ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Так де Малейси в апреле 1917 года докладывает: «Хотя Временное правительство и решило в принципе продолжать войну с напряжением всех сил для ее успешного завершения, вблизи него действует и мощный фактор мира, уходящий корнями в партии рабочих и крестьян, привлекший к такой мысли немало членов Думы. Окажет ли правительство сопротивление этому течению или будет сметено им - вот вопрос для союзников. По моему, оно пойдет на уступки».

Генерал Ниссель позже придерживается уже куда более панических настроений: «Моральное состояние России.

Характерная черта всего населения: желание мира любой ценой…» «Народные массы хотят мира любой ценой, полагая, что он немедленно покончит с нищетой и обеспечит легкую жизнь».

«Лишь ничтожное меньшинство не разделяет настроений масс либо в силу искренней дружелюбности к Франции (Маклаков, Стахович, Милюков), либо патриотизма (Савинков), либо боязни слишком тяжелого германского ига, равно как и влияния последствий теперешнего предательства (страна, предав союзников, вряд ли найдет таковых в будущем)», - говорится далее в докладе.

«Но для большинства столь бесхребетных, как остальные, прежде всего необходимы спокойствие и внутренний порядок, то есть мир. Восхищены приходом большевиков для его подписания», - констатирует Ниссель.

Кстати, несколько отвлекаясь от темы, взглянем на выводы французских военных аналитиков из того положения, которое сложилось в России:

«Русское правительство, - пишет де Малейси, - после колебаний предпримет шаги по заключению сепаратного мира. Именно такой момент и должна использовать наша дипломатия. Нам следует первыми начать мирные увертюры за спиной России, иначе мир будет заключен без нас. Англия с выгодой для себя выйдет из положения, Франция же в случае упущения столь ничтожного шанса заплатит (за это) вместе с Россией. Единственно правильное решение для Франции при нынешних обстоятельствах - вновь взять в свои руки направление событий в России… служа противовесом Англии».

Если у кого-то сложилось мнение, что речь идет о помощи нашей стране, чтобы развеять иллюзии процитирую еще один абзац этого документа:

«С финансовой точки зрения с прицелом на будущее британское правительство прибирает к рукам все крупные лесные и рудные концессии, которые предоставлены ему Временным правительством, ни в чем не отказывающим. И потому уже сейчас надлежит парировать удар путем образования французских финансовых групп, требуя получения крупных концессий, пока ими не завладела Англия. Еще есть время. Мне не составляет труда перечислить подобные концессии, но нужно еще иметь в Петрограде посла, который не шел бы на поводу у Англии. Нужно любой ценой расстроить английскую интригу, иначе будет слишком поздно. В этом и кроется опасность послевоенного периода. Франция уже должна вступить в него, ведя переговоры с Америкой, не оставаясь больше зависимой от британского золота. Франции нужно всемерно противиться расчленению России, к чему тайно стремится Англия ради своего доминирования».

Французские военные представители призывают не медлить с началом экономического раздела России, так как Англия к нему уже приступила. Генерал Ниссель даже формулирует пункт «Как нам действовать в России»: «…оказывать содействие всем элементам порядка, работающим на нас, или же, напротив, поощрять элементы беспорядка и анархии, коли порядок восстанавливается в пользу противника».

Собственно, столь длинная цитата из докладов наших союзников по Антанте вполне оправдана. Ведь их настроения также являлись отчасти элементом складывающейся в России политической ситуации. Позже Белое движение верность союзническим обязательствам поднимет флагом своей борьбы.

Вернемся, однако, к правительственному кризису. Отставка министров-кадетов, произошедшая на общем негативном фоне, спровоцировала общий кризис в обществе, который вылился в Июльское выступление (Июльское восстание).

Советская историография представляла эти события как спонтанное выражение народного недовольства. Сегодня в организации беспорядков в Петрограде 3-5 июля (16—18 по новому стилю) принято обвинять большевиков, которые, якобы, спровоцировали массовые выступления с целью вооруженного свержения Временного правительства.

