ЛитМир - Электронная Библиотека

Зажегся свет, дети начали выходить из цирка. В голове у меня все еще стоял туман. Я медленно встала и повернулась к занавесу, за которым исчез тигр. Слабый запах сандалового дерева и беспокойное ощущение никуда не пропали…

«Ну вот! Кажется, у меня психическая гиперчувствительность!»

Представление закончилась, а я совершенно спятила.

3

Тигр

Ребятишки верещащей толпой выбежали из цирка. На парковке зарычал автобус. Когда он с шумом ожил, зашипел и стал плеваться воздухом из выхлопной трубы, Мэтт встал и потянулся.

– Ну что, готова к труду?

Я застонала, немедленно почувствовав ноющую боль в мышцах.

– Конечно, давай, зажигай!

Мэтт стал выметать мусор из-под сидений, а я шла за ним следом и отодвигала кресла к стене. Когда с этим делом было покончено, Мэтт протянул мне метлу.

– Теперь нужно все хорошенько подмести, разложить сувениры по коробкам и унести их обратно на склад. Ты начинай пока, а я отнесу сейфы с деньгами синьору Маурицио.

– Как скажешь.

Вооружившись метлой, я медленно двинулась по опустевшему залу. На ходу я, как пловец, ритмично разворачивала корпус то направо, то налево, сметая мусор в кучу перед собой. А мои мысли в это время снова и снова возвращались к только что увиденному представлению. Вообще-то я больше всего на свете люблю собак, но в этом тигре было что-то завораживающее. Я неотступно думала о нем. «Интересно, каков он вблизи? И почему от него пахнет сандалом?»

Все мои представления о тиграх ограничивались вечерними передачами по каналу «Природа» или статьями в старых номерах «Нэшнл джеографик». До сих пор я никогда не интересовалась тиграми, но, с другой стороны, я ведь и в цирке раньше никогда не работала!

Я уже почти закончила подметать, когда вернулся Мэтт. Он помог мне сгрести в совок циклопическую груду мусора, а потом мы еще целый час собирали коробки и носили их обратно на склад.

Когда с делами было покончено, Мэтт объявил, что у меня есть часок-другой свободного времени перед общим обедом. Мне не терпелось хоть немного побыть одной, поэтому я бегом бросилась в свой шатер. Переодевшись, я долго ворочалась на койке, отыскивая единственное относительно неудобное место, а потом вытащила свой дневник. Покусывая ручку, я стала вспоминать интересных людей, которых повстречала здесь сегодня. Я уже успела понять, что все цирковые считают себя одной семьей. Этим утром я не раз видела, как они с готовностью бросались на помощь друг другу, даже если это была не их работа. Я немного написала про тигра. Он по-настоящему меня заинтересовал. Я даже немного помечтала о том, нельзя ли как-нибудь совместить учебу в колледже и работу с животными, но вовремя вспомнила о своем давнем отвращении к биологии и со вздохом вернулась с небес на землю.

Подошло время обеда. Я уже не раз сглатывала голодную слюну, вдыхая упоительные запахи, доносившиеся из главного здания. «Вот это ни капельки не похоже на веганское печенье Сары, – думала я про себя. – Нет, это правильные запахи, они напоминают о бабушкиных подливах и настоящей выпечке».

Когда я вошла, Мэтт уже расставлял стулья вокруг восьми длинных раскладных столов. Один из столов был весь уставлен итальянскими закусками. Угощение выглядело просто волшебно. Я предложила свою помощь, но Мэтт только отмахнулся.

– Ты сегодня и так много работала, Келси. Отдыхай, я справлюсь.

Кэтлин помахала мне.

– Садись со мной! Все равно никто не притронется к еде до тех пор, пока синьор Маурицио не сделает вечернее объявление.

В самом деле, не успели мы рассесться, как синьор Маурицио театрально ступил в зал.

– Представление было абсолютно favoloso[9], ах, вы все просто чудо! Но особенно eccellente[10] была работа нашей новой помощницы, вы согласны? Сегодня мы празднуем! Mangiate[11]! Наполняйте тарелки, mia famiglia[12]!

Я тихонько рассмеялась. «Нет, что я говорила? Он же играет постоянно, а не только на арене!»

