ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Это был идеальный трикстер, уничтожитель.

И я поняла, что бояться следовало не Смерти. Жизнь уничтожает Война. Смерть лишь чистильщик, уборщик, финал пьесы.

На шее Войны был черный ошейник, переплетенный серебром. Калейдоскоп цветов струился под кожей, окруженной золотым свечением, а на спине я увидела черные крылья. У Войны были крылья.

«Ты опоздала», — сказал он.

24

На следующее утро я проснулась от какого-то шума и села, озираясь. Звук повторился дважды, прежде чем я поняла его происхождение. Кто-то бросал камешки в мое окно.

Я потерла глаза и потянулась.

— Иду, — пробормотала я и отбросила одеяла.

Я догадалась, что это Дэни. Раз уж мобильная связь отсутствует, а в магазине нет звонка, то достучаться до меня, не врываясь внутрь, можно было только так.

Я отодвинула занавеску и взглянула вниз.

В'лейн полулежал на капоте «вайпера», опираясь спиной на ветровое стекло. Машина принадлежала Бэрронсу (хотя это мы еще уточним), но я тут же представила, какой штраф стребую с В'лейна за каждую царапину. Я люблю спортивные машины. Такую мощь нельзя не любить. Я решила, что «вайпер» пока в безопасности, поскольку мягкое белое полотенце, небрежно завязанное на талии В'лейна, ничего не могло поцарапать. Идеальное тело Фейри было припорошено золотом, глаза сияли, как алмазы под солнцем.

Я открыла окно. В комнату ворвался холодный ветер. Температура упала, небо затянуло низкими серыми тучами. В Дублине снова было холодно и мрачно.

В'лейн приподнял стаканчик из «Старбакса».

— Доброе утро, МакКайла. Я принес тебе кофе.

Я смотрела на него, испытывая в равной мере подозрение и желание.

— Ты нашел действующий «Старбакс»?

— Я телепортировался в Нью-Йорк. Сам смолол зерна и приготовил кофе. Я даже... как вы это говорите... взбил молоко в пену. — В'лейн протянул мне несколько пакетиков. — Сахар или заменитель?

У меня слюнки потекли. Сахар и кофеин с утра. Лучше этого может быть только секс.

— Бэрронс здесь?

Я покачала головой.

— Где он?

— Он сегодня занят, — солгала я.

— А у тебя есть какие-то срочные планы?

Я прищурилась. Раньше В'лейн говорил иначе, слишком правильно. Сегодня же... он говорил почти как человек. Я взглянула на полотенце, прикидывая, мог ли он спрятать под ним Книгу. Вполне.

— Ты не мог бы сменить это полотенце... ну, хотя бы на узкие шорты?

Полотенце исчезло.

Книги под ним определенно не было.

— Оденься, — поспешно сказала я. — Почему ты так странно говоришь?

— Странно? Я стремился научиться у человечества, МакКайла. Думал, это сделает меня более привлекательным для тебя. Как у меня выходит? Нет, подожди. Я пытаюсь выучить речевые обороты. Как успехи мои, а?

В'лейн все еще был обнажен.

— Полотенце. Быстро. И ты неправильно строишь фразы. Нужно говорить: «А как мои успехи?» Но на самом деле неплохо. Просто в твоем исполнении сленг не звучит.

Он ослепительно улыбнулся.

— Я нравлюсь тебе и как Принц. Это дает надежду. Я пришел пригласить тебя провести день на пляже. Тропический прибой и песчаная отмель. Кокосы и пальмы. Песок и солнце. Идем.

Он протянул мне руку. И это была не единственная часть тела, вытянувшаяся в моем направлении.

М-да, сексуальные мужчины поджидают меня на каждом углу.

Полотенце! — рявкнула я.

И прикусила губу. Я не должна терять самообладание. У меня нет на это права. Судьба всего мира в моих руках. И даже карта Таро это подтвердила.

— Не понимаю, почему тебе не нравится моя нагота. Я люблю видеть тебя обнаженной.

— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой на пляж, или нет? Радужные глаза В'лейна засияли.

— Ты приняла мое приглашение. Я вижу это по твоему взгляду. Он стал томным. Я нахожу это возбуждающим.

— Но не на пляж Фейри, — сказала я. — Никаких иллюзий. Ты можешь перенести меня, например, в Рио, в человеческом мире, где течет только наше время?

