ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

И король вручил сыну письмо от Хоэля.

Мордред, единственный из братьев-оркнейцев, взял на себя труд выучиться читать под присмотром священника, обучавшего мальчиков наречию большой земли. Нахмурившись, он медленно продирался сквозь прихотливую латинскую вязь Хоэлева писца.

Выходило, что король Хоэль недавно получил письмо, посланное не новым императором, но одним из боевых командиров, претендующим на роль его представителя. То был некто Люций Квинтилиан по прозвищу Гиберий, «Испанец», один из новоиспеченных консулов. С истинно имперской заносчивостью, ссылаясь на Рим так, словно империя и по сей день щетинилась орлами и легионами, Люций Квинтилиан требовал от Хоэля золота и войска — куда больше, нежели Бретань смогла бы выставить, — «дабы помочь Риму защитить Бретань от бургундов».

Что за кару повлечет за собою отказ, в письме не уточнялось, нужды в том не было.

— Но как же франки? Как же король Хильдеберт? — переспросил Мордред.

— Жалкая тень своего отца, точно так же, как и его братья. Хоэль полагает, будто франкам предъявили те же требования, и похоже на то, что у Рима достаточно сил, чтобы добиться повиновения. Мордред, этот император внушает мне страх. Кельтские земли не для того выдержали предательство Рима и угрозу нашествия варваров, чтобы снова смиренно принять римский ошейник и цепи, какую бы уж там «защиту» они ни сулили.

А ведь положение не лишено иронии, размышлял про себя Мордред. Артур, которого «молодые кельты» упрекали за приверженность к формам римского законодательства и централизованному управлению, готов тем не менее противиться всем возможным попыткам вернуть кельтские земли в лоно Римской империи.

— Скорее под римское ярмо! — откликнулся Артур в ответ на ехидное сыновнее замечание. — Минули те времена, когда в обмен на дань король и его подданные обретали защиту и помощь. Британию захватили силой — и силой вынудили платить поборы Риму. Взамен, по заселении, Британия на некоторое время обрела мир. А потом римляне, своекорыстные, как всегда, сняли заслон и оставили ослабленные, зависимые от них колонии варварам на расправу. Только мы на островах да наши кузены в Бретани, которая тоже почти что остров, сохранили государственность и устояли. Мы сами добились для себя мира. И пусть Рим и не пытается вновь взыскать с нас долги: мы ровным счетом ничем Риму не обязаны. У нас столько же прав требовать дани у Рима за те римские земли, что ныне опять числятся за бриттами!

— Вы хотите сказать, что этот новый император — как его там, Юстиниан? — потребовал дани от нас? — изумился Мордред.

— Нет. Пока еще нет. Но ежели он взялся за Бретань, то рано или поздно подступится и к нам.

— Когда вы едете, сир?

— Приготовления уже к аут полным ходом. Мы отправляемся при первой же возможности. Да, я сказал «мы». Я хочу, чтобы ты был при мне.

— Но ведь Бедуир в Бретани… или вы оставите королевство на герцога Константина?

Артур покачал головой.

— Нужды нет. Моя отлучка продлится недолго. Сейчас главное — неприятности в Опасном лесу; чтобы разобраться с ними, много времени нам не потребуется, — Артур улыбнулся. — Если дойдет до дела, считай, что заново проходишь обучение после отдыха на Оркнеях! А если та, другая беда обострится, я отошлю тебя домой в качестве регента. А пока возложу управление на совет и королеву, а герцогу Константину пошлю подачку в виде письма, поручающего ему надзор за западными областями.

— Подачку?

— Ну да, утешение, а может, и успокаивающее снадобье для рыцаря необузданного и одержимого чрезмерным честолюбием.

Мордред слегка изогнул брови, и Артур кивнул:

— Да. Мне давно кажется, что для блага страны он чересчур необуздан. Его отец Кадор, которому я обещал королевство в случае отсутствия прямого наследника, был из иного металла. А этот как боец отцу не уступает, но уж больно не нравятся мне слухи, что о нем ходят. Так что польщу ему малость, а вернувшись из Бретани, призову его сюда — и расставлю точки над «i».

Беседу их прервало срочное известие из гавани Инис-Витрина, где стоял на якоре «Морской дракон».

