ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

8

Первое, что Черныш увидел, придя в себя, – дикая чехарда звезд на экранах внешнего обзора. Корабль, выйдя из скачка, кувыркался в космосе под отборный мат отводящего душу гнома.

– Нола, мать твою за ногу! Ты чем там занимаешься, бездельница! Немедленно займись стабилизацией положения корабля!

– Шалунишка, я ж твоя программа. Ты мне и папочка и мама. Так что дерни себя за ногу и успокойся.

– Нет, ну это надо… прорвались! – Петр потряс головой, не веря своим глазам.

Он сидит в кресле капитана и он живой! Его безумная идея со скачковыми двигателями сработала! На всякий случай Черныш ущипнул себя за ляжку. Было больно, но эта боль его не огорчила. Он не спит, и он живой. Замечательно!

Хоровод звезд на экранах начал замедлять свое движение. Стабилизаторы включились, сообразил Петр, и тонус настроения повысился еще на один градус. Раз они включились, значит, неподалеку есть достаточно массивный объект, гравитационное поле которого дало возможность заработать двигателям на антигравах. Выход из скачка произошел именно там, где и планировалось. Автоматика не подвела.

– Ы-ы-ы… – Джим зажал ладонью рот. Похмельный синдром снова дал о себе знать.

– Только попробуй мне тут пульт изгадить! – пригрозил ему Черныш. – До конца дней своих сортиры зубной щеткой драить будешь.

Юнга, не отрывая от рта ладони, сорвался с кресла и вновь помчался в туалет.

– Нола, режим крейсера убрать. Включай каботажника, – распорядился Петр.

– Слушаюсь, мой капитан.

Орудия крейсера втянулись под защитную обшивку, бронированные пластины аккуратно встали на свои места, и корабль принял вид мирного каботажного судна, летящего по своим торговым делам.

– Где мы вышли? – деловито спросил гном. – До Селесты далеко?

– А я откуда знаю? – фыркнула Нола.

– Не понял… – насторожился Петр. – Что значит – не знаю?

– То и значит. Не знаю. И спектральный класс и масса звезды совпадают, но до Глизе мы в подпространстве трое суток должны были ползти, а по бортовым часам всего восемь секунд прошло.

– А Глизе – это что? – осторожно спросил Петр.

– Боцман, просветите капитана, мне сейчас не до него, – ядовито сказала Нола и отключилась.

– Действительно наглеет девка, – покачал головой Черныш. – Ты бы ее для порядка вразумил.

– Это запросто. Она у меня еще попляшет!

– Плясками займетесь в своей каюте. Так что такое Глизе?

– Красная звезда, вокруг которой вращается Селеста, – пояснил Гиви. – Двадцать с половиной световых лет от Земли. Самая дальняя точка границы Федерации. Восемь секунд… – И тут до гнома дошло. – Восемь секунд в подпространстве… Да за это время мы дальше Плутона улететь не могли!

Гном как ошпаренный сорвался с кресла и рванул к лифту. Черныш на всякий случай поспешил за ним. Мало ли что в голову взбредет неуравновешенному гному. Как выяснилось, Гиви рвался в двигательный отсек. Рваные края сокрушенных переборок, около которых все еще возились сервороботы, заставили его застонать, а икебана из трех двигателей, которые дроиды из-за нехватки времени чуть ли не гвоздями присобачили к полу, конкретно ввела его в ступор.

– И вот это вот нас через подпространство… – выпучил он глаза на дикую конструкцию.

– Ага, – подтвердила Нола. Гнома ходила вокруг оплетенных кабелями двигателей, задумчиво пиная их призрачной ножкой. – За восемь секунд. Я уже проверила по контурам созвездий. Мы у Глизе. Через восемнадцать часов, если запустить планетарные на полную тягу, будем на Селесте.

– Вот это да! – восторженно ухнул Гиви. – Какой расход топлива?

– Практически нулевой.

– В смысле? – не понял гном.

– Полтора грамма протия на первый импульс в пару мегаватт.

– И все?

– И все. Эти дураки, – опять пнула ножкой связку двигателей Нола, – отказались больше брать, вышвырнули нас в подпространство и заткнулись. Как мы эти восемь секунд летели, понять не могу. Они же не работали! Но все равно доставили нас на Глизе и вернули в нормальное пространство. И с какой точностью! Всего на тридцать палочек промазали.

