ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но у Бауэрмана возникла некая идея: а не получится ли у вас немного увеличить дистанцию, если вы сместитесь вперед относительно центра тяжести? Прилепите под пятку кусок резины, рассуждал он, и вы сумеете выпрямить голень, приземляться на пятку и удлинить маховый шаг. В книге «Бег трусцой» он сравнивал стили: при маховом проверенном временем шаге «плоской стопой», признал он, «широкая поверхность служит подушкой для удара ногой и удобна для тела век обще». Тем не менее он все равно был уверен в том, что шаг «с пятки на носок» оказывается «наименее утомительным на длинных дистанциях». Если у вас для этого имеется обувь.

Маркетинг Бауэрмана был блистательным. «Один и тот же человек создал под продукт рынок, а потом и сам этот продукт, — заметил орегонский финансовый аналитик. — Это был гениальный ход, один из тех приемчиков, какие они изучают в школах бизнеса». Партнер Бауэрмана, обернувшийся предпринимателем бегун Фил Байт, заключил в Японии производственное соглашение и вскоре стал продавать кроссовки быстрее, чем они успевали сходить с конвейера. «С амортизацией по-кортесовски мы стали монополистами, по крайней мере накануне 1972-го — олимпийского — года», — злорадно хвастался Найт. К тому времени как другие компании наконец очухались и принялись копировать новые «шузы», во всем мире уже властвовал «Свуш».

Вдохновленный реакцией на свои поделки, Бауэрман развернулся с творчеством на полную катушку. Он задумал выпустить непромокаемые туфли из рыбьей кожи, но дальше планов дело не двинулось и они отошли в мир иной прямо на чертежной доске. Тогда он предложил следующую новинку: туфли с немыслимо широкой подметкой, бегать в которых было все равно что перемещаться, привязав к ступням тарелки для торта. Бауэрман решил, что такая подметка сразу же нейтрализует пронацию, напрочь забыв о том, что если бегун поставит ступню не прямо, то расширенный задник непременно вывернет ему голень. «Вместо стабилизации эта конструкция ускорит пронацию и повредит и стопы, и щиколотки», — пишет бывший орегонский бегун Кении Мур в биографии Бауэрмана. Другими словами, обувь, предназначенная обеспечить вам идеальный маховый шаг, работает лишь в том случае, если он у вас уже есть. Когда Бауэрман понял, что провоцирует травмы, вместо того чтобы предотвращать, он дал задний ход и в следующих моделях сузил задник.

Тем временем в Новой Зеландии потрясенный Артур Лидьярд, наблюдая за хлынувшим из Орегона дешевым экспортом, гадал, что же затевает его друг. По сравнению с Бауэрманом у Лидьярда был ум, намного более ориентированный на легкую атлетику; он тренировал многих олимпийских чемпионов и рекордсменов мира и разработал программу подготовки, остающуюся золотым стандартом. Лидьярд любил Билла Бауэрмана и уважал как тренера, но — Боже милостивый! — что за хлам он продавал?

Лидьярд знал: вся эта заваруха с пронацией была всего лишь продажным бредом. «Если вы предложите обычному человеку любого возраста снять туфли и пробежаться по коридору, то почти всегда обнаружите, что в работе ступни нет ни малейшего намека ни на пронацию, ни на супинацию, — причитал Лидьярд. — Все эти вихляния лодыжек в стороны начинаются только тогда, когда люди зашнуровывают себя в эти кроссовки, потому что конструкция многих из них тотчас же изменяет естественные движения стопы».

«Мы бегали в парусиновых тапочках, — продолжал Лидьярд. — Мы не знали проблем с подошвенной фасцией, не думали о супинации, о пронации; грубой парусиной мы немного могли стереть себе кожу, когда бегали марафоны, но, вообще-то говоря, со ступнями у нас не было никаких неприятностей. Покупка последней модели высокотехнологичных кроссовок за несколько сотен долларов не гарантирует исключение любой из названных травм, а, напротив, даже может обеспечивать их получение в той или иной форме».

