ЛитМир - Электронная Библиотека

— Римо, — Смит тяжело вздохнул, — прошу вас подыскать новый дом для этого существа. Держать его здесь... нет, это не подлежит обсуждению.

Римо ничего не ответил. Но от его стона, казалось, сдвинулась стоявшая на подоконнике пепельница.

* * *

После того как и Римо покинул его кабинет, Смит наконец обрел возможность нашарить скрытую под крышкой стола защелку, отпиравшую спрятанный в тумбе монитор компьютера. С помощью этого компьютера, соединенного с сетью из похожих машин, расположенных в подвалах санатория “Фолкрофт”, Смит имел доступ ко всем базам данных по всей стране. Именно компьютеры КЮРЕ, позволявшие ему собирать, сопоставлять и анализировать громадные объемы на первый взгляд незначительной информации, давали возможность нащупать пульс нарождавшейся аварийной ситуации и локализовать ее, прежде чем она достигнет масштабов страны. При помощи тех же компьютеров Смит имел возможность подключить к решению этих проблем все имевшиеся в стране правоохранительные структуры. И только в кризисных ситуациях в дело вступали Римо и Чиун.

Сводка вечерних новостей не дала в этот раз ничего необычного. Странным, пожалуй, выглядело только короткое сообщение о пожаре в Лафайет-парке, что в Вашингтоне, округ Колумбия. Сообщение это попало в базу данных КЮРЕ только из-за близости пожара к Белому дому. Больше ничего такого в нем не было.

Но когда Смит переключился на компьютерные сети правительства и министерства обороны, он, не веря своим глазам, уставился на экран. Самых надежных источников информации — систем “Милнет” и “Арпанет” больше не было! Вернее, они были и вроде бы работали, но информацию не обрабатывали и не выдавали. Словно их разбил неожиданный паралич.

Более того, закрытыми оказались большинство сетей, непосредственно обслуживавших резиденцию правительства в Вашингтоне. Возможно, это было сделано сознательно... Но точно так же молчали и сети ЦРУ, и военные системы информации погрузились в непривычное затишье.

Все выглядело так, будто правительство решило закрыть все принадлежавшие ему информационные носители, чтобы и на самых верхних уровнях не случилось утечки.

Пораженный, Смит переключился на открытые правительственные системы. Все они работали так, словно за это время ничего не произошло. Уже одно это вызывало подозрения. В правительстве всегда что-нибудь да происходит. А сейчас происходило что-то непонятное. И Смит преисполнился решимости узнать что.

Доктор Харолд В. Смит навис над монитором, словно ястреб над добычей. Он был в своей стихии. Серые глаза ощупывали экран, в уголках губ появилось нечто вроде слабой улыбки. Машинально слизнув с губ остатки белой пены, он даже не почувствовал их известковый вкус. Он думал, думал, думал...

Глава 4

Стол в своем кабинете в Пентагоне генерал Мартин Лейбер поставил так, чтобы он полностью блокировал входную дверь. Секретарше он выдал увольнительную. Задернув занавески, зажег в кабинете свет, хотя время едва перевалило за полдень.

Крутые времена — крутые меры. Усевшись за стол, генерал возложил начальственную длань на трубку красного телефона. Он ждал, зная — с каждой минутой риск увеличивается. Если начальники штабов действительно нуждаются в его присутствии — ничего, сами придут за ним. Чем дольше они молчали, тем вернее становились шансы его, Мартина Лейбера. Тяжесть новых звезд на погонах он ощущал уже физически. Ничего, что придется проделать две новые дырки — каждая из них будет стоить примерно пять тысяч прибавки к годовой пенсии.

Если бы ему удалось оттянуть разговор с Комитетом начальников штабов еще чуть-чуть...

Оттуда уже не раз звонили, требовали определенных ответов, но генералу, к счастью, удалось запудрить им мозги. Звонок от президента — вот это было сложнее. Президент позвонил как раз сегодня утром и пребывал в весьма обеспокоенном состоянии.

— Обстановка на поверхности безопасная? — спросил он.

— Не вполне, господин президент, — ответил генерал Лейбер. — Мы еще не установили в точности источник опасности.

— Но столица... разрушена?

— Я бы счел преждевременными комментарии на эту тему, сэр.