– Палочек? – не понял Петр.

– Астрономических единиц, – пояснил гном. – У нас их палочками зовут.

– У кого у нас?

– У астронавтов.

– Ясно. Профессиональный сленг. А тридцать палок – это много или мало?

– Палочек, – зашипел гном, косясь на захихикавшую Нолу. – Палка на нашем сленге к космосу отношения не имеет.

– Гм… на нашем вообще-то тоже. Так это много или мало?

– Фигня по меркам космоса, – перестав хихикать, заявила гнома. – И главное – это самое оптимальное в плане безопасности расстояние до цели. Без маршевых двигателей обойдемся. На антигравах дойдем. Меня больше вот это чучело волнует. Оно обязано было разобрать нас на атомы после включения третьей импульсной составляющей!

– Радуйся, что не разобрало. Будем считать, что у нас получился суперэкономный и суперскоростной скачковый двигатель, и успокоимся на этом, – сказал Петр.

– Еще какой экономный, – хмыкнула Нола. – Ни одного выплеска энергии наружу при входе и выходе из скачка.

– Да мы же невидимки!!! – запрыгал от радости гном. – Нас не отследит ни одна зараза!

– Угу, – глубокомысленно сказал Черныш. – Мне это тоже нравится. Почти все понятно, кроме полутора грамм протия и пары мегаватт.

– Антигравы и скачковые двигатели работают на холодном термояде, – пояснила Нола.

– А баки с горючим? На фига они тогда нужны при таком расходе топлива?

– Для маневрирования на обычных реактивных двигателях после выхода из подпространства, – пояснила гнома. – Как правило, их выбрасывает в районе пары сотен палочек от звезды. Гравитации для антигравов мало, а скачковые двигатели на таком расстоянии от цели включать нельзя. Слишком опасно. Может в местное светило засосать. Вот тут и требуются маршевые двигатели на допотопном топливе, чтоб дотянуть до зоны, где включатся антигравы.

– Умничка, Нола. Очень популярно и, главное, понятно. Кстати, как у нас с горючим?

– Протия, что есть на борту, лет на десять хватит, этого добра в открытом космосе полно, и его запасы можно прямо в полете пополнять, а баки по нулям, – бодро доложила гнома.

– Что?!! Выходит, мы чуть было не застряли? – возмутился Черныш, смерив боцмана прокурорским взглядом.

– А где я тебе на свалке топливо найду? – начал оправдываться Гиви.

– Почему сразу не сказал?

– Ага, дроиды корабль мой крушат, Джим за пультом связи клюет носом, ты дикие приказы отдаешь, а я спросонок о пустых баках должен волноваться! Радуйся, что килограмм протия пару лет назад у одного придурка стырил.

– Ладно. Замнем для ясности. Нола, кончай пинать движки. Они нам жизнь спасли.

– Должна же я понять, как они работают!

– Потом разберемся. Прикажи дроидам здесь все окультурить и прибраться. И включай антигравы. Через восемнадцать часов мы должны быть на Селесте.

– Будет сделано, мой капитан.

– Гиви, пошли в кают-компанию. Надо до высадки на форпост коммунизма решить ряд проблем. Нола, найди Джима и подгоняй его туда же.

– Процесс очищения желудка юнги еще не закончен, но, как только он придет в себя, подгоню, – пообещала гнома.

На совещании в кают-компании присутствовали все члены экипажа. За столом сидели: капитан, юнга, боцман и легкомысленная Нола. Создавая в свое время себе виртуальную подругу, Гиви, кажется, переборщил с программой обольщения, и она строила глазки всем подряд.

– Итак, дамы и господа…

– Ах! Я уже во множественном числе, – проворковала гнома. – Какая прелесть. Мальчики…

– Уволю! – рыкнул Гиви.

Нола обиженно надула губки.

– Хорошо. Изменим формулировку. Дама и господа, – продолжил Петр, – судьба дала нам еще один шанс. Мы опережаем противника на трое суток. И если мы за это время не добудем на Селесте штурмана, то я просто перестану всех вас уважать.

– А себя? – хмыкнула гнома.

14
{"b":"172600","o":1}