Инициатором выступления послужил 1-й пулеметный полк Петроградского гарнизона, принявший 3 июля на совместном митинге с рабочими Путиловского и Трубочного заводов, а также представителями с фронта, призыв к свержению Временного правительства и передаче власти Советам.

Представители пулеметчиков были направлены ко дворцу Кшесинской, где проходило заседание Второй Петроградской общегородской конференции РСДРП(б). Большевики, однако, сообщили им, что партия на данный момент против выступления.

РСДРП(б) оказалось в очень трудном положении. Делегаты 1-го пулеметного полка и рабочих обратились к ним за политическим руководством. Само выступление началось и проходило под лозунгами большевиков – «Вся власть Советам», «Долой министров-капиталистов». Однако в тот момент партия большевиков объективно не была заинтересована в восстании и передаче всей полноты власти Советам, большинство в которых составляли, по-прежнему, меньшевики и эсеры.

Так лозунги, с которыми Ленин добивался большинства в Советах, еще до завершения его планов обернулись против него самого. События развивались слишком быстро и неожиданно для большевистской партии – в этом смысле вполне естественной выглядит реакция конференции РСДРП(б) на требования делегатов восставших.

Зато на призывы пулеметчиков откликнулись рабочие заводов «Новый Лесснер», «Новый Парвиайнен» и других. Поддержали выступление матросы Кронштадского гарнизона, тон в котором задавали анархисты. К вечеру к демонстрации присоединились большинство частей и предприятий Выборгской стороны. Многотысячная колонна, состоящая из рабочих и вооруженных солдат (в том числе с пулеметами), под красными флагами и с лозунгами «Вся власть Советам!» направилась к Таврическому дворцу. По ходу движения к ней присоединялись все новые участники.

Одновременно представители солдат и рабочих продолжали стекаться ко дворцу Кшесинской, который, помимо воли большевиков, превращался в центр восстания. Перед собравшимися неоднократно выступали ораторы РСДРП(б) с предложением избрать делегацию в ЦИК Советов и разойтись, но отношение к таким речам было откровенно враждебным, солдаты брали винтовки наизготовку.

Удержать выступление было уже невозможно. В этих обстоятельствах большевики приняли решение возглавить демонстрацию и взять руководство движением в свои руки. Дальнейшие усилия партии были направлены на организацию «мирной но вооруженной» демонстрации. Дело в том, что уже вечером 3 июля на улицах Петрограда звучали выстрелы, однако кто и в кого стрелял понять было нелегко. Так, выстрелы по демонстрации раздавались с чердаков домов, но кто и зачем провоцировал толпу – неизвестно. Ситуация накалялась и могла вылиться в вооруженные столкновения.

Дневное воззвание ЦК партии о прекращении демонстрации уже ничего не могло изменить. К утру 4 июля были отпечатаны новые листовки с призывами демонстрацию «превратить в мирное и организованное выявление воли всего рабочего, солдатского и крестьянского Петрограда».

Временное правительство истолковало происходящее однозначно: вооруженное антиправительственное выступление. В качестве ответного удара оно применило «секретное оружие», хорошо известное нам еще по периоду 1914-1916 годов: был дан старт кампании по обвинению большевиков в предательстве и следовании германским интересам. 4 июля было принято решение опубликовать документы, «неопровержимо свидетельствующие» о преступных связях большевиков с германским генеральным штабом.

Папочка с «компроматом» на большевиков уже пару месяцев составлялась Временным правительством и пополнялась не без помощи военных представителей и разведок союзников. Она была рассчитана на будущее - предназначена для громкого судебного процесса против лидеров набирающей силу РСДРП(б), но страдала ключевым недостатком: несмотря на серьезные усилия, приложенные к ее составлению, неопровержимых свидетельств преступного сотрудничества получить к тому времени все еще не удавалось (забегая вперед скажем, что следствие, несмотря на все старания, так и не смогло в последующие месяцы предъявить на их основании хоть каких-то обвинений).

51
{"b":"174802","o":1}