ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Афродита, – с готовностью ответил тот и даже возмутился недоверчивым взглядом Алексея: – Настоящее имя! У неё всё настоящее!

– О-о-о! – восхищённо протянул Бен. – Это в корне меняет дело! Ну ладно, Фрося, так и запишем… – продолжал он вынашивать свои далеко идущие планы. – А фамилия у нашей Афродиты есть? Родина должна знать своих героев. Мы журналисты из Москвы, – на ходу придумывал он. – Если ещё и телефончик её дадите, то можем и интервью взять. Если она нам даст, конечно… – двусмысленно покосился он на Макса.

– Ух ты! Даст, конечно, даст, – простодушно откликнулся бармен, – она хорошая девочка, а фамилия у неё Задрыгайло… – с мягким и протяжным на букве Г южным говором произнёс он.

– Как?! – Алексея словно подстрелили на взлёте в его кураже. – Афродита Задрыгайло?!

– Ну да, – недоумённо смотрел на странного клиента бармен, – и фамилия настоящая, не сомневайся… Писать-то будешь? – вывел он из ступора Алексея, который молча таращился на давящегося от смеха Макса.

– Нет, – твердо ответил он и вышел.

Ну а притча про Афродиту Задрыгайло с тех пор вошла в обязательную программу всех дружеских вечеринок.

Глава третья

Осень 2009 года

Пару лет назад, когда у Макса родилась третья дочка, Бен сделал заявление. Ну да, именно так это и выглядело, очень даже официально: он залез на бетонную тумбу старого неработающего фонтана во дворе роддома и в своей обычной манере, смеясь, заявил:

– Макс, единственное, что ты делаешь в своей жизни очень хорошо, – это девочек. За тебя, братское сердце! – ну и прямо на той же тумбе, не слезая, допил остатки текилы из горлышка бутылки.

Девочка родилась без четверти полночь, и по всем договорённостям с персоналом Макс должен был в тот момент находиться рядом с женой, но внезапно случился карантин, и доступ счастливому отцу перекрыли не только в родильное отделение, но и в персональную палату. Хорошо, что было начало августа и было тепло. Хорошо, что есть друзья, которые без просьбы бросают всё и приезжают, когда так тошно одному бродить под окнами в ожидании очередного чуда. Ну и, конечно, хорошо, что есть дворик со старым заброшенным фонтаном, где так классно пить текилу и радоваться, радоваться, радоваться…

Но Макс был не только примерным семьянином, своим спокойствием он уравновешивал импульсивность Бена и готовность Лизы схватиться за любую работу. И если Алексея с его фонтаном идей и энергией можно было назвать отцом-основателем «Web-студии 2.0», Лизавету с её постоянным поиском новых контрактов – матерью-героиней, то Макс, несомненно, был ангелом-хранителем компании. Его непробиваемая невозмутимость спасала фирму от необдуманных движений в ту или иную крайность, а своеобразное чувство юмора прекрасно гасило все внутренние противоречия, свойственные любому творческому коллективу.

Был он на три года старше Бена и на пять лет – Лизы, выделялся заметным, под два метра, ростом, придирчиво относился к своему гардеробу (одна коллекция постоянных шарфиков и пиджаков чего стоит) и с двухметровой высоты своего положения с доброжелательной снисходительностью наблюдал за тем, что происходит вокруг. Слабость питал ко всякого рода интеллектуальным изыскам, от неожиданных решений в части веб-технологий до артхаусного кино и высоколобой литературы. Собственно, эта слабость вкупе с математическим складом ума и располагала его к постоянному придумыванию, ну или к развенчиванию, в зависимости от настроения, самых разнообразных конспирологических теорий. Кстати, его блог, где он обкатывал свои игры разума, был весьма известен в кругу таких же эстетствующих технарей.

Последним хитом блога Макса был опрос на тему «Кто за всю историю человечества внёс больший вклад в популяризацию термина „андроид“: его автор Albertus Magnus – создатель первого человекоподобного андроида в 1270 году, братья Стругацкие, которые в 1960 году придумали свой Мир Полудня, заселили его андроидами и запретили им возвращаться на Землю, или же Владимир Путин, который к 2000 году вернул андроидов на Землю, создав правящую партию, члены которой и получили такое уничижительное прозвище».

