ЛитМир - Электронная Библиотека

Габриэл услышал, как она вскрикнула от неожиданного удовольствия, и последовавшие за этим пульсации заставили и его самого приблизиться к моменту наивысшего наслаждения. Сжав зубы, он исступлённо двигался до тех пор, пока не наступила головокружительная развязка.

Не замечая ничего вокруг, Габриэл полностью отдался невероятным ощущениям. Затем с невнятным полустоном-полурычанием обнял трепещущее тело Талии и перекатился на бок, прижав её к груди.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только их тяжёлым дыханием. Но постепенно оба приходили в себя.

Пора уходить, подумал Габриэл.

Он лишил свою жену невинности, брак можно считать заключённым во всех смыслах, непонятно откуда взявшееся навязчивое желание удовлетворено. Больше его здесь ничто не удерживает.

Но почему-то у Габриэла не было ни малейшего желание покидать комнату Талии.

Неприятная правда заключалась в том, что он не насытился.

Несмотря на редкой силы кульминацию, Габриэл чувствовал, что уже готов продолжать, а когда Талия зашевелилась, пытаясь высвободиться из его объятий, он инстинктивно прижал её к себе и прорычал:

– Не надо.

– Милорд… Габриэл…

Она посмотрела на него. В глазах читалась потрясённая растерянность – кажется, Талия так и не осознала до конца, что между ними произошло.

– Мы должны обсудить…

– Никаких обсуждений, – перебил Габриэл.

Меньше всего ему хотелось обсуждать эту шутку судьбы – женщина, которую он не желал брать в жёны, заставила его потерять контроль над собой, над совершенствованием которого он неустанно работал последние десять лет. Наконец он решил поддаться сладостному соблазну, провести здесь хоть всю ночь, а наутро забыть об этом сумасбродстве, будто ничего и не было.

– Сейчас меня интересует только одно – это… – Габриэл запустил пальцы в её гладкие, как атлас, волосы и приник к её губам. – И это…

Его поцелуи начали спускаться ниже. Талия застонала и закрыла глаза, пока он с помощью зубов и языка будил в неопытном теле неведомую раньше страсть.

– И это…

Тут губы Габриэла сомкнулись на соске Талии, и он уже был не в состоянии мыслить ясно.

Глава 5

Поместье Кэррик-Парк, Девоншир

Покидая Лондон, чтобы отправиться в далёкое поместье Габриэла, Талия не знала, чего ожидать.

Вернее, она почти не задумывалась о цели своего путешествия, даже когда на заре карета отъехала от дома и покатила по мостовой. Да и неудивительно – все мысли Талии занимал Габриэл и ночь, проведённая в его объятиях.

Всё произошло так… внезапно.

С момента, когда Габриэл с видом одержимого ворвался в её покои, и до того предрассветного часа, когда он удалился, не проронив ни слова, Талия так и не успела опомниться.

После короткой церемонии Габриэл был с ней холоден и резок. Естественно, Талия и вообразить не могла, что он пожелает разделить с ней брачное ложе. И уж тем более не в состоянии была предвидеть, что способна испытывать такую страсть и такое наслаждение.

И всё же зачем он приходил?

Неужели правда боялся, что отец не успокоится, пока не увидит свидетельства полноценности их брака? Что за нелепость, сейчас же не Средние века. К тому же Габриэл вовсе не производил впечатления человека, отбывающего вынужденную повинность.

Даже сейчас, спустя месяц после переезда в новый дом, Талия до сих пор проводила немало бессонных часов, воскрешая в памяти каждый горячий поцелуй, каждое искусное прикосновение.

Впрочем, разве имеет значение, что именно руководило Габриэлом, в сотый раз сказала себе Талия и, покачав головой, зашагала по узкой тропинке, ведущей от коттеджа с черепичной крышей к усадьбе.

Несмотря на многочасовые ласки, Габриэл покинул спальню с нескрываемой поспешностью и даже не соизволил выйти из дому, когда она усаживалась в карету.

Увы, всё было понятно без слов.

Для него она так и осталась неловкой, невоспитанной, нежеланной супругой, единственный способ избавиться от которой – сослать в глушь.

