ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Наблюдая за отдыхающей бабочкой, мы стали свидетелями очень интересного явления. И чтобы оно не исчезло бесследно из памяти, рассмотрим внимательнее одну странную, всюду в природе замеченную закономерность.

Посмотрите на любого зверя, птицу, рыбу, рака или лягушку: почти у всех, у самых разнообразных и не похожих друг на друга животных — у карася и белки, ящерицы и оленя, змеи и волка, гусеницы и каракатицы, жабы и гуся — живот светлый, почти белый, бока чем выше, тем темнее, а спина совсем темная.

Что зебра полосатая, каждый знает, и вроде бы ее полосы всюду одного цвета. Но посмотрите внимательнее: полосы — на спине они шире, на животе ýже (есть виды и белобрюхих зебр). Поэтому издали тщательно разлинованная зебра кажется темной сверху и светлой снизу.

У других полосатых и пятнистых зверей — у тигра, гиены, лесной антилопы, леопарда, ягуара и жирафы — полосы или пятна на спине тоже всегда крупнее и гуще. А на брюхе их мало, и оно светлее спины.

А вот перья африканских цесарок украшены не темными, а белыми пятнами. И что же мы видим? На спине эти пятна мелкие, а ниже — на боках и крыльях — крупные. Получается то же самое: спина, где белого меньше, у них темнее боков и живота.

Зачем все это? Зачем животным темная спина? Может быть, это своего рода «загар», защищающий зверя от слишком горячего солнца? Если так, то где солнца много, в пустынях например, должны жить самые темноспинные животные. Но у обитателей пустынь спина и живот почти одного тона, хотя в общем и у них спина немного темнее.

А есть ли у этого правила исключения, которые, как часто бывает, помогают лучше понять правило?

Есть. Их немного, но они-то как раз и разъясняют нам смысл и назначение такой окраски. Один из этих оригиналов живет в реке Нил. Рыбка синодонт. У нее — небывалое дело! — спина светлая, а брюхо темное. И представьте себе: эта в высшей степени экстравагантная рыба непонятно почему усвоила нелепую привычку плавать вверх брюхом. Никакая рыба, если она вполне здорова, не ведет себя так. Значит, у синодонта все вверх ногами: живот у него — спина, он и окрашен темнее.

Южноамериканским ленивцам и гусеницам некоторых бабочек висеть на деревьях вверх ногами так же обычно, как мухе бегать по потолку. И конечно, у них, как у синодонта, живот тоже темнее спины.

Когда гусеница глазчатого бражника сидит на ветке ивы вверх ногами, ее трудно заметить. Она выглядит совершенно плоской и похожа на изъеденный лист. Но стоит ей перевернуться вверх спиной, как тут же совершается чудо: она обретает рельеф и типичные свои очертания. Перед нами снова гусеница, а не лист.

Дело тут вот в чем: гусеницу в нормальной позе — ногами вниз — выдает тень, которая падает от верхней стороны ее тела на нижнюю. Ярко освещенная спина и затененный живот создают в своем сочетании хорошо заметную рельефность. Нижние контуры животного как бы подчеркивает темная линия тени, и тогда гусеница резко выделяется на фоне листвы.

Выход один: предательскую тень нужно замаскировать. Гусеница это и делает, переворачиваясь животом вверх: теперь тень падает на светлую спину, а темный живот, освещенный солнцем, светлеет. Животное кажется от этого однотонным, плоским, как лист, и незаметным.

Природа наложила темные тона на спины животных, чтобы скрыть разницу в освещении верхней, обращенной к солнцу, и нижней, затененной, поверхности тела.

Если у животного спина светлее брюха, значит, оно, подобно синодонту, ленивцу или гусенице глазчатого бражника, большую часть жизни проводит вниз спиной. Если же и спина и живот окрашены почти одинаково — значит, живут их обладатели совсем без света: в пещерах где-нибудь или в глубинах океана. Либо при одинаковом освещении и сверху и снизу. Например, в пустынях: там песок, словно зеркало отражая лучи, подсвечивает животных снизу. Либо жить вверх или вниз спиной для них одинаково безразлично…

Ремора, или прилипало, — рыба в высшей степени странная: она ленится передвигаться своим ходом, а предпочитает плавать бесплатным пассажиром, присосавшись к акуле, манте, тарпону и к любой другой крупной или мелкой, когда нет крупных, рыбе. Разъезжает даже на таких детских «автомобильчиках», как рыбы-кузовки. Морские черепахи, киты, лодки и корабли тоже нередко служат для реморы транспортом.

