ЛитМир - Электронная Библиотека

— Очень необычный молодой человек. Очень.

— Дедушка Вассор, так я могу завтра пойти гулять? — не выдержала егоза.

— Он сказал три дня лежать?

— Да, а еще…

— Значит, надо полежать три дня, — категорически прервал ее старец.

Он встал, прошел к окну и поманил за собой Ладию с мужем. Ученик с ларцом присоединился к ним.

— Что это значит, Вассор? Я не понимаю… — начала хозяйка

— Я тебе не говорил, Ладия, не хотел мучить, — мягко прервал ее дед, — но твоя девочка была обречена. Какая-то нелюдь поразила ее заклятием алмазной чумы. Увы, до сих пор я был уверен, что никто в мире не способен с ней справиться. Даже шептуны. Рассказы о них больше похожи на миф, нежели на правду. Однако теперь я сам стану таким рассказчиком, ибо мне невероятно повезло и я видел результат исцеления наяву.

— А что это за болезнь такая? — полюбопытствовал архибек.

— Алмазная чума? О, это жестокая штука. Внедряется в тело и начинает разъедать какой-нибудь жизненно важный орган, чаще всего легкие, постепенно распространяясь на остальные. И чем дольше действует, тем быстрее разъедает, причиняя ужасные страдания. Через три недели Корса уже в полной мере начала бы чувствовать все нарастающую боль в желудке, печени, почках. Смерть обычно наступает не позднее трех месяцев со дня внедрения. В основном срок зависит от состояния здоровья, энергии и воли к жизни пораженного.

— Так, значит, молодой господин не шарлатан-недоучка? О небо! Девочка моя! Как же быть?!

— Я же сказал тебе — этот парень исцелил Корсу. Полностью. Ты понимаешь?! Я с моим опытом не смог, а он пришел и сделал! Ах, как бы я хотел с ним поговорить…

— Он в малой столовой ждет. Муж пригласил его на обед… — потерянно сказала хозяйка, все еще пребывая в шоке от свалившейся на нее правды.

— Кхм, да. Конечно, невежливо напрашиваться на обед, но меня извиняет то, что…

— Не надо слов, мастер, — проявил инициативу архибек. — Разумеется, мы с женой приглашаем вас с учеником отобедать с нами.

— Так чего же мы стоим? — засуетился дед. — Вдруг молодой человек устанет ждать и уйдет?

«Фарек, — мысленно скомандовал я архибеку, прежде чем прервать связь, — раз уж так сложилось, прими меры, чтобы твои женщины не болтали лишнего».

«Будет сделано. Что такое секретность, они хорошо знают, а соответствующую работу с ними я проведу».

Двери открылись, и вошла хозяйка. Следом за ней — старец.

— Господин… э-э-э…

— Родеро, — верно понял я заминку женщины.

— Господин Родеро, позволь представить тебе твоего, — она робко и с опаской улыбнулась мне, — коллегу, мастера-лекаря Вассора и его ученика Калира.

Коллега молча смотрел на меня пронизывающим взглядом, словно пытался за моей черепной коробкой разглядеть нечто жизненно важное. Наглядевшись, — я свой взгляд не отвел — коротко поклонился и прошел к столу.

Хозяйка пригласила нас отобедать. Я не заставил себя упрашивать, прошел на указанное мне место и, более не дожидаясь никого, с аппетитом принялся за еду. Старец, не притронувшись к пище, беспокойно повертелся и, набравшись решимости, откашлялся, встопорщил бороду и уважительно обратился ко мне:

— Господин Родеро, не будет ли с моей стороны невежливым задать тебе несколько вопросов, возможно, мешая восстанавливать силы после столь сложной операции, следует признать, блестяще проведенной тобой?

— Спрашивай, — разрешил я.

— Мне известно, что ученики никогда не рассказывают о своих учителях и о себе тоже. Но… верно ли я понял, что ты ученик шептуна?

— Я ученик, но кто такие шептуны, не знаю. — Я действительно не знал, кто это такие, и боялся попасть впросак, если речь зайдет о них.

— Так я и думал, — удовлетворенно кивнул дед. — Они себя сами так никогда не называют. Скорее наследниками древних знаний целительства. Живут отшельниками вдали от людей. Учеников берут сами, напроситься к ним невозможно. Так, во всяком случае, о них говорят. Скажи, Родеро… — дед ощутимо напрягся, — …если только это не профессиональный секрет конечно же… какое заклинание ты использовал для диагностики? Хочу пояснить сразу, что сам я диагностировал по ряду косвенных признаков. В частности, по нарушениям аурных структур.

