ЛитМир - Электронная Библиотека

— Скажи-ка ты мне, пожалуйста, как могу я убежать от тебя, а?

— А кто его знает! Когда вы такой необыкновенный колдун, что к вам сами ангелы слетают с небес и говорят словно со своим братом, так мало ли что еще может случиться? Ну да была не была, идем, уже давно пробило девять!

— И я тоже говорю: нечего терять времени, идем! Да посматривай, чтобы нас не узнали, — добавил Сирано.

— Не бойтесь, закройте только шляпой ваш нос, а то он; не сердитесь, уж больно большой вырос у вас!

Сирано терпеть не мог, чтобы ему напоминали о необыкновенном размере его носа, но на этот раз сдержал себя и ответил довольно спокойно.

— Твой совет весьма разумен, дитя мое, но ты забыл сказать мне одну вещь.

— Что такое?

— Сообщил ли ты в замке о моем аресте?

— А то как же! Известно, сообщил, да только сообщать-то было некому!

— Что за чепуху ты городишь?

— Я, видите ли, пошел и хотел сообщить, да граф и маркиз сегодня ранёхонько уехали на охоту миль за двадцать отсюда.

— О, черт возьми! Ну да, впрочем… идем!

— Вы славный малый, это верно, но па всякий случай я хочу предупредить, что я сведу вас к обедне, но если вы попытаетесь убежать, то вот эта штучка помешает вашему бегству! — проговорил Пигош, вынимая длинный старинный пистолет и показывая его Сирано.

— Ты очень предусмотрителен, дитятко, да только скорее эта штучка пропадет, чем я вздумаю бежать от тебя!

Выйдя из тюрьмы, Сирано с облегчением вдохнул в себя чистый воздух. «Приветствую тебя, свобода», — пробормотал поэт.

— На, получай свои двадцать пистолей! — сказал он громко, протягивая руку с деньгами.

Бедный малый был ослеплен этой непривычной для него блестящей золотой массой денег.

— Бери, уверяю тебя, что это настоящие, а не поддельные деньги! — добавил Сирано, замечая его нерешительность.

— Да нет, я не об этом…

— Так о чем же ты? Бери, когда дают.

— Я, видите ли, думаю о том, что Толстый Жан собирается продать свой дом с огородом и с виноградником. Я бы мог купить все это за двести ливров, но нужно неделю на устройство купчей и другие хлопоты, так что я просил бы вас, мой добрый господин, если на то будет ваша милость, чтобы эти деньги продержались хоть с неделю, а то вот всегда так бывает, что положишь деньги в сундук, глядь — это не деньги, а сухие дубовые листья! Все чародеи так шутят с бедными людьми.

— Хорошо! Даю тебе слово, что не только неделю, но все время эти деньги будут как настоящие.

Выйдя из тюрьмы и обогнув соседний кусочек поля, новые друзья выбрались наконец на дорогу.

— Ну, обедня начинается ровно в десять, нам надо поспешить, чтобы успеть вовремя! — проговорил Пигош.

Сирано не заставил повторять себе десять раз этого совета и быстро зашагал по дороге, вспоминая все время свою лошадь, которая бы ему была теперь как нельзя более кстати.

Последний удар церковного колокола возвестил прихожанам о начале обедни.

День был будничный, и в церкви собралось мало народу. Сирано и Пигош тихо вошли в храм и тут же опустились у дверей на колени. Пигош почти совершенно забыл все свои прежние опасения под впечатлением миролюбивого настроения своего спутника и уже вполне уверился в том, что по окончании обедни они снова вернутся в тюрьму. Он с восхищением поглядывал на своего спутника, думая о том, что еще никогда в жизни ему не доводилось слышать о таком добром, щедром и веселом чародее.

Между тем служба кончилась, молящиеся гурьбой повалили приложиться к кресту.

— Вот, на, возьми и отдай это от себя мальчикам хора, а я положу в кружку пистоль, — проговорил Сирано, протягивая ему серебряную монету.

— Нет, пусть говорят что угодно, а вы все-таки добрый, набожный христианин! — сказал Пигош, отправляясь наверх, на хоры, и посылая дружелюбный жест своему узнику.

Спустившись с хоров, он подошел к алтарю, приложился к кресту и погрузился в горячую короткую благодарственную молитву, затем, набожно перекрестившись, встал с колен и оглянулся, ища глазами Сирано.

