ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Помню, почтенный Кьяри. Но от песен горло сохнет.

Дожевав последний кусок, я вытер перчатку полотенцем и спросил:

– Это ты качаешься или ролеплеишь?

– И то и другое. А еще зарабатываю, десять серебрушек в час плюс половина чаевых.

– Сносно. Чиниться тут не нужно и расходников никаких? Но я даю двадцать золотых за написанный марш второго тяжелого Утарского полка.

– И чем доблестные воители отличились? Что надо воспеть?

– Тяжесть доспехов, отвагу воителей, злобу врагов и беспробудное пьянство в казармах после победы. Все как обычно. Куплетов пять, мелодию побоевитей. И…

– Что?

Я задумался. Может и выйти.

– Есть у меня подозрение, что, написав этот маршик, ты можешь получить плюшки не только от меня.

Бард задумчиво кивнул.

– У тебя что, сюжетный квест?

– Смахивает на то. А где сюжетка, там и много сюрпризов.

– Как у тех несчастных из «Лиги воссоединения»?

– Не слышал. Что с ними было?

– Сюжетный квест нашли, для гильдии: освобождение от зла области, на которую гильдия претендовала. В результате не того кого-то убили, всем членам гильдии боги повесили запрет набора экспы на месяц, гильдию с седьмого ранга опустили на четвертый.

– Сурово. Берешься?

– Задаток вперед.

Я вызвал меню обмена и передал барду пять золотых.

– Хорошо, сейчас допою – и сочинять.

– А сразу?

– Договор, увы.

Я встал, прошел к стойке.

– Уважаемый, прошу прощения, вам необходим этот бард?

Толстячок оглядел меня быстрым, расчетливым взглядом.

– Он заключил договор, сегодня ему надо отработать еще три часа. Но если достойный брат заплатит два золотых…

– Пятьдесят серебряков. И еще двадцать – тому из местных музыкантов, кто заменит барда.

– Но мои посетители останутся без такой замечательной музыки…

– Они смогут восполнить эту потерю превосходным вином и отличным мясом.

Трактирщик подумал, пожал плечами и протянул руку. Я отсчитал в нее серебро.

– Ягири! Быстро в зал, с музыкой!

Из прохода в кухню выбежал мальчишка-полуорк, привычно уселся на табурет и тут же что-то затянул на двойной флейте.

Я вернулся к столику.

– Ну вот. Проблема решена. К завтрашнему утру успеешь?

– Легко. Но если я получу дебафф, то буду писать срамные частушки о паладинах, пока он не спадет!

– О паладинах не надо. Обо мне – сколько угодно. У тебя время какое?

– Новосибирск.

– Значит, завтра в два часа дня по твоему, у ворот ратуши?

– Сойдет, успею.

– Только ты…

– Постараюсь, не волнуйся.

– Договорились. Проводить?

– Я что, девушка?

– А тут на музыкантов после выступлений не нападают? Я, помнится, слышал пару историй…

Бард рассмеялся:

– Ау, паладин, это ми́рка! А я бард с прокачанной харизмой! Зря, думаешь, я тут корячусь?

Я пожал плечами.

– Не интересовался бардами, мне бы мечом помахать…

– Да-да, простой и понятный паладин, две кнопки, одна тактика. Верю-верю.

– Ну, тогда до завтра.

Попрощавшись на выходе с вышибалой (тот ответил сложным движением руки – кажется, это что-то должно обозначать), я вышел.

Трущобы, называется. Ни драки, ни потемков – мелкий фонарщик-рептилоид с корзинкой в руке переходил от одного фонаря к другому, взлетал, зависая перед клеткой фонаря, ловким движением просовывал сквозь прутья огненную ящерицу и, грузно упав, спешил к следующему. Я постоял, наблюдая, как дальняя родственница саламандры поудобнее устраивается, сворачиваясь в клубок и начиная светиться ровным желтым светом, и пошел к храму.

Странный день. С утра в игре, но, кроме утренней разминки, ни разу мечом не махнул. Зато печенья наелся от души, надо завтра еще напечь.

Но это уже завтра.

Ночью мне снились огненные ящерицы, бегающие по квартире. Мне понравилось.

