ЛитМир - Электронная Библиотека

– А с Аечкой как же тогда быть? Если взять его с собой – а наша мама с ним ни за что не останется, – то не сидеть же ему там, как у нас дома, в тесной клетке? Ему и бегать, и прыгать хочется.

– От твоего зверя одни неприятности! – буркнул Ромка, а Артем мигом взялся за телефон:

– Погоди, сейчас все выясню. Мам, пап, вы ж меня, надеюсь, к Гарику отпустите?

– Поговорить надо с его родителями. Если они в самом деле вас приглашают и там за вами присмотр будет… – переглянувшись с мужем, нерешительно проговорила Людмила Сергеевна.

– Будет, конечно, там людей полно. У них же и прислуга, и телохранитель, и охранники, кого только нет. Даже садовник. – Артем, счастливый от одной только мысли, что ему удастся собрать вместе и старых, и новых друзей, с воодушевлением набрал нужный номер. – Гарик, Никита нам тоже звонил, и считай, что уговорил. Но только у нас имеется дикий зверь, ай-ай мадагаскарский, ну да ты про него знаешь. Так вот, этому зверю нужен самый настоящий вольер, а то ему в его клетке тесно. А что еще… Если твои родители тоже нас приглашают и с нашими обо всем договорятся, то больше нас ничего не останавливает.

– Совсем ничего, – непроизвольно повторил Ромка, внимательно вслушиваясь в каждое слово своего друга. А когда Артем сообщил, что Гарик в постройке вольера не видит никакой проблемы, выскочил из-за стола и, не справившись с переполнившими его бурными эмоциями, заскакал по комнате: – Ура, едем! – И резко остановился: – А когда?

– Дня через два, да? – обратился Артем к маме. – Пока тетя Нина сделает все свои дела, мы побудем у Гарика, а уж потом на все лето вернемся в Медовку.

– Ну что ж, – смирился Владислав Николаевич, – я прямо сегодня созвонюсь с Соболевым.

– И с нашими мамой и папой, ладно? – заглянул ему в глаза Ромка.

Но отец Гарика позвонил им сам, переговоры оказались несложными, и поездка друзей на Десну была предрешена.

К отъезду брат с сестрой стали готовиться заранее. В тот же вечер, вернувшись от Артема, каждый собрал свою сумку, причем Ромка, конечно же, прихватил с собой все свои сыщицкие причиндалы: авось пригодятся.

Во время сборов и потом тоже Дик ходил за Лешкой по пятам, чувствовал, наверное, что хозяйка снова решила его покинуть. Лешка обняла пса за шею и прошептала ему на ухо:

– Придется тебе, мой дорогой, еще потерпеть. Погуляешь во дворе с папой, а через недельку я обязательно возьму тебя с собой в Медовку.

Дика она решила не брать с собой по двум причинам. Поскольку там, у Гарика, уже имелась собака, то неизвестно, как с ней уживется ее не очень-то компанейский четвероногий друг. Но главное было не в том. Лешку не оставляла все та же тревожная мысль: а вдруг когда пес увидит своего бывшего хозяина, то вспомнит прошлое, снова полюбит его и забудет о ней, а тогда и Никита передумает и с чистой совестью отберет у нее пса. К чему же так рисковать?

Тем более что не только Олег Викторович, но даже и Валерия Михайловна была согласна сколько угодно гулять с Диком, лишь бы дочь как можно скорее увезла из дома главную головную боль – ушастого скрипучего хулигана. А за своих детей она нисколько не волновалась, так как узнала, что в загородном доме их будет окружать целый штат прислуги, и купаться в реке, и кататься на лошади, а также ходить в поселок они будут под присмотром взрослых.

– Расскажете потом, как люди живут, – только и сказала она.

Глава III

Кухаркины страдания

Через день за Ромкой с Лешкой заехал огромный темно-синий внедорожник «Мерседес». Точь-в-точь такой, какой Ромка собрался приобрести, когда вырастет и станет известным сыщиком. За рулем джипа сидел нестарый мужчина с мощным торсом, грубоватым лицом и квадратным подбородком. То есть выглядел он так, как и положено телохранителю, а ребята уже знали, что водитель «Мерседеса» исполняет еще и эту обязанность.