Но Сирано исчез. Воспользовавшись уходом Пигоша и общей сумятицей, он в три прыжка очутился за дверями храма и вскоре был в поле.

Бедный страж в отчаянии заметался по храму и с воплями побежал вдоль сельских улиц. Сирано, прекрасно знавший окрестности Кюссана, без всякого труда сбил с дороги глуповатого Пигоша. Тщетно прорыскав в ближайших полях и лесах, Пигош печально опустил голову и побрел домой. Однако при воспоминании о деньгах лицо его прояснилось, и он, крепко сжимая рукой блестящие пистоли, позвякивавшие у него в кармане, скоро забыл о таинственном исчезновении колдуна-чародея.

V

Расстояние от Кюссана до Тулузы довольно коротко, и при хорошей ходьбе его можно было пройти в добрые два часа. Счастливая случайность помогла Сирано значительно сократить этот срок.

Укрываясь между придорожными кустами, чтобы избежать встречи с разыскивающим его Пигошем, Сирано вдруг наткнулся на пасущуюся невдалеке лошадь. Очевидно, беспечные хозяева не могли предположить, что как раз в это время Сирано почувствует необходимость в ее услугах.

Быстро вскочив на ее гладкую спину, Сирано лихо поскакал по тулузской дороге. В нескольких саженях от города он слез с лошади, повернул ее обратно на кюссанскую дорогу и хорошим шлепком заставил вернуться на родные поля, а сам вошел мирно в город. Забыв о том, что вместо обычного платья на нем был костюм Пигоша, состоящий из сплошных заплат, дыр и пятен различной формы и величины, наш поэт выступал так гордо и уверенно, что имел вид скорее какого-нибудь переодетого искателя приключений, чем жалкого бедняка.

При виде этого гордо шагающего нищего прохожие невольно останавливались, провожая его удивленными внимательными взглядами.

Заметя это всеобщее внимание, Сирано сообразил, что гораздо удобнее вполне войти в эту роль и, подавляя душивший его смех, каждый раз при виде прохожего протягивал свою изящную руку за подаянием, бормоча при этом бессвязные жалобные слова. Таким-то образом он благополучно достиг главной городской площади и вдруг на углу улицы столкнулся лицом к лицу с каким-то прохожим.

— Сжальтесь над бедным солдатом во имя… — начал было Сирано свою обычную фразу, но удивленное восклицание прохожего прервало его на полуслове: к ужасу Бержерака, перед ним стоял Кабироль.

— О Господи! Пропала моя головушка! Он так-таки убежал! — воскликнул тюремщик с отчаянием.

— Люди добрые, помогите, держите его, вора проклятого, держите ради самого Христа! Он украл у графа Колиньяка ящик с драгоценными камнями! Сколько уж дней ищу я его, мерзавца, и не могу найти! Но теперь уж не отпущу злодея! Не отпущу! — закричал внезапно Сирано, стараясь заглушить слова Кабироля и хватая несчастного тюремщика за шею.

— Держи, держи его! К судье его, каналью! — кричала толпа зевак, постепенно подбегавших со всех концов. В одну минуту десятки рук протянулись к тюремщику, вырывая его из рук Бержерака. Сваленный на землю, Кабироль тщетно отбивался и кричал изо всей силы, но разные воришки, искатели приключений и уличные праздные зеваки, как псы, бросились к нему, цепляясь за платье и не давая возможности ни двинуться, ни встать.

Между тем Сирано, воспользовавшись общей сумятицей, помчался дальше, крича изо всей мочи: «Держите, держите его, я сейчас сбегаю за полицией!» — и быстро скрылся за углом Бержерак надеялся в первой попавшейся лавке купить себе одежду и тогда уже на почтовых ускакать в Сен-Сернин.

В то время как он убегал от Кабироля, к месту свалки прибежало несколько человек полицейской стражи. Привлеченные уличным шумом, они сразу узнали Кабироля и сейчас же освободили его из рук увлекшейся толпы.

Немного успокоившись, тюремщик взволнованным голосом рассказал о своем приключении. Неустойчивая толпа, за минуту перед тем тузившая Кабироля, теперь с таким же рвением бросилась ему на помощь и в сопровождении стражи помчалась по улицам города в погоню за Сирано. Несколько минут спустя страшная весть о появлении ужасного чародея облетела полгорода. Перепуганные жители со страхом выбегали на улицу и присоединялись к возбужденной толпе.

42
{"b":"187268","o":1}