ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В книге впервые будет подробно показано, насколько политика США в этом вопросе отличалась от английской. После того, как англичане решили придерживаться принципа насильственной репатриации, Госдепартамент США несколько месяцев тянул с ответом. В конце концов он нехотя сдался. Но американцев так возмутили случаи относительно незначительного кровопролития, произошедшие из-за попыток насильственно репатриировать русских, что правительство США временно отказалось от этой политики. И только под сильным нажимом Англии сотни русских, служивших в немецкой армии, были возвращены на родину.

Твердая позиция США ни на день не задержала возвращения из СССР ни одного американца, и советские власти ни разу не угрожали Америке мерами, которых якобы боялись чиновники английского МИДа. Английское правительство было полностью информировано об американской позиции и о том, что советские власти не реагировали на нее жестко. Таким образом, никакой нужды рассуждать насчет преимуществ альтернативной политики не было: она проводилась на глазах у англичан.

Далее. Если бы действительно на карту было поставлено возвращение английских военнопленных, то почему эта политика проводилась еще в течение почти двух лет после того, как последние из них вернулись домой? Еще примечательнее другое: раз уж речь шла об английских военнопленных, судьба которых так сильно заботила сторонников насильственной репатриации, то, отправляя домой русских в форме вермахта, разве не подвергали англичане риску нацистских репрессий тех своих соотечественников, которые все еще находились в руках у немцев? А ведь это была гораздо более реальная и страшная угроза, и министерство иностранных дел тогда с ней считалось.

Истинные причины, лежащие в основе английской и американской политики, станут ясны читателю из дальнейшего повествования. Перед читателем пройдет также страшная драма русских: как попали они в руки к немцам, почему столь многие вступили в немецкую армию, чтобы воевать против Сталина, и, самое главное, что происходило во время репатриации, которую проводили английские и американские войска, в большинстве своем питавшие глубочайшее отвращение к поставленной перед ними задаче. Лорд Бетелл уже воссоздал живую картину таких операций. Но полная история русских военнопленных 1941–45 годов раскроет масштабы трагедии, вполне сравнимой с судьбой евреев при нацизме — и по количеству вовлеченных в это дело людей, и по глубине причиненных им страданий.

Жестокая ирония этой русской трагедии заключается в том, что русские в Красной армии и их противники в сформированной немцами Русской освободительной армии воевали во многом за одни и те же идеалы. Бывший фронтовик Виктор Некрасов недавно объяснил, почему он воевал за советскую власть в 1941–45 годах:

Мы думали, что, положив конец фашистскому рабству… мы и сами спасемся от тирании. Мы надеялись смыть собственной кровью позор предвоенного советско-германского пакта, мы думали, что проклятое прошлое никогда не вернется, и именно благодаря этой надежде я оставался в партии *9.

Можно спорить о том, была ли такая линия поведения достойнее, чем решение соотечественников В. Некрасова, поднявших оружие против сталинскрй тирании, но вряд ли мы придем к легкому и однозначному ответу. Только тщательное изучение фактов сможет помочь нам найти истину и справедливость.

Прежде чем приступить к описанию событий тех лет, позволю себе небольшое личное отступление. Эта тема вызвала мой интерес очень давно, благодаря знакомству с теми, кому удалось избежать отправки в лагеря смерти ГУЛага. Позже я столкнулся с рядом странных совпадений, которые утвердили меня в давнишнем намерении попытаться воздать должное памяти моих соотечественников.

В «Архипелаге ГУЛаг», в главе «Та весна», А. Солженицын поднимает вопрос, ставший темой моей книги. Он пишет о вопиющих дипломатических и военных ошибках, из-за которых немцы взяли в плен в 1941–42 годах столько людей, и о той ужасной судьбе, которая постигла пленных, переданных затем Сталину союзниками — Англией и США. «Какой Лев Толстой развернет нам это Бородино?» *10 — спрашивает А. Солженицын. К тому времени, как был задан этот вопрос, я проделал уже большую исследовательскую работу, и все же — с какой робостью я ощутил вдруг, что должен, что обязан двигаться дальше.

К тому же по семейной линии я был в некотором смысле причастен к насильственной репатриации, и это надлежало искупить. Мой знаменитый предок, князь Петр Толстой, в свое время получил от Петра Великого приказ заманить назад в Россию его сына, царевича Алексея. Не в силах сносить вспышки отцовского гнева и военную дисциплину, юный царевич бежал во владения императора Священной Римской Империи. Несмотря на настоятельные просьбы и страшные угрозы, император — не чета Рузвельту или Черчиллю — решительно отказался выдать своего непрошенного гостя, не зная, какой прием ожидает того на родине. Толстому пришлось самому выслеживать несчастного юношу, скромно жившего с молодой женой в Неаполе. Перемежая лживые обещания зловещими угрозами, он наконец уговорил Алексея вернуться к отцу. Несмотря на заверения в том, что его простят и не тронут, юный царевич был после пыток убит по приказу царя.

Надеюсь, читатель простит мне, если я расскажу еще и о третьем совпадении. В октябре 1944 года Черчилль и Иден полетели в Москву на совещание со Сталиным. Именно на этой встрече, получившей кодовое название «Толстой», Иден без всяких споров и возражений поспешил пообещать Сталину, что все его подданные будут возвращены независимо от их желания.

А теперь пора перейти к самой истории, которая, по-видимому, являет собой не только мрачный призрак недавнего прошлого. Её последствия живы и сегодня, особенно в сознании миллионов русских на родине и за рубежом. В 1977 году в Гамбурге был осужден бывший офицер СС. По словам судьи, он, хотя и не принимал в убийствах евреев непосредственного участия, «отбирал их для уничтожения, прекрасно зная о том, что их ждет». Политика, в результате которой миллионы простых русских людей были брошены в вагоны для перевозки скота, везшие их на верную смерть, муки и невыносимые лишения, немногим отличается от позиции гестаповца. Но лишь рассказав правду, можно ответить на обвинение А. Солженицына в адрес английского народа.

В действительности большинство тех немногих, кто был в курсе дела, яростно сопротивлялись тому, что считали несправедливой и неоправданной жестокостью. С английской стороны в числе протестовавших и порой доходивших в своем протесте даже до неподчинения приказу, были такие известные деятели, как лорд Селборн, сэр Джеймс Григг, фельдмаршал Александер и генерал Монтгомери. Среди американцев протест был едва ли не единодушен. Оппозицию возглавляли дипломаты — Джозеф К. Грю, Роберт Мерфи и Александр Кирк и военные — Эйзенхауэр и Беделл Смит.

«Жертвы Ялты» — объемная книга. Я сделал все, чтобы не опустить ни одного важного документа, постарался процитировать все необходимые первоисточники. Надеюсь, что таким образом читатель сможет оценить, кто и в какой степени отвечал за политику насильственных выдач, породившую столь чудовищную череду страданий, и её проведение в жизнь.

Календарь основных событий

Жертвы Ялты - i_002.jpg
1941

22 июня — Начало операции «Барбаросса» — нападение Германии на СССР.

22 августа — 436-й пехотный полк под командованием майора И.Н. Кононова переходит на сторону Германии.

1942

8 ноября — Генерал Гельмут фон Паннвиц назначен командиром русских казачьих формирований в составе вермахта.

1943

2 февраля — Капитуляция немецких войск под Сталинградом.

21 апреля — В Млаве сформирован Первый казачий корпус.

3
{"b":"188162","o":1}