ЛитМир - Электронная Библиотека

– Кстати. – Аманда тронула меня за руку. Даже макияж не скрывал россыпь веснушек у нее на носу. Еще один способ различать сестер – у Эби веснушек нет. – Прямо перед выходом мы заметили, что мисс Старк прислала нам е-мейл. В понедельник днем новая репетиция.

Я подавила вздох. В понедельник после школы у меня собрание для будущих бизнес-лидеров. В четверг?… Нет, там тренировка чирлидеров, а в среду – заседание самоуправления. Ладно, если Сэйлор Старк говорит снова репетировать Котильон – все репетируют. Остальное подождет.

– На-до-е-ло! – запрокинув голову, простонала Мэри-Бет. Темно-рыжие волосы упали назад, открывая уши. Она надела чересчур большие серебряные серьги-кольца. – Да, Котильон! Ну, наденем белые платья. Ну, спустимся по лестнице, выпьем пунша, потанцуем с папами. А потом похлопаем друг другу и притворимся, что ни разу это не глупо, и не старомодно, и вообще кому-то надо…

– Мэри-Бет! – возмутилась Аманда, а Эбигейл оглянулась по сторонам, будто мисс Старк вот-вот выскочит из-за угла.

Би еще шире распахнула и без того огромные глаза, беззвучно открывая и закрывая рот.

– Неправда! – крикнул кто-то.

Оказалось… я. Мне пришлось глубоко вздохнуть и очень постараться говорить спокойно:

– В смысле… Мэри-Бет, пойми, Котильон не просто танец в белых платьях. Это традиция! Как… наше превращение из девочек в женщин. Это… важно.

Мэри-Бет закусила губу.

– Ладно, может быть. – Она пожала плечами и усмехнулась. – Посмотрим, как тебе понравится наше превращение в свалку внизу лестницы.

– Все будет хорошо.

Я месяцами готовилась к коронации на Осеннем балу. Однако Котильон… к нему я готовилась с четырех лет! С тех самых пор, как мама показала мне и Ли-Энн, моей старшей сестре, свое платье. Я помню его гладкий шелк. Платье принадлежало маминой бабушке. Мама сказала, что однажды и Ли-Энн, и я его наденем. Ли-Энн надела его два года назад. Но у меня на Котильон другое платье – мы с мамой купили его прошлым летом в городке Мобил.

– Детка? – позвал Райан.

Я с улыбкой повернулась. Кто-то из девчонок вздохнул. Скорее всего Мэри-Бет. И стоит признать, было от чего вздохнуть: прямая осанка, руки в карманах, рыжие непослушные волосы… Он подошел, и я протянула ему руку. Он сразу же взял мою ладонь в свою.

– Дамы, – произнес Райан, кивая Аманде, Эбигейл и Мэри-Бет, – дайте угадаю. Хотите… захватить власть над миром?

Мэри-Бет захихикала и покачнулась на каблуках. Печальное зрелище. Эбигейл пришлось схватить ее за локоть и поддержать.

– Нет, – очень серьезно ответила Аманда. – Мы говорим про Котильон.

– А-а, ну да, власть, Котильон. Та же фигня, – улыбнулся Райан, и на этот раз засмеялись все, даже Аманда. Райан повернулся ко мне и вскинул брови: – Мы так и будем стоять под убойные песни «Линэрд Скинэрд» или все-таки потанцуем?

– Ага. – Рядом с Райаном появился Брэндон. Он схватил Би за талию. – Ща как зажжем!

Брэн вытащил Би на танцпол и сразу же шлепнулся на живот, чтобы станцевать «червячка». Би оставалась при нем, хотя чувствовала себя явно неловко. Я в который раз задумалась, зачем она тратит время на такого идиота.

Мой куда более воспитанный бойфренд потянул меня к ним, но я отпустила его руку и показала блеск для губ.

– На минутку! – прокричала я сквозь музыку.

Райан кивнул и удалился к столику с напитками.

На выходе я оглянулась. Брэндон и его друг по баскетбольной команде танцевали вместе: один изображал рыбку на крючке, а другой рыбака. Ужас.

Почти все уже успели собраться в зале, но все равно приходили опоздавшие. Учителя, миссис Делакруа и мистер Шмидт, тщательно проверяли карманы и сумочки. В Академия-Гроув с этим строго. Два года назад несколько ребят протащили бутылку спиртного на выпускной, а потом попали в автокатастрофу. Моя сестра… Я одернула себя. Не сегодня.

