ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

С тех пор прошло… О, Господи! Тридцать лет прошло!

Теперь только, кажется, начинаю хоть как-то их понимать, да и то не уверен… Но одно знаю точно: в их глазах не было и не могло быть презрения. Была доброта и грусть Влюбленных, говорящих с малышом-почемучкой о любви.

Эта книга – очередная жалкая попытка наладить связь между миром обычных людей и миром людей со сверхвозможностями, миром Влюбленных.

Между этими двумя мирами лежит громадная бездонная пропасть. Который раз пытаюсь построить из подручных материалов мостик, перебросить его от одного края к другому с надеждой, что кто-то из возможных собеседников еще ищет переправу.

Влюбленные, достигшие состояния величайшей любви и могущества и свободные от мирского тщеславия, смотрят на обычных людей, как отец и мать на своих больных детей. Глядят на них с жалостью и состраданием, зная, что помочь можно только единицам.

Ну вот, написал, и теперь меня ждут удары с двух сторон одновременно.

С одной стороны – порка за то, что нарушаю некоторые запреты своих Наставников, за примитивность изложения, за возможную профанацию высоких идей и невольное разглашение некоторых тайн.

С другой стороны – снисходительная улыбка обычных высоконаучных умов мира спящих и ушат грязи на мою голову.

Сознательно иду на таран всех мнений, сомнений и самомнений. Надеваю кимоно камикадзе… или как это правильно сказать?

Стоп!

Еще чуть-чуть, хотя бы несколько минут хочу побыть самим собой, без всяких искусственных оболочек! Хочу перенести на бумагу мое истинное состояние.

Когда через несколько страниц мы встретимся, я стану совсем другим. Но запомните: день и ночь, где бы я ни был, чем бы ни занимался, истинное мое состояние – вот это…

Большая книга о новой жизни, которую никогда не поздно начать (сборник) - _088.png

…Лунная ночь. Пустынный берег. Парусник одиноко покачивается на волнах. Он только что вернулся из путешествий в иные миры. Паруса пронизаны ветрами дальних странствий, пропитаны духом Великой любви, Гармонии, Истины.

Они еще светятся той девственной чистотой облаков, которая встречается только в том измерении. Каждый канат еще хранит яркость, стремительность и мощь молний, таинственность чудес, отблеск чистоты, аромат диковинных растений.

Чувства еще не успели вернуться из волшебных полетов в другом времени, других пространствах, измерениях, мирах.

Чей-то печальный вздох и всхлипывание заставили меня очнуться от ностальгических воспоминаний….

Глупый крошечный бутончик испуганно выглядывал из-под воротника моей штормовки. Две секунды назад, когда я уже собрался возвращаться на работу, малыш тайком спрятался там, наивно надеясь увидеть в чужом мире особенную, ни с чем не сравнимую красоту.

Бедняга! Как он ошибся! Он не мог предположить, что попадет в страшный мир спящих!

Если б я заметил его раньше, то обязательно уберег бы от разочарований. Ведь я-то знал, куда возвращаюсь!

В его огромных глазах-росинках отразился амфитеатр мусорных куч, залитая лунным светом сцена, где уже прогремел торжественный гимн желудку и страстям. Исполнители – хор пикникующих тусовщиков.

И вот уже ласковый теплый ветерок с легким шелестом треплет обрывки памяти об этом славном событии, разметая мусор воспоминаний.

Две капельки-слезинки скатились по тонкому стеблю и безнадежно растворились в пыльной складке одежды.

С тоской в душе прихватываю вещмешок с дежурными анекдотами и шутками, откровенными хамствами, грубостями и омерзительными оскорблениями, с поучительным тоном в голосе, искусственной чванливостью и красками для грима.

Я же должен знать язык, который будет понятен там, куда я иду, манеры и обычаи, которые там приняты! Иначе они меня в лучшем случае не заметят, а в худшем – разорвут на части, как непохожего на них!

Огромным усилием воли впихиваю себя в малюсенький мегаполис – «цирк-шапито». Который раз захожу в это шумное безумное место, чтобы рассказать о вечных путешествиях и приключениях. Но вот услышат ли?