На голове у этой ленивой рыбы — сильная присоска, и ею она присасывается к брюху, спине или к боку — к любому месту своего транспортера. И поэтому, присосавшись, прилипало отправляется в путешествие то брюхом, то спиной, то боком вверх. Оттого у нее никакая сторона тела не темнее другой. Она всюду однотонная.

Ярость сильнее силы

Ну, а если никакая маскировка, никакие уловки не помогли, ни шапки-невидимки, ни быстрые ноги не спасли, и враг заметил и догнал, что тогда? Животные сдаются без боя? Нет, никогда!

Даже самые слабые из них далеко не беспомощны, как можно подумать, глядя на них. Жизнь продают очень дорого. Защищаются упорно и до последних сил.

Давно известно, что воинственность измеряется не сантиметрами. Крошки колибри храбры непропорционально своему росту. Когда большая птица угрожает их гнезду, они атакуют ее с невероятной отвагой. Целят острыми клювами в глаза (так же побеждают они древесных змей и пауков-птицеедов), и, бывает, заскочив сзади, падают на спину врага и, щедро раздавая булавочные уколы, вынуждают хищника позорно дезертировать. Наперсток мускулов в перьях! Но ярости в этом «наперстке» не меньше, чем у тигра.

Про синицу говорят, что если бы была она ростом со страуса, то даже слон не устоял бы против нее. Ее малая сила так велика, что синицы иногда буквально скальпируют своих пернатых недругов (небольших, конечно).

Но самая драчливая птица — это, бесспорно, петух. «Птица Марса» называют его. Особенно агрессивны бойцовые петухи. Они забывают обо всем на свете, когда видят кого-нибудь, с кем можно подраться. Ни голод, ни усталость, ни боль, ни смертельные раны — ничто не может унять их воинственный пыл. Они дерутся до последнего дыхания, пока еще есть хоть какие-то силы. Только смерть сильнее их страсти к боям.

Дерутся и клювом и шпорами. Удар бойцового петуха — одно из самых быстрых движений в природе. Силу этого удара физики могли бы рассчитать: одетую в сталь шпору петух вонзает на полдюйма (на 12,5 миллиметра) в сухую дубовую доску!

Древние греки — народ очень отважный, но и они брали у петухов уроки храбрости и упорства в бою. Фемистокл, знаменитый греческий полководец, отправившись на войну против персов, включил в программу боевой подготовки и петушиные бои, чтобы солдаты, глядя на них, учились стойкости и отваге. А храбрые галлы, предки французов, от которых вначале здорово доставалось римлянам, получили имя свое от петухов (ведь «галл» — по-латыни «петух»).

Позднее, когда римляне расправились с галлами на свой римский манер, но и сами погибли от германских, славянских и турецких мечей, браконьеры добывали дичь в заповедных лесах феодалов, напуская на фазанов бойцовых петухов. Они забивали их до смерти. И в наши дни бойцовые петухи (а их немало еще в разных странах Южной Азии и Америки) храбро защищают дома своих хозяев от змей и бродячих собак. Они не знают страха ни перед кем — так уверяют те, кто о них пишет.

С утра до вечера - i_069.png

Ведь природа не создавала петуха для войны, а какой отличный получился из него боец! Правильно говорят, что сражения выигрывают не оружием, а силой духа. Пример петуха и колибри лишний раз нас в этом убеждает. В бою часто ярость побеждает силу; это знает каждый, кто дрался.

Я видел однажды (по следам), как рысь не смогла одолеть лису. Она нападала на нее несколько раз. Но лиса защищалась так отчаянно и храбро, что ушла израненная, но живая. Многие хищники пасуют перед энергичным сопротивлением и предпочитают нападать (это теперь доказано) на больных и слабых духом животных. Аргентинцы говорят, что никакая пума не справится с ослом, рожденным в Америке. Потому что местные ослы страха перед зверем не знают. Они бьют его всеми четырьмя копытами, рвут зубами, отбиваются, катаясь по земле, ревут, как дьяволы, прыгают и сами нападают. Никогда не сдаются.

45
{"b":"260184","o":1}