— Преждевременными?! — Голос президента грозил вот-вот перейти на фальцет. Генерал знал, что это не предвещает ничего хорошего. — Столица либо разрушена, либо нет! Докладывайте немедленно!

— Все не так просто, господин президент, — гнул свое Лейбер, чувствуя, как по седому ежику прически стекают капли холодного пота. — На город произведена атака неизвестным оружием.

— Неудачная, надеюсь?

— Первый удар был, скорее всего, неудачным... Но, возможно, и нет. Буду откровенен с вами, сэр, — мы даже не знаем пока цель этой атаки. И пытаемся сейчас выяснить род использованного оружия...

— Мне доложили, что это баллистическая ракета.

— Боюсь, это была неточная информация, сэр. Пока мы еще не знаем, что это было. Сейчас не наблюдается признаков радиации или отравления — но, не вполне представляя, что это было за оружие, мы не в состоянии и определить возможные последствия атаки.

— Не понимаю. Это, вообще-то, было оружие?

— Этого мы тоже не знаем. Поэтому я все же рекомендовал бы вам пока не покидать бункер. Даже если этот... гм... предмет, над идентификацией которого в данный момент работают лучшие специалисты ВВС, не представляет опасности, мы не можем утверждать, что следующий удар также не...

— Думаю, мне не мешает побеседовать с Комитетом начальников штабов. Какого они, кстати, мнения?

— Я только что говорил с ними, и они полностью со мной... — генерал замолчал в поисках слова, которое, не являясь заведомой ложью, все же не особенно точно отражало ситуацию, — солидаризируются.

“Ладно, — подумал он, — коли взялся за гуж...”

— Если так — останусь здесь еще на некоторое время. Но, дьявол вас возьми, сегодня первый день моего президентства — вы это помните? Мне бы не хотелось провести его в этой дыре.

— Отлично понимаю вас, сэр. Но ваша безопасность, пардон, превыше. И прошу вас — воздержитесь пока от звонков. Я не могу быть до конца уверен, что мой телефон не прослушивается. А допустить, чтобы враг узнал о вашем местопребывании...

— Да, хорошо, — отозвался президент после небольшой паузы. — И, поверьте, я очень ценю ваш... ваш патриотизм. Просто-таки везение, что во время всего этого на дежурстве оказался такой человек, как вы. И осмеливаюсь просить вас действовать и дальше от моего имени.

— Прошу вас, не беспокойтесь, сэр. Я сделаю все, что в моих силах.

Генерал Лейбер повесил трубку. Глаза его светились торжеством. Если только это не сработает, тогда он готов распрощаться с вожделенной пенсией и немедленно подать в отставку. Только бы этот кретин-майор позвонил в ближайшее время... Сколько времени им, черт возьми, нужно, чтобы разобраться с этими чугунными обломками?

Телефон зазвонил в следующую же секунду, и генерал нетерпеливо сорвал трубку с рычага. И тут же рука его застыла в воздухе. Если это звонят из Комитета начальников штабов... А, плевать. Если это они — он пошуршит в трубку мятой бумагой, а потом сошлется на плохую связь. Трюк старый.

— Алло, алло! — надрывалась трубка.

— Генерал Лейбер. Это вы, майор Чикс?

— Так точно, сэр. Вы приказывали доложить, как только у нас будут какие-либо результаты.

— Именно, — кивнул генерал Лейбер. — Но прошу вас соблюдать меры предосторожности. Телефоны могут прослушиваться, майор.

— Есть, сэр, генерал Лейбер, — браво ответствовал майор Чикс.

— Отлично, майор. Теперь — к делу. Что вы обнаружили?

— Наши предположения подтвердились.

— Прекрасно! Прекрасно, майор. И какие именно?

— Относительно этого объекта.

— О, да, да, понимаю. И что же он представляет из себя, в таком случае?

— Колокол, сэр.

— К... что?!

— Расплющенная медная деталь — определенно колокол.

Несколько секунд генерал Лейбер тупо созерцал зажатую в руке трубку. Попробовал говорить, но из горла вырвалось лишь нечленораздельное бормотание. Нечеловеческим усилием генералу удалось обрести над собой контроль.

7
{"b":"19670","o":1}