Из моих печалей придумываю клоунские дурачества, чтоб угодить тем, чья жизнь от рождения до смерти надежно замурована в тесном склепе настоящего.

Ради чего я пришел в этот цирк, где все билеты раскуплены выдающимися шутами и клоунами своей жизни?

Знаю! Ради тех редких зрителей, которые не хотят больше оставаться только зеваками, ради тех, кто в самой глубине души смутно подозревает об истинной жизни.

Может быть, это вы?..

Захожу в гримерную цирка, имя которому «мир обычных людей». Здесь пахнет опилками спиленных райских деревьев, мочой очеловеченных до полной цивилизованности львов, медведей и тигров.

Они выдрессированы для развлечения ленивой публики и уже потеряны для бескрайних лесов и саванн.

Как обмолвиться этой публике о настоящей жизни? Как разбудить ее? Как рассказать о бодрствовании?! Рассказать так, чтоб хотя бы дослушали, прежде чем растерзать!

Проорать шепотом так, чтоб не потревожить океан спящих, но помочь пробудиться тому, кто находится в дремотном состоянии.

Как поддержать того, кто уже пару раз приоткрыл глаза, но, напуганный увиденным, тотчас зажмурился и теперь изо всех сил пытается уснуть снова.

Это к нему на помощь приходит «акушер». Это он – мой будущий собеседник. И чтобы ему было легче проснуться и встать на свой Путь, поболтаем для начала о том о сем. А дорогу в дом своей Возлюбленной он найдет сам.

И тогда цель книги будет достигнута.

Но нельзя забывать об остальных, превративших свою жизнь в страшный эксперимент, сами не зная в какой!

Вот потому сажусь теперь перед зеркалом и рисую улыбку идиота во все лицо. Пусть узнают себя.

Нарисую для большей выразительности слепые выпученные глаза в очках, такие же умные, как у них. Потренируюсь вычурно выкрикивать их фальшивые истины, еще демонстративнее, чем кричат они друг другу с трибун. Тогда свою точную копию они примут за шедевр клоунады

Ох, как они будут материться в мой адрес, хохотать над моей глупостью, неуклюжестью, даже не догадываясь, что смеются над собой!

Последние приготовления перед выходом. Пришла пора отодвинуть в сторону те прекрасные и глубокие переживания души, которые я никому не в состоянии передать.

Ах, как бы мне хотелось хоть один раз взять вас с собой в путешествие! Но увы…

Придется мне перевоплотиться.

Где мой шутовской колпак ученого? Где мои медальчики-бубенчики, звездочки-на-погончики? Посчитаем, все ли на месте: доктор педагогики, доктор психологии, доктор медицины, академик там, академик тут, профессор здесь, чего-то там президент…

А теперь разогреем голосовые связки: до-о-о, ре-е-е, ми-и-и-и, фа-а-а… о со-оле… о с-о-о-оле мио… ку-ка-ре-ку-у-у-у, кудах-тах-тах! У, е-мое! Не получилось!

Попытка номер два… Уже лучше.

Попробуем снова… Кхе-кхе… Уже умнее.

Йехх! Еще раз… Совсем научно получается!

– Здравствуйте, почтеннейшая дырка от публики!

– Уважаемые умники и умницы!

– Дамы-господа и прочая, прочая, прочая…

Сейчас, сейчас скажу… сейчас скажу… что-то умное, ну очень умное: «Мать кузькину за ногу!..» Вот!

Все! Клоун готов! Пора на манеж! Нас ждут великие гнилые помидоры!

– А вот и я!

Большая книга о новой жизни, которую никогда не поздно начать (сборник) - _089.png

Достаю вас в третий раз

От автора, или Двадцать четыре параметра вашей временной беременной гениальности

Ну что, родные?

Во-первых, писать книги не только не люблю, но прямо-таки ненавижу. Но вынужден.

Во-вторых, писать приходится в основном ради учеников, чтоб сэкономить голосовые связки. Так что это – трудовая повинность.

В-третьих, если писать абсолютно искренне, придется все и всех назвать своими именами! А к этому ни я, ни вы пока не готовы. Это способны понять только мои ученики.

53
{"b":"220235","o":1}