пошло бы лучше.

В иные дни он сомневался в их существовании. А если они все же существуют, то полны своих забот. Ярость мальчика сменялась горечью и отчаянием, потом обращалась в призрак надежды и вновь сменялась новой волной ярости. И так раз за разом, снова и снова.

Левую руку жгло как огнем.

Какую бы магию ни использовали похитители, она сильнее его желания освободиться. Цепи новые и прочно крепятся к стене. Каждый раз, когда он хватался за цепь и дергал ее, пальцы шипели, как будто касались добела раскаленного железа.

— Милостивые боги! — прошептал он.

Как здорово было бы вернуть назад все те оскорбления, которыми он осыпал богов.

Он уже кричал на богов, проклинал их, призывал себе в помощь демонов — в отчаянии просил о помощи любого, кто услышит его крики. Какой-то уголок его сознания безумно желал снова забыться в крике, выплеснуть горечь и отчаяние. Но он уже давно сорвал голос. Да и кто придет в эту крошечную камеру без дверей? А даже если кто-то захочет прийти, то как он войдет?

Убийство. Изнасилование. Измена…

За какие еще преступления могут замуровать заживо?

Но в чем смысл наказания, если заключенный не может вспомнить свою вину? Мальчик не помнил своего имени. Не помнил, почему его замуровали в клетку чуть больше гроба. Он даже не помнил, кто заключил его сюда.

Земляной пол покрывали засохшие нечистоты.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как ему хотелось мочиться; губы покрывала спекшаяся сухая корка. Мальчик хотел спать почти так же сильно, как и освободиться, но, засыпая, он всякий раз падал на свои цепи и просыпался от обжигающей боли. Он сделал что-то плохое. Очень плохое. И теперь даже смерть не хочет принять его.

Только бы вспомнить, что именно.

«У тебя есть имя. Какое?»

Вспомнить не проще, чем вернуть надежду и дотянуться до свободы. Следующие часы мальчик провел в лихорадочном бреду. Некоторые мысли оказывались неожиданно четкими, но большинство лишь освещало пустыню его памяти.

Вместо воспоминаний — ускользающие тени и неразборчивые голоса.

«Прислушайся, — сказал он себе. — Слушай».

Он попытался. Голоса слышались снаружи, из-за деревянных стен. Много людей, и они спорили. До него доносились звуки, не громче шепота, однако он понимал: язык ему незнаком. Один голос приказывал, другой возражал. Потом что-то ударило в стену прямо напротив него.

1
{"b":"166680","o":1}