Сказав это, коллега с такой надеждой посмотрел на меня, что я не смог отказать и вывел в виде иллюзии модель структуры диагностического воздействия. Старец смотрел на иллюзию взглядом голодной и больной собаки, увидевшей вне досягаемости огромную аппетитную кость.

— Запоминай! Сколько можешь — запоминай! — грубо толкнув локтем ученика, прокричал лекарь ему в ухо.

Подстегнутый шумовой атакой, ученик вперился в структуру, изображая запредельное рвение. А может, не изображая. Когда-нибудь он станет лекарем, и это воздействие станет ему необходимо, как рыбе вода.

Я взял первую попавшуюся чайную ложку и за несколько минут внедрил в нее воздействие, преобразовав ее в артефакт. Теперь, пока предмет не сломается (сильно окислится или деформируется), структура будет существовать. Для немага, правда, использовать артефакт будет невозможно, поскольку, даже присоединив каким-то образом, например, с помощью мага, источник энергии, он не сможет увидеть результат.

Я развеял иллюзию, услышал хоровые вздохи лекаря с учеником и предложил:

— Я дам вам этот артефакт с внедренной структурой диагностического воздействия, — услышав слово «воздействие», старец еще больше округлил и без того огромные глаза, — но только при одном условии.

— Я заранее согласен на любые условия, — прохрипел дед.

— В таком случае вы поклянетесь, что никому и никаким способом не передадите информацию о том, что здесь произошло. У девочки был трахеит, а артефакт нашли сами. Или купили за медяк у хроменького бородатого мужчины неизвестной расовой принадлежности.

Старец с учеником торжественно встали, поклялись и получили в дар бесценный артефакт в виде серебряной чайной ложки. Ученик бережно поставил на стол ларец, который все время, пока обедали, простоял у его ног, открыл и аккуратно, казалось, не дыша, положил туда ложку.

— Я хочу показать тебе величайшую ценность, какая есть у меня. Книгу по магии целительства издания императорской академии наук. Калир, бездельник, достань книгу. И аккуратнее! Аккуратнее!

Из того же ларца ученик извлек нечто завернутое в мягкий черный бархат, положил на стол и буквально двумя пальчиками стал разворачивать. Моему взору предстала потрепанная книга без задней части переплета, в которой, похоже, недоставало страниц.

— А, — сказал я равнодушно, — краткий справочник видов магического поражения организма. Издание от… — Тут я остановился. Продолжать смысла не было — в прищуренных глазах хитрого деда ярким пламенем горело торжество. Ну нет. Шалишь, старый хрыч! Как бы я тебя ни уважал, но терять годы на переписывание книг по магии и лекарскому делу для тебя не буду. У меня более важных дел навалом.

Глава 6

Я шел на рынок, и на моем лице, в полном соответствии с образом, блуждала легкая улыбка рубахи-парня — лекаря и ученика шептуна, который только-только приехал в большой-пребольшой город прямо из диких-диких лесов, где водится много-много разных интересных зверушек. И вот в этом самом городе ему на грудь, далеко не самую широкую в мире, кидаются ослепительно красивые девушки. Старики понимающе ухмылялись, пожилые недоумевали, девушки явно о чем-то догадывались и мечтательно закатывали глаза.

А ведь так оно и есть — я и в самом деле только что держал в руках настоящее чудо. Хоть пока не знаю и вряд ли узнаю, как зовут это чудо, но так приятно идти и вспоминать то непередаваемое ощущение стройной девичьей талии в руках, чувствовать сквозь одежду нежный шелк ее кожи, под которым угадывались стальные мускулы, развитые постоянными тренировками, отнюдь не испортившими великолепную фигурку и острые, налитые, однако вполне пропорциональные груди… Нет. «Груди» — слишком вульгарно для такой восхитительной части тела. «Перси» звучит куда поэтичнее. А глаза… нет, очи цвета темного янтаря с золотистыми, таинственно мерцающими блестками… Каштановые волосы с легким отливом красной меди, ниспадающие тяжелыми локонами на невозможно совершенные плечи и удерживаемые от падения на глаза изящной тонкой диадемой из светлого металла с небольшим желтым топазом в центре…

60
{"b":"168302","o":1}