* * *

– Здравствуйте. Скажите, здесь посылают в космос? – в дверях стоял Макс и, хитро улыбаясь, вопросительно смотрел на Бена.

– Здесь-здесь, заходи, – в ответ улыбнулся тот, – и посылают тоже здесь.

Откуда у них появилась эта присказка, ни Макс, ни Бен уже давно не помнили, но была она как некий пароль в ту часть времени и пространства, где нет места текущей суете. Сразу после этого, как правило, доставались коробки с табаком, сигаретными фильтрами, неспешно забивались сигареты, и начиналась та, малораспространённая ныне церемония, когда разный табак пробуют на вкус. Под содержательный разговор, разумеется, ведь настоящим мужчинам всегда есть о чём покурить.

– Слышал я тут о вчерашних скачках по Красной площади, камрад Макс, – выпуская облако дыма в сторону открытого окна, Бен старался сохранить максимально серьёзный вид, но было видно, что он с трудом сдерживает улыбку.

– А вы бы не слушали, камрад Бен, что попало, а спросили бы у непосредственных участников события, ибо любой пересказ гораздо хуже оригинала.

– Не скажи, камрад, мне эту картину в красках и лицах Лизка описала, с ваших слов, между прочим. Представляю эту икебану, как по Красной площади несётся гигантскими скачками такая большая и лохматая дылда, как ты, размахивая руками и пугая китайских туристов.

– Да не пугал я никого, – затянулся сигаретой Макс, – просто их так много было, что если бы я обегал, то вообще никуда не успел бы.

– Вот-вот, и я про то же, – не выдержав, заулыбался Бен, – Руморев тут китайских товарищей на съезд приглашает, а ты на его глазах китайцев на гусеницы наматываешь.

– Кстати, камрад, о Румореве… – невозмутимого флегму Макса было трудно сбить с намеченного курса. – Ты бы задумался, Лёха, с чего это вдруг Лизка от него не вылезает. Есть мнение, что охмуряет Руморев Лизавету… Теряем девку, а ты палец о палец не ударишь.

– Я-то тут при чём? – настала очередь отбиваться Бену. – Лизавета вольная птица, сама разберётся, с кем ей пальцем о палец ударять.

– Она разберётся… – хмыкнул Макс. – Знаешь, как на женщин власть действует?

– Как?

– Как мощнейший афродизиак. Сила женщин привлекает, а власть и есть сила.

– Нашёлся мне тут знаток женских душ, – засмеялся Бен, – сам вот Лизку и спасай, раз такой умный. Если догонишь…

– Знаток не знаток, но трёх девок родил. А с женой, мамой, сестрой вовсе женский батальон под началом, так что мне есть кого спасать. Это вот ты у нас свободный, – снова хмыкнул Макс, – пока…

– Макс, ты мне зубы-то не заговаривай, давай лучше про забег к Спасской башне.

– Вчера у Руморева был доступ к телу за Кремлёвской стеной. Уж не знаю, что это за тело, но, видимо, то, в чьей компетенции рекомендовать Путину жать кнопки запуска партийных сайтов. Ты же помнишь, Руморев благодаря Лизке эту идею с прошлого съезда вынашивает.

– Стоп, Макс, при чём тут Кремль, когда премьер в Белом доме сидит? С каких пор Путин рекомендации президентской администрации слушает, у него, что ли, своей нет?

– Экий ты дремучий, камрад, совсем в россиянской политике не шаришь. Хотя что с тебя взять, ты ведь даже в лицо первых людей партии, на которую батрачишь, не знаешь… Ну забей ещё сигаретку, так уж и быть, просвещу, – усмехнулся Макс. – Это для таких, как ты, в Кремле и Белом доме две разных администрации, а, по сути, она одна. И заметь, никто никого не ограничивает, никто ничего не узурпирует, так заточено изначально, ведь так действительно проще. У тандемократии головы может быть и две, как на гербе, но тело-то власти едино. Поэтому Руморев раз в неделю и ходит к этому телу на согласование… – Макс на секунду отвлёкся. – Слушай, а я ведь ещё и недурной рассказчик. С доступа к телу начал, телом же и закончил, – улыбнулся он.

6
{"b":"255250","o":1}