Корабль был оснащен, снабжен продовольствием и готов к плаванию. Так что больше король не прибавил ни слова, и отец с сыном разошлись собираться в дорогу.

Глава 2

Как это часто бывает, одна беда влечет за собой другую. Пока Артур и его Сотоварищи переплывали Узкое море, трагедия — на этот раз подлинная и насущная — разразилась в королевском семействе Бретани.

Элен, племянница короля Хоэля, шестнадцатилетняя красавица, в один прекрасный день выехала из отцовского дома в замок Хоэля в Керреке. Но отряд так и не добрался до места. На эскорт и слуг напали, всех перебили, а девушку и одну из ее прислужниц, старую кормилицу Клеменси, увезли прочь. еще одна женщина из отряда, хотя вреда ей и не причинили, была слишком потрясена, чтобы связно рассказать о случившемся. Нападение произошло в сумерках, совсем близко от того места, где предполагалось заночевать до утра. Прислужница не заметила ни что за значок был у нападавших, ни что бы то ни было еще, за исключением того, что вожак их, тот самый, что втащил Элен на коня, усадил впереди себя и умчался в лес, был «сущим великаном, с глазами как у волка, с копной волос вроде медвежьей шкуры, а рука толщиной с дубовый ствол».

Хоэль, который, естественно, большую часть сказанного на веру не принял, заключил, что насилие — дело рук негодяев, терроризирующих лес. Бретонцы они или франки, но король не мог оставить все как есть. Женщин необходимо было спасти, обидчиков — покарать. Даже король Хильдеберт не стал бы осуждать бретонского правителя, отомстившего за беззаконие столь вопиющее. Войдя в гавань Керрека, Артур и его отряд застали хозяев в смятении; выходило, что бритты прибыли как раз вовремя, чтобы повести в спешке экипированную карательную экспедицию в лес. Вместе с Артуром и Сотоварищами выехал конный отряд бретонцев во главе с военачальником Хоэля, испытанным в сражениях воином.

Отряд скакал быстро, по большей части молча. Судя по тем сведениям, что смогла сообщить оставшаяся в живых принцессина прислужница, нападение произошло на безлюдном участке дороги в том самом месте, где тропа выходила из леса и вилась по краю заросшего кустарником озера. Озеро представляло собой одну из береговых лагун — не то чтобы морской залив, однако приливы и отливы ощущались и в нем, а весной и осенью его и вправду заливало море.

Вскоре после наступления сумерек отряд выехал на озерный берег и встал лагерем на месте похищения: здесь им предстояло дождаться рассвета и прибытия Бедуира. Последние несколько дней дождя не выпадало, и Артур надеялся, что на земле остались следы борьбы и возможно будет определить, куда направились мародеры. Хоэль загодя выслал гонца в Бенойк, и теперь, едва прозвучал приказ располагаться на ночь, из тьмы появился Бедуир с отрядом.

Артур радостно приветствовал друга; за ужином они тотчас же заговорили о том, что делать дальше. Похоже, тень прошлого их не коснулась; о событиях, повлекших за собою изгнание Бедуира в Малую Бретань, единожды помянул, да и то вскользь, лишь сам Бедуир, приветствуя Мордреда.

Случилось это после ужина, когда Мордред отправился к сторожевым постам — проверить, должным ли образом позаботились о его коне. Бедуир оказался рядом с ним — очевидно, покинул лагерь с той же целью.

— Говорят, ты тоже некоторое время пожил во внешней тьме? Рад, что ты снова при короле. Надеюсь, ты вполне исцелился?

— Да уж, не твоими заботами, — отозвался Мордред, впрочем улыбаясь. И тут же добавил: — По здравом размышлении, именно твоими заботами и жив. Ты ведь мог убить меня: мы оба это знаем.

— Не так-то это просто. Ход событий направлял не только я: сдается мне, мы оба знаем и это. Ты славный боец, Мордред. Может статься, в один прекрасный день мы сойдемся снова… но не настолько всерьез?

— Почему нет? А пока тебя, по слухам, можно поздравить? Я так понимаю, ты недавно женился? Кто она такая?

385
{"b":"263619","o":1}