ЛитМир - Электронная Библиотека

   - Вот примерно это вы должны будете уметь после пяти лет обучения. Сразу говорю; будет трудно, - очень трудно. Вопросы есть? - я обвожу пристальным взглядом собравшихся, но все молчат, лишь глаза блестят немым восторгом. Пока блестят.

   Через месяц от этих двух десятков мальчишек и девчонок останется меньше половины, остальные уйдут, не выдержав тренировок, а до конца курса наверняка дойдет один-два человека. Но пока они воодушевлены. Как же, их будет учить легендарный основатель гильдии "ассасинов", - великий воин, помогавший самому Дарниру Аранийскому императору возрождённой Арании. Я мысленно усмехнулся, - великий воин, герой...кто бы мог подумать.

   - Отец, к тебе пришли.

   Я оборачиваюсь и вопросительно смотрю на Ника, который стоит у тропинки, ведущей в сторону дома.

   - Это насчет сестры, - бросает он тихим голосом.

   Я понимающе киваю и, приказав одному из своих помощников продолжать занятие с новичками, направляюсь вслед за сыном. Ник, пожалуй, единственный из моих сыновей, кто относится ко мне как к отцу, остальные держаться довольно отстраненно. Если честно, то даже не знаю с чем это связано, возможно, все дело в том, что они пошли в мать, переняв ее способности к перевоплощению. До пяти лет только Ник мог перевоплощаться в человеческий облик, предпочитая его, остальные всегда находились в зверином. И знаете, как-то не получалось испытывать отцовских чувств к трем здоровенным волкам, так что с одной стороны моя вина тут прямая. А вот мать они почитают и буквально преклоняются перед ней, меня же скорее признают как одного из родителей, хотя пару раз уже стычки случались. Что поделаешь, мальчики растут им уже почти двадцать, и они естественно пытаются показать свою силу, - волчья натура. Однако до меня им пока далеко. Последний раз я старшого хорошо поломал, тот неделю хромал, хотя кости у них срастаются быстро. Ри эти стычки буквально выводят из себя, но почему-то достается постоянно мне. После очередной она может несколько дней со мной не разговаривать, а порой собирает мальчишек и исчезает с ними на несколько месяцев. Я на нее не обижаюсь. Она всегда мечтала о тихой мирной жизни с любимым человеком и кучей любящих детишек, - но как-то все не сложилось. И дело тут не только в разногласии с детьми, в конце концов, большую часть времени у нас в семье мир и благодать, а вот проблемы Арании постоянно дают о себе знать. Дарнир то и дело призывает нас на службу, так что частенько приходится мотаться из конца в конец империи, выполняя различные поручения. А что поделаешь, друг все-таки "ни один пуд соли вместе съели"...но вот личная жизнь постоянно страдает. Одно утешение - дочка, моя отрада для души и сердца. С каждым годом девочка все больше становится похожа на мать и, каждый раз глядя на нее, я невольно вспоминаю Таиль. Ри с Эйнураль ладят, но все же нет-нет, да в девочке просыпается что-то от матери и тогда она начинает поддевать свою мачеху. Хорошо еще, что моя волчица относится к этому вполне по- философски считая это подростковыми бзиками. Кстати, со своими сводными братьями Эйнураль очень даже хорошо ладит, те вообще в ней души не чают и балуют как только можно.

   Эльфы ждали нас в гостиной обставленной вполне в современном стиле. Хочу заметить, что мне пришлось постараться, объясняя местным мастерам, какую именно мебель я хочу. Зато теперь у меня тут два кожаных диван вдоль стен, четыре кресла, небольшой стеклянный столик и целый мебельный гарнитур, правда, место телевизора на тумбочке, стоит здоровенный аквариум. Последний был долгим поводом удивления для всех гостей, которые никак не могли взять в толк, зачем это я содержу прозрачную емкость с рыбой. Тем не менее, вскоре мода на аквариумы просто захлестнула Аранию и все благодаря Дарниру, которому понравилось вечерами наблюдать за неспешной жизнью его обитателей.

