ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Чем могу помочь?

Я заговорила первой:

- Мы ищем Сола Ассери.

- Вы члены семьи?

- Мы здесь в связи с текущим расследованием, - резким тоном проговорил дядя Боб, мигом отбив у медсестры всякое желание спорить.

- Палата двести четыре. Вторая дверь справа по коридору.

- Спасибо, - в том же духе поблагодарил Диби.

В палату мы вошли, как раз когда молоденькая медсестричка укладывала Сола обратно в постель. Сол был примерно моего роста, с широким лбом и крошечными глазками. Определить точный возраст по пухлому лицу было сложно. Будь он хоть капельку стройнее – другое дело. Смахивал он на персонаж из романа Толкина.

- Пришли повидаться с этим сорванцом? – подмигнула нам медсестра, подтыкая под него одеяло.

- Точно, - отозвалась я, стараясь не выразить в одном слове все свое отвращение.

- Мистер Ассери у нас большой шутник. Анекдотами сыплет направо и налево. И любит блондинок, если вы понимаете, о чем я.

К сожалению, я понимала.

- И у вас все на месте?

- Кто «все»?

- Блондинки.

Медсестра захихикала:

- Насколько мне известно, да. Но, если вдруг кого-нибудь хватимся, я буду знать, где искать. Верно, Сол?

Она явно понятия не имела, о чем говорит.

Я не могла не заметить, как уставился «сорванец» на значок Пирса. И выглядел при этом крайне обеспокоенным. Представить не могу, с чего ему вдруг волноваться.

- Ну что ж, я пойду, - сказала медсестра и повернулась к Солу: - Не порть им настроение, договорились?

Из палаты она вышла с улыбкой до ушей. Надо же! С такой работой умудряется не терять присутствия духа и наслаждаться каждым прожитым днем. Или так, или она сидит на чем-то очень и очень мощном.

- Ну здравствуй, Сол, - сказала я, подойдя к кровати.

- Боже мой! – изумленно выдохнул Уайетт. – Я его допрашивал в две тысячи четвертом, но не нашел связи. Он был разнорабочим в Университете Нью-Мексико, когда пропала студентка.

- То есть он там работал, когда исчезла еще одна девушка?

- Совершенно верно.

- А она случайно не была блондинкой?

Пирс кивнул, а я повернулась к Солу:

- Ой-ой-ой, второе попадание. Слыхала, ты любишь убивать маленьких девочек.

- Нет, нет-нет-нет, - запричитал Сол, тряся головой и качаясь вперед-назад.

Он прикидывался невменяемым, чтобы обойти закон. Я чувствовала, как из всех его пор сочится ложь. Но как он оказался здесь? С крышей над головой и едой в желудке? Неужели ему удалось всех обвести вокруг пальца?

Дядя Боб уже разговаривал по телефону с капитаном:

- Да, у нас есть несколько конкретных улик, но, если мы хотим закрыть дело, придется попотеть. – Он оглянулся на Сола. – В камеру его не закроют, зато у семей этих женщин будет хоть какое-то утешение.

Я наклонилась к Солу, дождалась, когда он посмотрит мне в глаза, и тихо проговорила:

- Гореть тебе в аду, мразь.

Согласна, не очень поэтично, зато скорее всего так оно и будет.

Глава 18

Миру нужны скромные гении. Нас ведь так мало!

Надпись на футболке

Куки вернулась в офис на телефоны. Джемма поспешила на встречи с пациентами, которых мне было заранее жаль. А мы с Уайеттом и дядей Бобом вернулись в участок писать отчеты по делу. К сожалению, от меня требовалось официальное заявление. Нудная бумажная волокита не казалась бы такой противной, если бы не бумажки. И нудятина. По пути в участок дядя Боб позвонил окружному прокурору, капитану и еще нескольким важным людям, так что нас уже поджидало маленькое столпотворение.

- Ну и что это за конкретные улики по делу об убийце с ранчо Найтов? – спросил прокурор, едва мы вошли.

Боже мой! Они уже и прозвище маньяку придумали? Вряд ли Кенни Найту это понравится. Я бы предложила что-нибудь вроде «Серийный Мешок Дерьма» или «Злыдень-Самосвал». Звучит фигово, согласна, но давать маньякам крутые прозвища еще хуже. Никогда не понимала, к чему прославлять жуткие деяния преступников.