— Приказывай, я повинуюсь, МакКайла. Мы потратим такое количество человеческих часов, которое определишь ты сама.

Это стало последней каплей. Я не могла отказаться.

— Я бы с удовольствием выпила кофе. — Я высунулась из окна, ожидая, что стаканчик левитирует или что-то вроде того.

— Я не смогу подчиниться. Барьеры этого параноика все еще действуют, удерживая меня в нескольких метрах от дома.

— Но не от его машины.

Я не могла сдержать улыбку. Бэрронс взбесился бы, узнав, что В'лейн прикасался к его «вайперу». А если бы ему стало известно, что В'лейн разлегся на машине голым... У него случился бы разрыв аневризмы.

— Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не прожечь в краске свое имя. Боюсь, за кофе тебе придется спуститься самой. Он горячий, поторопись.

Я провела щеткой по волосам, плеснула водой в лицо, натянула шорты и футболку, сунула ноги в шлепанцы и десять минут спустя была уже в Рио.

Оказавшись на пляже, я не могла не думать об Алине. Я только повторяла себе, что, когда все закончится, попрошу В'лейна создать ее иллюзию, чтобы мы весь день провели вместе. Играли в волейбол, слушали музыку, пили «Корону» с лаймом. Я попрощаюсь с сестрой навсегда. Отпущу боль и злость, спрятав в глубине души те замечательные моменты, которые мы с ней разделили. И приму жизнь без нее.

А если бы Бэрронс действительно был мертв, смогла бы я с течением времени смириться с его смертью? Я боялась, что нет.

И снова сосредоточилась на Принце Видимых, который шагал рядом со мной. Я была рада, что он нашел меня этим утром. Иначе мне пришлось бы призывать его чувственным жалом его имени на моем языке. Слишком уж меня беспокоил вчерашний сон. У меня были вопросы, на которые мог ответить только В'лейн. Мы прошли по песчаному пляжу к паре шелковых шезлонгов, ножки которых утопали в белом песке у самой кромки прибоя. Моя одежда растаяла и сменилась ярко-розовым бикини и золотой цепочкой с яркими камнями на талии. Пляж был пустынен. Возможно, здесь не осталось людей, а может, В'лейн отослал их куда-нибудь подальше.

— А цепочка зачем? — спросила я.

В'лейн определенно испытывает слабость к украшениям.

— Когда я войду в тебя сзади, цепочка позволит притянуть тебя ближе и проникнуть еще глубже.

Я открыла рот и снова закрыла. И зачем я, идиотка, спросила об этом?

— И всякий раз, заметив блеск золота под солнцем, ты не сможешь не думать о нашем сексе.

Я устроилась в шезлонге и запрокинула голову, глядя на птиц в вышине. Мягкий шелест волн успокаивал мою душу.

— Бейсболку и темные очки, пожалуйста.

В'лейн наклонился надо мной и надел мне на голову бейсболку, а на нос очки. Я взглянула на него. Он снова был обнажен, под его полотенцем обозначился холмик.

— Я понял, что лучи солнца могут быть жгучими. Крайне неприятное ощущение.

— Твоя кожа реальна?

Он убрал ткань.

— Прикоснись.

Я не пошевелилась, и он продолжил:

— Я сожалею, что у тебя иммунитет к моим чарам. Человеческий способ соблазнять может затянуться на века. Да, МакКайла, в данной форме моя кожа так же реальна, как и твоя.

В моей руке возник бокал с коктейлем из ананаса, кокоса и рома.

— Расскажи мне о Круусе.

— Зачем? — спросил В'лейн.

— Он меня интересует.

— Почему?

— Похоже, он чем-то отличался от других Принцев. У остальных нет имен. Почему у Крууса есть? Во время нашей первой встречи ты предложил мне браслет Крууса. Почему он так называется? Как Круус сумел наложить проклятие на Зеркала? Мне кажется, что его история гораздо важнее, чем истории других Принцев.

В'лейн вздохнул, идеально скопировав человека.

— Однажды ты захочешь сказать это обо мне. У тебя будет столько же вопросов о моем существовании и моем месте в истории Фейри. А оно потрясающее, куда значимей, чем у Крууса. Он был неоперившимся птенцом. Я могу предложить большее.

55
{"b":"187464","o":1}