ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

За всеми этими речами солнце успело закатиться за горы, мало-помалу чёрные тучи застлали ярко озарённое небо, а у Зигфрида начали смыкаться глаза. Увидев это, прекрасная Флоригунда подала знак карлику, королю Эгвальду, и попросила его сделать так, чтобы рыцарь мог удалиться почивать. И тогда рыцарю показали роскошное ложе под прекрасным пологом, на котором был искусно вышит и выткан небосвод со всеми звёздами. Зигфрид молвил: «Доселе я отдыхал под звёздным небом среди листвы и трав, но спалось мне худо, теперь же, под этим бархатным небосводом, на мягком ложе я, с божьей помощью, крепко засну». Флоригунде устроили ложе поблизости от него, но отдельно. Когда они помолились на ночь и препоручили себя господу, оба спокойно заснули и проспали до самого утра.

Когда же настало утро и лучи солнца показались из-за вершины гор, прекрасная Флоригунда пробудилась ото сна, проворно поднялась с ложа, помолилась, умылась и возблагодарила господа за то, что он хранил её эту ночь и всю её прежнюю жизнь и столь милостиво спас от страшной опасности. А потом она подошла к ложу рыцаря, ибо тревожилась за него из-за всех тяжких трудов и опасностей, которые ему пришлось претерпеть. Когда же она увидела, что рыцарь ещё спит, она не стала тревожить его покой, села и запела утреннюю песню, да так чудесно, что рыцарь от этого проснулся и побледнел от смущения, что так заспался. Но это было ему простительно из-за его великой усталости и тяжких трудов.

Флоригунда отошла в сторонку, чтобы рыцарь мог одеться, он же встал, умыл руки и лицо, помолился, а затем смиренно подошёл к девице Флоригунде, пожелал ей доброго утра и спросил, скоро ли ей будет угодно отправиться к своим родителям? «Да, — отвечала красавица, — я хочу того всем сердцем». Тут появился карлик Эгвальд, ласково приветствовал влюблённую пару и спросил, как они спали-почивали? Они отвечали ему: «Прекрасно». Зигфрид пожелал проститься с карликом, карлик просил остаться подольше, от чего Зигфрид учтиво отказался. Посему карлик распорядился поскорее приготовить завтрак. Когда они немного подкрепились, Зигфрид распрощался с королём Эгвальдом и его двумя братьями (которые также были королями) и отправился в путь со своей прекрасной Флоригундой. Король Эгвальд подарил Флоригунде на дорогу коня в роскошной сбруе, просил рыцаря и Флоригунду не забывать его своей благосклонностью, выразил готовность служить им всем, чем может, а потом все три короля, то бишь карлик Эгвальд и его братья, обратились к Зигфриду с такой речью: «Благородный рыцарь, наш отец Эгвард скончался от горя, а потом ваша богатырская рука одолела и прикончила чудовищного великана Вульфграмбера, за что мы вас нижайше благодарим, ибо иначе нам всем пришёл бы конец за то, что мы сказали вам, что у него ключ от Драконовой горы. Так вот, чтоб вы знали, сколь много мы вам благодарны, мы все отправимся сопровождать вас в Вормс, и дабы с вами в дороге не стряслось какой-нибудь беды, нас поедет сотня или поболее того».

Как Зигфрид отправился в путь с красавицей, а король Эгвальд ехал впереди на великолепном коне и указывал им дорогу

Зигфрид простился с карликами и велел им всем оставаться дома, кроме короля Эгвальда, тот должен был показывать ему дорогу, что он и сделал весьма охотно, сел на своего прекрасного коня и поехал впереди них. И вот, когда они ехали, Зигфрид сказал Эгвальду: «Я заметил на Драконовой горе, что ты сведущ в искусстве астрономии, поэтому прошу тебя, скажи мне, что со мной ещё случится в будущем». — «Раз ты меня просишь, я охотно отвечу тебе, — молвил карлик, — но, боюсь, тебе это придётся не по вкусу». — «Ежели мне так хочется, — молвил Зигфрид, — не всё ли тебе равно, что со мной будет». — «Что ж, ладно, — молвил карлик, — так знай же, что прекрасная дева, которую ты сейчас везёшь с собой, будет тебе женой всего лишь восемь лет, затем тебя предательски убьют. Но жена твоя жестоко отомстит за твою смерть, и много славных. витязей из-за этого прикажут долго жить, но и твоей жене эта война в конце концов принесёт смерть». — «Ну, раз моя гибель будет так славно отомщена, — молвил Зигфрид, — мне незачем знать своего убийцу», и с этими словами он велел королю Эгвальду повернуть коня, что тот и сделал и, горько плача, отправился обратно к себе на Драконову гору.

Тут Зигфрид вспомнил о кладе, который он нашёл там в пещере, а потом совсем позабыл о нём, и ему пришли в голову две мысли — одна, что это великанов клад, другая-что драконов, как мы уже о том говорили. Но на карликов он никак не мог подумать, иначе он никогда бы не взял его, ибо это принесло ему мало радости, как вы скоро услышите.