Ромка оглянулся по сторонам в надежде, что Олег Пономарев заметит, на каких крутых тачках теперь разъезжают они с Лешкой, но ни Олега, ни кого другого во дворе, к его великому сожалению, не оказалось.

А из джипа выскочил Артем, хотел взять у Лешки клетку с притихшим зверьком, но она отдала ему только свою сумку, а клетку поставила себе на колени. Руконожка огромными глазами смотрел через металлические прутья и настороженно поводил большими ушами. Зверьку не нравилось, что его куда-то везут, и Лешка боялась, как бы ай-ай и в самом деле не уколол Артема своим длинным когтем.

А машина направилась к центру города.

– Мы за Никитой едем? – поглядев в окно, спросил Ромка.

– Нет, – ответил шофер. – Это прямой путь к Калужскому шоссе, по которому можно попасть на Десну.

А Артем сказал:

– К Никите из Питера совершенно неожиданно нагрянули гости, поэтому он присоединится к нам позже, когда они уедут.

– А где его мама? Почему мы никогда ее не видели и ничего о ней не знаем? – заинтересовалась Лешка.

– У Никиты мамы нет, она погибла, когда он был совсем маленьким.

– Правда? А мы и не знали. Бедный Никита! – расстроилась девочка, подумав, как бы они с Ромкой жили без мамы, с одним только папой. Это было страшно, просто жутко себе представить, и она отогнала от себя такие ужасные мысли.

А Ромка рассудительно заметил:

– Я думаю, Николай Никитович старается вовсю, чтобы его сын не чувствовал себя обделенным.

– Да, – подтвердил Артем, – он только для Никиты и живет.

Вскоре они вырвались из душного, с раскаленным от жаркого июньского солнца асфальтом города и промчались сначала по широкой современной трассе, а потом свернули на узкую дорогу. Через некоторое время перед ними предстал современный поселок, состоящий из высоких двухэтажных коттеджей, и Лешка уж было решила, что они добрались до места, но водитель не остановился, и дорога снова вывела их в лес, а потом углубилась в деревню с небольшими домиками, обычными садами и обнесенными плетнями огородами.

– Приехали, – вскоре объявил водитель и пояснил: – Раньше у них здесь тоже такой дом был, а потом на его месте они другой построили, не захотели в охраняемый поселок переезжать. И правильно – другого такого места не сыщешь.

А вскоре и ребята, ощутив свежий, пропитанный запахом хвои воздух, согласились с этим утверждением.

Усадьбу Соболевых окружал высокий забор из красного кирпича. К большим металлическим воротам примыкал совсем маленький, тоже кирпичный домик. Ворота при их приближении бесшумно распахнулись. «Мерседес» въехал внутрь двора и остановился.

Друзья выбрались из машины, а навстречу им, радостно улыбаясь, по белокаменной дорожке, проложенной по ярко-зеленому газону с аккуратно подстриженной травкой, торопился Гарик. За ним, высунув от жары длинный язык, неуклюже переступая лапами и тряся некупированными ушами, бежал толстый желтый боксер. Задрав вверх складчатую морду, пес несколько раз для порядка тявкнул и тут же приветливо завилял длинным тонким хвостом.

– Урод, но симпатичный, похож на бочку на ножках, – так охарактеризовала Фреда Лешка и на всякий случай прижала к себе клетку с Аечкой, вспомнив, с каким грозным рыком встретил незнакомого зверя ее Дик. Но пес при виде клетки и ухом не повел. Он, как и хозяин, безудержно радовался новым гостям и ни на что другое не обращал внимания.

– Фред сразу понял, что вы свои. Мы с ним вас с раннего утра дожидаемся. А это и есть самый редкий в мире зверь? – указал на клетку Гарик.

Напуганный зверек изготовился отразить любое нападение. Он отпрянул в угол клетки, воинственно выставил вперед когтистые лапки и задрал вверх пушистый хвост.

– Не бойся, мой маленький, здесь тебя не обидят, – с нежностью сказала Лешка и уточнила: – Почти самый редкий. Руконожки живут только на Мадагаскаре и теперь вот еще у меня. Я читала, что их нет ни в одном зоопарке мира, ни у одного частного лица. Класс, да?

– А твои родители с сестренкой уже уехали? – перебил ее брат.

4
{"b":"195992","o":1}