Казалось, одного этого было достаточно, чтобы окончательно сокрушить её хрупкий дух, однако, прибыв в Девоншир, Талия пришла к выводу, что если её и ждёт ссылка, то весьма приятная.

Едва её нога ступила на землю усадьбы Кэррик-Парк, на сердце сразу стало легче, а страх перед будущим непостижимым образом испарился.

Возможно, такой эффект на Талию оказал вид большого дома.

Раньше в этом доме из светло-коричневого камня, построенном рядом с известняковой скалой, с вершины которой открывался вид на Ла-Манш, располагался монастырь. Более поздние пристройки чудесным образом гармонировали с рядами елизаветинских окон и покатыми крышами. Стены увивали заросли плюща, смягчавшие их резкие очертания. Казалось, дом – естественная часть нетронутого природного ландшафта, окружавшего усадьбу. Точно такой же плющ скрывал стены заброшенной конюшни и хозяйственных построек за пределами сада.

Талии случалось видеть более обширные и более ухоженные загородные резиденции, однако дикая красота этих мест пришлась ей по сердцу.

Здесь она чувствовала себя… дома.

В отличие от кричаще безвкусного отцовского особняка на Слоан-сквер. Или элегантного, но неуютного дома Габриэла.

Вдруг Талия осознала, что здесь ей не нужно бояться ни вечных придирок отца, ни досады и злобы мужа. Наконец-то она может вздохнуть свободно. В первый раз в жизни она будет сама решать, как ей жить. Эта мысль придала Талии сил и незнакомой доселе уверенности.

За прошедший месяц она постепенно завоевала доверие настороженных слуг и крестьян, которые поначалу поглядывали на новоявленную графиню Эшкомбскую косо, с подозрением.

Этих людей не волновало, что Талия – дочь Сайласа Добсона и что её родословная не восходит корнями к Адаму и Еве. Они судили о Талии по её поступкам, по тому, как искренне она интересовалась их жизнью и делала всё, чтобы помочь, когда в этом возникала необходимость.

Проходя мимо маленькой церквушки из красного кирпича с покатой крышей и опоясывающей фасад верандой, Талия остановилась, заметив худощавого темноволосого джентльмена. Он как раз перешагивал через высокую изгородь, отделявшую церковь от дома священника.

Талия невольно улыбнулась. Викарий Джек Джерард не походил ни на одного служителя церкви из всех, кого ей доводилось встречать.

Во-первых, он был очень молод, всего на пару лет старше самой Талии, а во-вторых, удивительно красив, благодаря чему во время воскресной службы в церкви яблоку негде было упасть. Какая женщина может остаться равнодушной перед безупречно мужественными чертами лица и бархатными карими глазами, в глубине которых таилось совершенно не священническое озорство? И хотя Джек Джерард всегда одевался подобающим образом, в простую чёрную сутану и бриджи, а на шею повязывал скромный галстук, он обладал непревзойдённым природным изяществом и чувством стиля, благодаря которому даже самые роскошно одетые аристократы казались рядом с ним разряженными павлинами.

Хотя, конечно, с Габриэлом никакого сравнения, шепнул предательский голосок. Несмотря на все недостатки, её красавец муж обладал величавым обаянием, благодаря которому не заметить его было попросту невозможно.

Однако Талия постаралась выкинуть из головы неуместные мысли.

Габриэл явно хочет забыть о её существовании. Значит, и ей следует поступить так же – ради своего же блага.

Мрачно вздохнув, Талия попыталась избавиться от неприятных мыслей и обратила всё своё внимание на приближающегося священника. Именно это позволило ей заметить, как изменилось лицо Джека Джерарда, когда он её увидел.

В глазах его отразился… испуг.

Другого слова было не подобрать.

Однако это странное выражение лица тут же сменилось широкой приветливой улыбкой. Талия решила, что ей показалось – вероятно, виной всему игра света и тени в предзакатный час.

Будто в подтверждение викарий любезно взял её руку и поднёс к губам. Правда, поцелуй длился чуть дольше, чем требовали приличия.

12
{"b":"223886","o":1}