   - Лекс Эльнарварн, рад приветствовать вас, - сказал один из эльфов, коротко кланяясь. - Прошу прощения за столь неожиданный визит. Надеюсь, мы не отвлекли вас?

   - Ничего такого от чего я не мог бы оторваться, - поклонился я в ответ, внимательно изучая своих гостей.

   Говорившего я знал. Тайрнуан Гелкур - один из советников Дарнира и друг Тавора, а вот двое других мне были незнакомы. Высокие статные и с длинными золотистыми волосами и точеными лицами, в которых причудливым образом сочетались мягкие юношеские черты и мудрость прожитых столетий.

   - Может, присядете, - я жестом указал на кресла.

   - Мы ненадолго, - покачал головой Гелкур. Он на мгновение замялся, покосясь на своих спутников, затем продолжил: - Хочу представить вам, господин Лекс, хранителей королевского венца.

   - Королевского венца? - я непонимающе посмотрел на советника.

   - Ваша дочь последняя из королевского рода, - отвечает вместо Тайнурана один из эльфов, смотря на меня взглядом в котором почему-то явно читается презрение и плохо скрываемая ненависть; - Мы прибыли и лесов Эдулана, дабы приготовить принцессу к возложению венца.

   Я удивленно приподнимаю брови, смотря на него холодным пристальным взглядом, но он глаз не отводит, лишь тонкие губы тронула легкая улыбка, а ненависть в зрачках полыхает уже неприкрыто. Гелкур неожиданно делает шаг в мою сторону и шепчет почти на ухо:

   - Лекс, так надо, не препятствуй. Она и правда последняя из королевского рода. Это просто церемония, но она много значит для моего народа. Лекс....Лекс...

Глава 5.

   -Лекс...господин Лекс, очнитесь.

   Я открываю глаза. Надо мной нависло взволнованное лицо полуэльфа, причем под глазом у него расплывается огромный синяк, а из уголка разбитых губ сочится тоненькая струйка крови.

   - Господин Лекс, вы живы?

   - Мертв, - буркнул я, вновь закрывая глаза от пронзившей голову острой боли.

   - В каком смысле! - удивился Дайк.

   - Будешь меня так трясти, получится, что в прямом.

   Я отстранил от себя парня и резко сел, едва не застонав от боли, принявшись осторожно ощупывать свою гудевшую точно огромный колокол голову. Так, вроде все на месте, пробоин не обнаружено, только на затылке чувствуется болезненное вздутие, - об стену меня приложило все-таки порядочно. Я пошевелил руками и ногами, проверяя их целостность и работоспособность, после осторожно поднялся, придерживаясь руками о стену. Голова гудит, немного подташнивает, порой плывет перед глазами, но в принципе все нормально, - жить можно. Я огляделся. Коридор по-прежнему пуст и на первый взгляд все в порядке, вот только освещение стало более тусклым, так как погасла часть встроенных в потолок многогранных плафонов.

   - Дайк, ты не в курсе что произошло? - спросил я парня, опираясь спиной о стену, так как ноги неожиданно стали совершенно "ватными".

   - Я не знаю, господин Лекс. Мы шли с вами по коридору, потом все закрутилось, завертелось, а когда я пришел в себя, то увидел, что вы лежите у стены, и сразу принялся вас тормошить.

   - Понятно.

   Я помассировал виски ладонями, размышляя о произошедшем. Судя по всему с дирижаблем не все в порядке, это можно судить по освещению и по небольшому крену в сторону носа, который довольно заметен, - только вот все же что произошло?

   - Наверх не ходил? - я посмотрел в сторону лестницы.

   - Нет, - замотал тот головой и вдруг переменился в лице. Плохо скрываемый испуг вмиг сменился беспокойством. - Господин профессор!

   Он шустро заковылял к лестнице, ощутимо припадая на правую ногу. Я вздохнул и, прикрыв глаза, попытался "прощупать" свой организм, дабы по быстрому привести себя в порядок - в прошлой жизни у меня это неплохо получалось. Благодаря этой способности пару раз удавалось затянуть весьма серьезные раны, да и дожить получилось почти до ста лет, при этом, не превратившись в дряхлую развалину.

17
{"b":"192094","o":1}