35

Прислушиваться к происходящему за окном комнаты становилось привычкой, почти азартной. Не всегда удается угадать, что же услышу – иногда это лязг тренировочного оружия, бывает – шум из мастерских или рев тягловых буйволов. Один раз я даже застал классическую перебранку соседок во дворе: оказалось, что в храме бывают дни, когда прихожане устраивают «субботник», и две женщины выясняли, кто из них лучше выстирает какие-то полотна.

Сегодня было почти тихо, лишь с затаенным азартом что-то обсуждала группа новичков. Ну-ка, что тут у нас интересного? Меч – в ножны, пачку бумаги и бутыль с чернилами – в инвентарь, потом нарисую свитков на сегодня, и быстро иду по коридору к лестнице. Смотреть из окна – это не наш метод, нужно быть ближе к народу!

Выйдя из казармы, я осмотрелся, прислушался и пошел туда, где слышались странные звуки и азартное бормотание молодых стражников. Подойдя ближе, я с удивлением обнаружил на тренировочной площадке огненного элементаля, дерущегося с наставником боевых умений.

Десятник вовсю гонял между столбов и манекенов огненное облако, огрызающееся искрами и всполохами белого пламени, причем огрызающееся довольно удачно: пара подпалин на тренере уже была, что, впрочем, ничуть его не смущало; он с азартными восклицаниями грозил огненному облаку мечом, заставляя то дергаться в сторону, то прерывать атаку и отступать. Наконец элементаль решился атаковать сам и кинулся на десятника с раскрытыми, словно для объятия, огненными крыльями.

Наставник поднырнул под светло-желтое пламя, плашмя стукнул элементаля мечом по «спине» и отпрыгнул, сбивая искры с затлевших волос.

– Хорошо! Ты достала меня!

– Я только достала, а вы меня чуть не выпотрошили!

Пламя распалось на две части. Справа стоял типичный огненный пет мага-элементалиста – двухметровый вихрь пламени с очень грубо составленным из более темного огня лицом. Слева – девушка, человек, в жреческом одеянии. Миленькая такая.

– Ты достойно показала себя! Не огорчайся поражению, мне доводилось встречаться с подобными противниками. Ты хорошо проявила себя в схватке!

Девушка посмотрела в никуда перед собою, потом сделала характерное движение рукой – «йе-ес!».

Игрок. Причем в вирте, да к тому же знающий кое-какие особенности игры и только что прошедший скрытое задание. И я сам таким был… эх, как же давно это было, да. Целых четыре недели назад.

Подойдя к крыльцу, я вызвал меню профессии и быстро накорябал пять свитков благословения.

– Госпожа! – Я нагнал девушку у входа в святилище. Элементаля при ней уже не было.

– Да? – Девушка обернулась. Очень мило. Даже с учетом некоего облагораживания при создании персонажа – вполне симпатичное лицо, серые глаза странно сочетались с пламенно-рыжими волосами, но лицо было именно милым. Ни одной характерной черты, чтобы сказать: «А у нее вот еще такие…» Среднее, ничем не запоминающееся, симпатичное лицо.

И фигурка ничего так.

– Я стал свидетелем вашего боя с наставником. Первый раз вижу такое – человек становится пламенем! Удивительное искусство! Вы недавно в наших местах? Уверен, что запомнил бы вас, встреться мы раньше.

Она улыбнулась:

– Да, я только что прибыла в храм. А вы?

– Паладин. Простой паладин.

– Проводите меня?

Я кивнул, пропуская ее вперед. Девушка явно не была новичком в игре, двумя стандартными фразами вызвала благожелательное отношение к себе у священника и получила свой бафф, затем повернулась ко мне:

– Брат паладин, мне предстоят нелегкие дни развития своих умений и роста в силе. Не будет ли у вас советов для начинающего мага?

– Госпожа, как я сказал, я всего лишь простой паладин, один из воинов храма. Высокий стиль дается мне с трудом. Как насчет того, чтобы начать говорить без всех этих возвышенностей?

Девушка остановилась, нахмурилась (очаровательно!) и недоверчиво протянула:

– Постой-ка. Ты что – игрок?

– Ну да.

– Офигеть! – уже улыбается. Легкий характер, похоже. – А я уже прикидывала, что ты за фрукт и зачем такой непись в храме прописался?

54
{"b":"205027","o":1}