В конце концов даже Бауэрмана одолели сомнения. Пока компания Nike пробивалась с боями вперед, как блины выпекая умопомрачительное разнообразие моделей и ежегодно меняя их исключительно ради того, чтобы еще что-нибудь продать, Бауэрман чувствовал: его изначальная миссия — создание честных туфель — загублена новой идеологией, каковую он изложил в двух словах: «Делай деньги». Фирма Nike, подметил он в письме к коллеге, «распространяла массу дерьма». Даже для одного из партнеров-основателей Nike в словах общественного критика Эрика Хоффера, по-видимому, звучала правда: «Каждое великое дело начинается как движение, становится бизнесом и превращается в обман».

К тому времени, когда восстание босоногих в 2002 году обретало влияние, Бауэрман уже умер, так что компания Nike снова обратилась к старому наставнику Бауэрмана, чтобы выяснить, действительно ли идея беганья босиком не лишена достоинств. «Ну конечно! — якобы фыркнул Артур Лидьярд. — Вы подпираете какой-то участок, а он становится слабее. Пользуйтесь им больше, и он станет сильнее… Бегайте босиком, и вы распрощаетесь со всеми этими неприятностями».

«Туфли, которые позволяют вашей ступне вести себя так, словно вы разуты, — это туфли для меня», — заключил Лидьярд.

Компания Nike сопроводила этот словесный выпад собственными достоверными данными. Джефф Писчётта, старший научный сотрудник лаборатории спортивных исследований фирмы Nike, собрал двадцать бегунов на травяном поле и заснял на пленку, как они бегут босиком. Укрупнив план, он был потрясен: каждая ступня вместо того, чтобы топать, как в туфле, вела себя как живое существо, наделенное своим разумом, — вытягивалась, сжималась, нащупывала почву растопыренными пальцами, готовилась к приземлению, как садящийся на озеро лебедь.

«Забавно бывает наблюдать, — признался мне впоследствии все еще не оправившийся от удивления Писчётта, — как мы, надев кроссовки, почему-то думаем, что они начинают отчасти управлять бегом». Не откладывая дела в долгий ящик, он разослал команду собирать материал для фильма обо всех возможных проявлениях культуры босоногих, какой только они сумеют добыть. «Обыскав весь земной шар, мы нашли массу тех, кто по-прежнему бегает босиком, и установили, что во время толчка и приземления их стопа совершает намного больше разных движений, в которых участвует большее число пальцев. Ступни изгибаются, распластываются, выворачиваются наружу и хватаются за поверхность. Результат: меньше пронация и лучше распределяется давление».

Когда в один прекрасный день компания Nike встала перед фактом, что торгует никому не нужным барахлом, она принялась искать выход из трудного положения. Джефф Писчётта стал руководителем сверхсекретного и, похоже, неосуществимого проекта: найти способ делать баксы из голой ступни.

После двух лет напряженной работы Писчётта наконец был готов обнародовать свое гениальное изобретение. Знакомство общества с шедевром Писчётты произошло посредством телерекламы, в которой участвовали кенийские марафонцы, шлепающие по грунтовой дорожке; пловцы, хватающиеся пальцами ног за стартовый плот; гимнасты и бразильцы, танцующие капоэйру; альпинисты и борцы-вольники; каратисты и игроки в пляжный соккер. Там было столько босых, что через какое-то время трудно было и вспомнить, кто вообще носит обувь и для чего.

В кадрах поверх изображений вспыхивали мотивационные сентенции: «Ваши ступни — это ваша основа. Пробудите их! Сделайте их сильными! Соедините с землей… Естественная технология обеспечивает естественное движение… Зарядите свои ступни энергией». Затем появляется голая ступня, поперек которой начертано: «Показатели начинаются здесь». И в заключение грандиозный финал — пока на заднем плане разгоралось: «На цыпочках по блаженству», — нас возвращают к прежним кадрам с кенийцами, босые ноги которых теперь обуты в нечто похожее на тонкие, низко срезанные штиблеты. Это и были пресловутые новые «найк фри», скоростные тапочки, даже более тонкие, чем старые «кортесы».

А слоган?

Есть и слоган: «Бегай босым!» 

Глава 26

Малыш, этот город вырывает кости из твоей спины; это смертельная ловушка, это подталкивание к самоубийству…

Брюс Спрингстин. Рожденные бегать
52
{"b":"239423","o":1}