Мы засели в том же конференц-зале, что и утром, и дядя Боб начал вводить всех в курс дела. Даже диаграмму намалевал на доске и стал соединять точки. Причем пользовался разными цветами. Множеством разных цветов. Выглядело симпатично. Наступила очередь Уайетта. Он рассказал, как пытался раскрыть дело двадцатилетней давности, и как все наконец сошлось. А я сидела и время от времени вставляла свои пять копеек. В основном когда собравшиеся делали неверные выводы из услышанного. Наверное, у меня было бы блестящее будущее в качестве офицера по исправлениям. Ходила бы себе да поправляла людей направо и налево. Интересно, сколько за это платят?

Через три мучительных часа мы выложили все, что было нам известно. Я все еще не написала свой отчет, но с этим можно было подождать до утра. Изо всех сил я старалась раствориться на заднем фоне, чтобы незаметно ускользнуть. Народ все еще обсуждал дело. Окружному прокурору явно светил жирненький день. Еще бы! За сутки раскрыть два таких преступления! А капитан…

- И опять вы за свое.

Я обернулась к капитану, который с решительным видом стоял в коридоре у открытой двери в конференц-зал и смотрел на меня. Как робот-убийца из рассказа Айзека Азимова.

- Причем тогда, когда я не видел.

Капитан пошел вперед, и мне тут же пришло в голову, что надо бы куда-нибудь сбежать. Но я передумала. Так я буду выглядеть виноватой. Хотя понятия не имею, в чем именно.

- В следующий раз обязательно постараюсь присутствовать, - добавил он и остановился прямо передо мной.

- Это все дядя Боб и офицер Пирс, - возразила я, очень стараясь убедить его, что я тут ни при чем. Однако смотреть на капитана с такого близкого расстояния было все равно что пытаться разглядеть верхушку небоскреба.

Он кивнул и оглянулся на конференц-зал. Все внутри обсуждали дело, размахивая руками, кивая и поддакивая. Заразительное волнение. И капитану явно это не нравилось. По его лицу было ясно одно – он до крайности раздражен. Потому что оказался не у дел.

- Значит, до следующего раза, - сказал он, резко развернулся, словно на плацу, и направился к своему кабинету.

Я не смогла удержаться. Само как-то вырвалось. Я ведь только что из больницы для хроников. Может, подцепила там слабоумие. Щелкнув каблуками, я изобразила нацистское приветствие. Как раз тогда, когда капитан обернулся, чтобы что-то добавить напоследок.

В его взгляде вспыхнула такая ярость, что я на мгновение застыла. Сложила все пальцы, кроме указательного, который показывал на стену у него за спиной, и сказала:

- Видите? Там нет камер. Зато есть одна вон там. – Не сгибая локтя, я сдвинула руку правее на полметра. – Но эта камера не записывает то, что происходит с этой, - я подняла вторую руку и ткнула пальцем влево наобум, - стороны комнаты. – Наконец-то появился шанс опустить руки. – Мне кажется, что местная система безопасности не отвечает всем требованиям, капитан. – Только бы не добавить «Джек»! Только бы не добавить «Джек»! Только бы не добавить «Джек»!!!

Мрачно поджав губы, он отвернулся и ушел, так и не сказав того, что собирался. Класс. Теперь весь день буду мучиться от любопытства. Не то чтобы очень, но все-таки.

За спиной вдруг раздался смех. Это оказался мой старый заклятый друг Тафт. И он не просто смеялся, а вовсю хохотал.

- Клянусь, Дэвидсон, знаешь ты, как приобретать друзей и оказывать влияние на людей[25].

Я повернулась к нему, как раз когда он садился за свой стол:

- Поберегись, не то скажу твоей сестре, что ты опять встречаешься с той девочкой по вызову из Пукипси.

Тафт пришел в себя и наградил меня встревоженным взглядом:

- Ни с кем я не встречаюсь. Как ты вообще об этом узнала?

вернуться

25

Именно так называется самая известная книга Дейла Карнеги, вышедшая 12 ноября 1936 года и изданная на многих языках мира.

62
{"b":"233015","o":1}