ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Другие провидцы также говорят, что о Боге невозможно сказать, но они хотя бы делают заявления о том, что о Боге ничего нельзя сказать. Будда логичен, он не говорит даже этого, потому что полагает, что, даже заявив о том, что о Боге невозможно сказать, вы уже что-то сказали. Если вы скажете: «Бог не поддается никакому определению», вы уже определили его отрицательным образом: мол, ему нет определения. Если вы скажете: «Сказать о нем нельзя», вы также что-то говорите. У Будды железная логика. Он не произносит ни единого слова.

Виттгенштейн, один из самых великих мыслителей этого века, а также один из самых тонких философов всех веков, сказал: «То, что невозможно высказать, не следует высказывать. Если что-то нельзя высказать, об этом должно молчать». Если вы будете выражать словами нечто невыразимое, то будете кощунствовать.

Будда не атеист, но он никогда не говорит о Боге. Поэтому я говорю, что он редок. Он приводит к Богу многих людей. Он привел к Богу больше людей, чем кто-либо другой. Миллионам людей он помог стать божественными в его присутствии, но он никогда не произнес ни единого слова. Он не говорил не только о Боге, но даже о душе, сущности. У него нет на этот счет никакой теории. Он просто говорит: «Я могу показать вам путь, могу научить вас прийти к этому. Проверьте сами». Он говорит: «Будды могут только указывать путь, но не могут давать вам философию. Вам надо проверять самостоятельно».

Один человек пришел к Будде. Он был великим ученым, написавшим много книг. Его знали во всей Индии. Его звали Маулингапутта. Он сказал Будде: «У меня десяток вопросов, на который вы должны ответить».

Будда заметил: «Прежде, чем я отвечу, вы должны выполнить одно условие. Вам надо пожить рядом со мной, находясь в полном безмолвии, ровно год. Тогда я отвечу вам, но не раньше. Я могу ответить прямо сейчас, но вы не получите ответ, потому что не готовы. И что бы я ни сказал вам, все будет неправильно истолковано, потому что ваш ум полон толкований. Что бы я ни сказал, все пройдет через ваш ум. Целый год вам следует жить молча, чтобы освободиться от всех своих знаний. Когда ты будешь пустым, я обещаю тебе отвечу на все твои вопросы».

Когда Будда произносил эти слова, другой его ученик, Шарипутта, сидящий неподалеку под деревом, смеялся, безудержно хохотал. Наверно, Маулингапутга растерялся. Он спросил: «Что случилось? Почему ты смеешься?»

Маулингапутта объяснил: «Я смеюсь не над тобой, а над собой. Год прошел. Этот человек точно так же обманул меня. Я пришел к нему с огромным количеством вопросов, и он попросил меня подождать один год, и я стал ждать. Я смеюсь, потому что мои вопросы исчезли. Он постоянно просит задавать ему вопросы, но я не могу сформулировать их. Они исчезли. Поэтому, Маулингапутта, если ты хочешь, чтобы на твои вопросы ответили, задавай их прямо сейчас, не жди год. Этот человек обманет тебя».

Будда погружал многих людей, миллионы искателей, во внутренний мир, но очень рациональным способом. Это просто: сначала вы должны стать восприимчивым, должны достичь безмолвия, только тогда можно будет установить связь, но не раньше.

Будда никогда не отвечал на метафизические вопросы. Он всегда был готов отвечать на вопросы о методах, но не на вопросы о метафизике. Таков его научный подход. Наука верит в метод. Наука никогда не говорит о причине, а всегда говорит об образе действия.

Если вы спросите ученого, почему возник мир, он ответит: «Я не знаю, но могу объяснить, как он возник». Если вы спросите его, почему возникла вода, он не сможет ответить и лишь пожмет плечами. Но он сможет сказать, как возникла вода, какое количество кислорода и водорода нужно для создания воды. Он может описать вам метод, ноу-хау, механизм. Он может показать вам, как сделать воду, но не может объяснить причину ее существования.

Будда никогда не обсуждает вопросы о причине, но это не означает, что он атеист. Его подход отличается or подхода других атеистов. Теисты требуют от вас, чтобы вы верили, обрели веру, доверие. Будда спрашивает: «Разве вы можете верить? Вы просите чего-то невозможного». Прислушайтесь к его доводам.