– Значит, мы неплохо поработали? – спросила я, поворачиваясь к Кэтлин.

– Ну да! Давай есть! – ответила она.

Пристроившись в очередь за Кэтлин, я схватила бумажную тарелку и щедро навалила на нее итальянского зеленого салата, большую горку макарон-ракушек, фаршированных сыром и шпинатом под густым томатным соусом, кусочки цыпленка-пармезан, а когда места уже не осталось, сунула в рот теплую хлебную палочку, цапнула бутылку воды и вернулась на свое место. Я, конечно же, обратила внимание на здоровенный шоколадный чизкейк, полагавшийся на десерт, но, к сожалению, не смогла доесть даже то, что лежало у меня на тарелке. Пришлось со вздохом отказаться от сладкого.

После ужина я забилась в тихий уголок, чтобы позвонить Саре и Майку и рассказать им о своих делах. Закончив разговор, я подошла к Мэтту, убиравшему остатки обеда в холодильник.

– Я не видела за столом твоего папу. Разве он не ест?

– Я отнесу ему тарелку. Он занимается с тигром.

– Как давно твой отец работает с этим тигром? – спросила я. Мне не терпелось побольше узнать об этом чудесном звере. – Понимаешь, в мои обязанности входит уход за ним, а я не знаю, что к чему.

Мэтт переставил полупустую бутылку апельсинового сока, втиснул рядом с ней коробку с остатками закусок и захлопнул холодильник.

– Последние лет пять или около того. Синьор Маурицио купил этого тигра у другого цирка, а те еще у какого-то. Папа говорит, что наш Дирен способен исполнять только стандартные номера, потому что отказывается разучивать новые, но зато от него вообще нет никаких проблем. Это очень спокойный, даже, можно сказать, кроткий зверь, насколько это возможно для тигра, конечно.

– А я-то что должна с ним делать? Мне же не придется в самом деле его кормить?

– Не волнуйся. Это совсем не трудно, только постарайся держаться подальше от его длинных клыков, – сказал Мэтт. – Шутка. Тебе нужно будет только переносить его еду из одного корпуса в другой. Завтра подойди к моему папе, он все тебе объяснит.

– Спасибо, Мэтт!

До заката оставалось еще не меньше часа, но завтра мне опять нужно было вставать спозаранку. Приняв душ, почистив зубы и переодевшись в пижаму, я поспешила в свой шатер и уютно свернулась под бабушкиным одеялом. Прочитала главу из книжки, почувствовала, что засыпаю, и провалилась в глубокий сон.

На следующее утро после завтрака я первым делом помчалась к вольерам и нашла там отца Мэтта, который возился с собаками. Он был похож на повзрослевшего Мэтта – те же карие глаза и каштановые волосы. Когда я подошла, он обернулся ко мне и сказал:

– Привет. Ты Келси, правильно? Насколько я понимаю, сегодня ты будешь моей помощницей?

– Да, сэр.

Он дружелюбно пожал мне руку и улыбнулся.

– Зови меня Эндрю или мистер Дэвис, если предпочитаешь формальности. Первым делом нам с тобой нужно вывести этих злющих тварей на прогулку.

– Кажется, это будет нетрудно.

– А вот это мы посмотрим, – рассмеялся он.

Мистер Дэвис вручил мне охапку поводков, которые полагалось пристегнуть к пяти собачьим ошейникам. Под моим началом оказалась презабавная разномастная свора, состоявшая из бигля, нечистокровного грейхаунда, бульдога, королевского дога и маленького черного пуделя. Собаки тут же радостно запрыгали, мгновенно запутав все поводки и меня заодно. Мистер Дэвис пришел мне на выручку, после чего мы отправились на прогулку.

Стояло прекрасное утро. Деревья благоухали, счастливые собаки скакали и тянули меня во все стороны, кроме той, куда мы шли. Они ворошили лапами шуршащую листву, разбрасывали хвою, обнажая бурую землю, и обнюхивали каждый дюйм территории.

Отматывая очередную собаку от очередного дерева, я спросила мистера Дэвиса:

вернуться

9

Чудесное (ит.).

вернуться

10

Великолепна (ит.).

вернуться

11

Ешьте! (ит.)

вернуться

12

Моя семья (ит.).

6
{"b":"219263","o":1}