Тот клад принадлежал королю Эгварду, и ни один король не был равен богатством этому кладу, ну, а если бы мы захотели описать войну и распрю, от которой он ведёт начало, и сколько сотен рыцарей там погибло, это потребовало бы особой истории. Ибо из этой распри не вышел целым и невредимым никто, кроме мейстера Хильдебранда и и Дитриха Бернского.

Но вернёмся к нашей истории. Итак, Зигфрид с девицей повернул назад и молвил: «Незачем нам бросать клад, ведь я завоевал то место с опасностью для жизни, поэтому кому же ещё пристало владеть им, как не мне». И вот взял он этот клад, взвалил на коня, погнал его перед собой и отправился по той дороге, на которой накануне убил рыцаря, как вдруг увидел его коня, который пасся на этом месте. Тут он прилёг немного на траву и соснул. А когда проснулся, взял клад, взвалил его на того коня, сам же сел на своего, а лошадь с кладом повёл под уздцы рядом с собой и с Флоригундой. Девица же молвила: «Мой благородный рыцарь, этот конь пришёлся нам как нельзя более кстати». — «Да, моя дорогая, — молвил рыцарь, — кто уповает на господа, того он не оставит своей милостью». В таких и подобных беседах выехали они из лесу, а потом вновь попали в густую чащу. Недолго они ехали там, как вдруг неожиданно их окружило тринадцать разбойников. Тут Флоригунда молвила: «О, мой благородный рыцарь, что с нами теперь будет?». — «Успокойтесь, возлюбленная госпожа, — молвил Зигфрид, — они нас не съедят». Тем временем шестеро из них окружили его и сказали: «Отдай нам красавицу, или это будет стоить тебе жизни», а рыцарь только рассмеялся им в ответ. Красавица молвила: «Отдадим им клад, тогда они отпустят нас». Рыцарь же молвил: «Кладом я не дорожу, но принять из-за него позор, что я испугался этих мужланов, — не хочу». Меж тем шестеро других окружили красавицу, а последний взял лошадь под уздцы и хотел ускакать с кладом. Рыцарь и не предполагал, что это они всерьёз собираются сделать; но увидев такое, обратился к ним с суровой речью: «Эй вы, грабители с большой дороги, что это вы замыслили?». — «Ты ещё спрашиваешь?» — сказал один из них и нанёс ему сильный удар. Зигфрид же, нимало не мешкая, выхватил свой меч, которым он убил дракона, и с первого же удара снёс голову самому главному и строптивому хвастуну. Вторым ударом он разрубил другому голову пополам вплоть до зубов, тут остальные четверо отступили. Когда увидели это те шестеро, которые окружали красавицу, они хотели прийти на помощь товарищам, но встретили такой приём, что трое остались лежать на месте. Тот, кто увёл лошадь с кладом, успел тем временем порядком удалиться, но Зигфрид вскоре нагнал его на своём добром коне и без особого труда прикончил и его. Когда же он возвратился, рассчитывая застать прекрасную Флоригунду там, где она осталась поджидать его, оказалось, что разбежавшиеся было разбойники успели вернуться и увести её как свою добычу. Увидев это, рыцарь, не мешкая долго, отпустил лошадь с кладом бежать куда захочет и поспешил туда, где он оставил прекрасную Флоригунду, чтобы напасть на след её коня, ибо Флоригундин конь был весьма искусно подкован карликами, так что следы подков сразу можно было узнать. Заприметив их, он во весь опор помчался вслед за ней, нагнал разбойников в густой чаще, в ярости и гневе врезался между ними и уложил всех, кроме одного, который забрался по горло в трясину, а Зигфрид не захотел с ним возиться и сказал ему так: «Если кто придёт к тебе на помощь, скажи тому, что ты повстречал рогового Зигфрида, который спас прекрасную Флоригунду из Драконовой горы, и что он так отделал твоих двенадцать товарищей, что борода у них уже никогда не вырастет». С этими словами он ускакал со своей прекрасной Флоригундой. А на обратном пути спросил у неё: «Как вам понравилась, моя любезная, эта маленькая потеха?». — «Если это называется потехой, мой драгоценный рыцарь, — молвила она в ответ, — то кто же станет всерьёз сражаться и биться с вами». Тем временем они подъехали к месту, где началась стычка, и тут девица спросила рыцаря: «Мой благородный рыцарь, а лошадь с кладом вы так и не повстречали?» — «О да, моя любезная, — ответил рыцарь, — я отбил её у злодея и понаддавал ему столько, что ему уже не нужны никакие деньги Но когда я вернулся сюда и не застал вас, моя красавица, на этом месте, я почуял недоброе, и моя превеликая любовь к вам заставила меня забыть о кладе, я отпустил лошадь и стал приглядываться, не увижу ли следы ваших подков, когда же я их увидел, то помчался им вслед, как только мог, чтобы спасти вас, моя любезная. Тут уж было не до найденного клада, вы, моя красавица, обошлись мне гораздо дороже» — «Ну, коли так, — молвила прекрасная Флоригунда, — мы не станем более подвергать себя ради него опасности и разыскивать лошадь с кладом». А рыцарь подумал: «Если мне осталось всего-навсего восемь лет прожить, что проку мне в нём», и оба отправились вместе в путь и прибыли к Рейну.

82
{"b":"25775","o":1}