Находиться в школе вечером непривычно. Единственный источник света в холле – стенд со спортивными наградами. На многих из них имя Райана. Вообще мы славимся академическими успехами… и фееричными провалами в спорте. Академия-Гроув, как и всякая дорогая частная школа, куда больше вкладывает в сферу учебы, чем в спортивные достижения. Футбольные чемпионаты мы уступили Ли-Хай, огромной государственной школе на другом конце города.

По вечерам здесь стремно. Наверное, из-за тишины. В коридорах всегда оглушительно шумят ученики, а сейчас стук каблуков по линолеуму отдавался эхом, будто кто-то за мной следовал. Я поспешила свернуть в коридор с классами английского языка и столкнулась с каким-то парнем.

– Ой! Прости! – воскликнула я – и тут же пожалела о сорвавшихся извинениях.

Если я бы сразу узнала Дэвида Старка, я бы его пнула или даже острым каблучком прошлась. Я выдавила из себя улыбку, хотя меня чуть ли не колотило. Он меня порядком напугал. Дэвид сердито глянул поверх идиотских хипстерских очков. Ну, таких, в широкой черной оправе. Ненавижу их. Мы в двадцать первом веке живем, можно что-то помоднее выбрать?

– Смотри, куда прешь, – сказал он и ухмыльнулся. – Или макияж глаза застилает?

С каким удовольствием я послала бы его подальше! Но главе самоуправления учащихся нельзя никому грубить. Даже гаду, написавшему не одну, а целых три крайне нелестные статьи в школьную газету о том, какой хреновый из тебя организатор. И особенно, если вышеупомянутый гад – племянник Сэйлор Старк, главы Юношеской лиги и Сообщества по улучшению Пайн-Гроув, председательницы Школьного совета, а что самое важное – распорядителя ежегодного Котильона. Я через силу улыбнулась:

– Спешу просто. А ты… э… на бал пришел?

– О нет! – Он фыркнул. – Уж лучше себе причиндалы дверью шкафчика прищемить! Над газетой надо поработать.

Попытка не измениться в лице с треском провалилась, и Дэвид рассмеялся:

– Спокойно, босс, про тебя пока ничего.

Лучшего времени выговорить ему все за поганые статейки не могло и быть. Конечно, имен он не упоминал. Вряд ли миссис Лоран, куратор газеты, позволила бы полить меня грязью напрямую. Но Дэвид написал, что «нынешнее руководство» больше волнуют танцы и парады, а не реальные проблемы учеников школы. И якобы в самоуправление теперь может попасть только ограниченный круг лиц.

Что сказать? Не я виновата, если никто не хочет заниматься развитием школы. И какие проблемы у наших учеников? Все из прекрасных семей, не то чтобы мы тут страдали от социальных проблем… А вдруг Дэвид страдает? Да он почти всю жизнь в Пайн-Гроув и вообще живет у своей тетки в едва ли не лучшем доме в городке. Или проблемы у Дэвида вовсе не из-за социального неравенства в Академии, а из-за нашей взаимной ненависти? Началась она аж в детском саду. Даже раньше. Мама говорит, я еще в яслях его кусала…

Прежде чем я успела ответить, музыка в зале стихла. Я глянула на часы. Без четверти десять. Черт.

Дэвид снова мерзко рассмеялся.

– Беги, Харпер, беги, – сказал он, перекинув сумку-почтальонку с одного бедра на другое.

Ага. Почтальонка. И очки. И идиотский свитер с ромбиками. И кеды-«конверсы». Почти все парни в Гроув не вылезали из хаки или брюк. Сомневаюсь, что у Дэвида Старка были другие штаны, кроме джинсов на размер меньше нужного.

– До твоей коронации всего ничего, – произнес он и пуще прежнего взлохматил себе светлые волосы. – Смотри не опоздай к тому моменту, как тебя начнут славить и… возвеличивать.

На этом слове Дэвид меня уделал в финале конкурса на знание орфографии в шестом классе. И спустя столько лет он все равно не преминет упомянуть его в любом разговоре. Мысленно я сосчитала до десяти и заодно вспомнила вечный ответ мамы на мои жалобы: «Его родители умерли, когда он был совсем крохой. Сэйлор делает для него все, но такая травма даром не проходит, вот он и ведет себя грубо». Раз уж он все-таки сирота, я просто процедила сквозь зубы «приятного вечера» и направилась в ближайшую уборную.

Дэвид пожал плечами и пошел по коридору в сторону компьютерного класса.

– Губы накрасить не хочешь? – крикнул он мне вслед.

2
{"b":"257095","o":1}