ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Римское самосознание развилось и получило внутренние силы не только из воспоминаний о прошлом, не из строгой изоляции от всего «неримского», которое, впрочем, никто не мог точно определить, а в процессе сознательного, плодотворного соревнования с эллинизмом, из восприятия эллинистической культуры как основы просвещения. Окружению Августа и Мецената делает честь, что Вергилий, назвавший нового Цезаря спасителем отечества еще в начале его политической карьеры, воспевший римскую крестьянскую жизнь в «Георгиках», подарил Риму великий национальный эпос — «Энеиду» (37–30/ 29 гг. до н. э.) и именно в этом произведении признал духовное превосходство греков:

Смогут другие создать изваянья живые из бронзы
Или обличье мужей повторить во мраморе лучше,
Тяжбы лучше вести и движения неба искусней
Вычислить иль назовут восходящие звезды — не скрою…

И тут же указывает на предназначение римлян:

Римлянин! Ты научись народами править державно —
В этом искусство твое! — налагать условия мира,
Милость покорным являть и смирять войною надменных!

(Вергилий. «Энеида». Перевод С. Ошерова. М.,1971)

ИМПЕРИЯ И ЕЕ УПРАВЛЕНИЕ

Стихи Вергилия, как и многие другие высказывания, доводят до нашего сведения, что Римская империя не понималась как замкнутое единство, в котором отдельные звенья были составными частями огромного механизма. Провинции римского народа являлись объектами политики с позиции силы. Поэтому в Республике и в августовском государстве преобладала не имперская идеология, а идеология Рима. Но Август заложил основы для возникновения в будущем — политически и организационно — единой Империи.

Для многих миллионов людей, находящихся под властью Рима, императорское правление означало благословение богов, несмотря на то, что порой над ними довлела жесткая власть наместников. Республика сенаторской олигархии в провинциях дискредитировала себя морально и политически, потому что она, не говоря уж о бедствиях гражданских войн, которые разжигались по ее вине, была совершенно неспособна управлять огромной Империей. Абсурдным было также стремление управлять таким огромным пространством, как маленькой аристократической республике — управлять теми же методами. Каждый год из Италии прибывал новый наместник, который зачастую не был знаком с местными условиями, и когда он только-только начинал входить в курс дела, вынужденно передавал полномочия своему преемнику. В Риме не было чиновничьего аппарата, который мог бы обеспечить преемственность. Наместники же знали, что срок их полномочий ограничен только одним годом. Так как вся их бесплатная политическая деятельность в городе Риме, представительские расходы, получение должности или пышные игры, которые они должны были устраивать, стоили больших денег, многие пытались в провинциях поправить свое финансовое положение путем беззастенчивого вымогательства и произвола.

Август, как всегда, незаметно, изменил положение и в этой области. Ему это удалось, потому что в увеличивающемся числе провинций, подчинявшихся ему непосредственно, он мог назначать наместников по своему выбору и оставлять их там на любой срок. Ограничение срока в императорских провинциях было редким исключением. Август полновластно правил в Египте и в маленьких, вновь завоеванных провинциях, где не требовалось держать оккупационный легион и куда назначались префекты из всаднического сословия. Но и над сенаторскими провинциями, куда «руководство» направлялось, как и раньше, по жребию на один год, он установил контроль, который тактично делил с сенатом и часто по его просьбе сам назначал наместника. Отныне впервые — и это имело решающее значение! — был введен настоящий контроль за ведением дел в провинциях. Единое руководство дало возможность выработать основные принципы управления и воспитать чувство ответственности за благополучие подданных. Ужесточение уголовного наказания за вымогательство учило наместников осторожности, хотя император часто закрывал глаза на проступки верных сторонников, потому что в этом случае речь шла о собратьях по сословию. Так как народное собрание все больше и больше ограничивалось в свободе выборов магистратов, стала излишней покупка голосов, уже не было необходимости выкачивать из провинций средства на политическую карьеру.

Еще более важным было то, что только при Августе все провинциальные чиновники начали получать жалованье и перестали зависеть от налогов, собранных в провинциях.

Жители провинций начали замечать, что в управлении их землями произошли коренные изменения с тех пор, как у власти стал Август. Разумеется, они продолжали платить подушный и поземельный налог, от которого была освобождена Италия как территория римских граждан. Но так как во время «Мира Августа» провинции постепенно, а иногда на удивление быстро, оправились от прошлых катастроф, налоги уже не казались слишком тяжелыми. Благодаря безопасности водных и сухопутных коммуникаций быстро расцвела торговля, новые дороги соединили даже отдаленные и ранее отсталые районы, во многих частях Империи возникли новые города, и сильно возросла потребность в благах цивилизации.

Теперь в провинциях знали, что к установленному сроку нужно заплатить налоги, впервые возникла определенная справедливость в распределении налогового бремени, так как император время от времени проверял платежеспособность отдельных провинций с помощью статистического учета их экономического потенциала. При сборе дани, подушного и поземельного налога (в отличие от пошлины) люди, наконец, освободились от издевательств товариществ сборщиков налогов, которые за определенную сумму выкупали у государства право на взимание налогов, а потом старались возместить ее с прибылью, часто с молчаливого согласия наместников. Отныне контроль за налогами и податями в императорских провинциях осуществлялся независимым от наместника прокуратором из всаднического сословия, но в сенаторских провинциях, как и раньше, этим занимался сенаторский квестор.

Некоторые жители провинций почти не соприкасались с римскими чиновниками, потому что общины, которым сообщали их дебет, отвечали за все отчисления. Отдельная провинция, как и Империя, не была единой, централизованной управляемой единицей. Только на так называемых провинциальных собраниях (consilia) один раз в год провинция выступала в лице своих представителей и имела возможность, кроме обычных восхвалений императору и наместнику, передать в Рим свои пожелания и жалобы. На эти собрания в качестве делегатов от своих политических объединений съезжались уважаемые люди из разных провинций, чтобы у Алтаря Ромы и Августа продемонстрировать свою верность Риму. В 12 г. до н. э., например, такой алтарь был сооружен для трех галльских провинций.

На собраниях обычно присутствовали представители разнообразных политических объединений. На греческом Востоке это были городские общины (полисы). Но на севере Балканского полуострова, в Малой Азии и Египте города были почти такими же редкими, как и на всем Западе, за исключением Сицилии, галльских, испанских и североафриканских территорий на берегах Средиземного моря. Там люди жили в племенных сообществах, округах и деревнях. Правда, правовое положение отдельных провинций было различным, некоторые могли похвастаться предоставленной им Римом «свободой», другие — даже «союзом» с властью, хотя в большинстве случаев они были облагаемыми налогами зависимыми общинами и подчинялись наместнику. Так как Август не создал в провинциях ни одного большого управленческого аппарата и хотел управлять ими по римскому образцу, возникла необходимость предоставить всем политическим единицам «коммунальное» самоуправление под контролем наместника. Это решение напрашивалось само собой, потому что по римским (греческим) понятиям государство было объединением граждан, и каждое сообщество имело свойственное только ему внутреннее устройство, собственные законы, собственных богов и собственный язык. Естественно, к Римской республике причислялись только римские граждане, как к Афинскому государству — афинские граждане. Поэтому римлянам была чужда сознательная культурная и языковая политика. Не требуется особых исторических познаний, чтобы в сложившейся общественной системе увидеть один из секретов римского искусства управления миром.

54
{"b":"211863","o":1}