Он говорит, что, если кто-то сомневается, то как он может верить? Если сомнение уже возникло, то как он может верить? Он может подавить свое сомнение, может заставить себя верить, но где-то глубоко таящийся червь сомнения точит его сердце. Рано или поздно его вера рухнет, потому что она лишена основы. Она стоит на сомнении, на котором вы строите все здание своей веры. Разве вы не видите? Всегда, когда вы верите, где-то глубоко в вас остается сомнение. Разве это вера?

Будда говорит, что, если в вас нет сомнения, не возникает и вопрос о вере. Тогда вы просто верите. Вам не нужно, чтобы Кришна говорил: «Сдайся, верь», в этом нет смысла. Если у Арджуны есть вера, значит так тому и быть, а если ее нет, ее невозможно привнести извне. Тогда Арджуна в лучшем случае может вести некую игру, притворяясь верующим. Но веру невозможно навязать.

У людей, вера которых естественна и спонтанна, не возникает вопрос о вере, они просто верят. Они даже не знают, что такое вера. Маленькие дети просто верят. Но как только появляется сомнение, верит уже невозможно. Сомнение должно быть, это проявление роста. Сомнение помогает вам взрослеть.

Вы остаетесь детьми до тех пор, пока в вашу душу не проникнет сомнение. Пока вас не начнет жечь пламя сомнения, вы остаетесь незрелыми, не знаете, что такое жизнь. Вы начинаете познавать жизнь, только когда становитесь сомневающимися скептиками, когда у вас возникают вопросы.

Будда говорит, что вера приходит, но не вопреки сомнению, не как верование. Вера приходит, когда сомнение развеивается посредством доводов, когда оно разрушается еще большим сомнением, когда сомнение разрушается самим сомнением. Яд можно обезвредить только ядом - таков метод Будды. Он не призывает людей верить. Он советует погрузиться в свое сомнение, идти без страха до самого конца. Ничего не подавляйте. Пройдите весь путь сомнения до конца.

Сам путь выведет вас за пределы сомнения. Наступает миг, когда сомнение начинает сомневаться в себе. Это высшее сомнение: сомнение сомневается в себе. Если вы идете до самого конца, это должно прийти. Сначала вы сомневаетесь в вере и в других вещах. Однажды, когда вы сомневаетесь во всем на свете, неожиданно возникает новое, высшее сомнение, и вы начинаете сомневаться в сомнении.

Это нечто совершенно новшество в мире религии. Тогда сомнение убивает сомнение, сомнение разрушает сомнение, и вы обретаете веру Эта вера не противоречит сомнению, она выходит за его пределы. Эта вера не противопоставляется сомнению, а становится отсутствием сомнения.

Будда говорит, что вы снова должны уподобиться детям, но ваш путь должен пройти через мир, через дремучие джунгли сомнения, споров, размышлений. Когда человек возвращается домой, снова обретает подлинную веру, он совершенно меняется. Он не просто ребенок, а зрелый, опытный старик, и все же он подобен ребенку.

Сутра двадцати двух глав никогда не существовала в Индии. Нет ее вариантов на санскрите или пали. Она написана только на китайском языке.

Император Минг династии Хан (67 год нашей эры), пригласил в Китай буддийских мастеров, чтобы они принесли послание Будды. Их имена неизвестны, но эта группа пошла в Китай. Император хотел создать небольшую антологию буддийских высказываний для того, чтобы познакомить свой народ с буддизмом.

Буддистские писания составляют толстые тома сочинений. Буддистская литература это отдельный мир. На свете тысячи священных писаний, и они посвящены разным частностям, потому что Будда верит в логический анализ. Он исследует все до самых корней. Его анализ глубок и совершенен, поэтому он проникает в самую суть явлений.

Переводчикам приходилось очень трудно. Какие книги надо перевести для того, чтобы представить буддизм в другой стране, где никогда не было ничего, подобного Будде? Поэтому эти буддийские мастера составили небольшую антологию, состоящую из двадцати двух глав. Они собрали разные высказывания из нескольких священных писаний, подобрали ряд проповедей.

2
{"b":"242552","o":1}