ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В июне 1992 года румыны напали на Бендеры, залив улицы города кровью. Их тогда отбивали бойцы «бендерского батьки», комбата Костенко. Именно на них тогда легла основная тяжесть боев. Командование 14-й армии, как принято в таких случаях, хранило нейтралитет.

Но когда в июле молдаване заключили перемирие с приднестровцами, Костенко убили. Он стал ненужным и опасным для многих влиятельных фигур. В ту же ночь девять человек во главе с его помощником ушли в Сербскую Краину через Молдавию и Румынию. «Румынский» коридор действовал и далее. При сильном желании его можно было пройти и без загранпаспорта, хотя кое-кто и попал в румынские тюрьмы. В течение июля — сентября в регион конфликта отправилось поодиночке и мелкими группами несколько десятков русских, которые влились в сербские подразделения.

Несколько русских, в том числе и некто Александр Загребов, в конце 1992 года взялись сколачивать отряды добровольцев и казаков для их отправки в Боснию на срок в два месяца по приглашению Вишеградской и Горажданской общин. Последние и спонсировали оформление документов и переезд волонтеров. В Петербурге сбором добровольцев занимался Юрий Беляев, возглавлявший партию правого толка и охранную фирму «Рубикон». В Москве — Ярослав Ястребов, получивший известность благодаря голодовкам в защиту Югославии. В дальнейших боевых действиях из этих человек реально участвовал только Загребов — в начале 1993 под Вишеградом. До этого он и два его помощника — Илья и Михаил воевали в Краине — где-то под Вуковаром. Так постоянному, но тонкому ручейку русских пришла на смену организованная их отправка. Ядро выехавших в конце 1992 — начале 1993 составили ветераны Приднестровья, еще не остывшие после боев. Именно этот конфликт сплотил добровольцев в отряды. Здесь они получили боевое крещение и образовали неформальное братство по оружию. Многие только в Приднестровье впервые взяли автомат в руки.

Рассказывая о делах боснийских, мы будем часто произносить слово «доброволец». Смысл его двояк. Иногда мы употребим его для всех русских, приехавших помогать сербам. А иногда — как противопоставление слову «казак».

Русские попали на какую-то странную войну. Здесь не было методичных, железно организованных действий танковых масс, как в Великую Отечественную. Не было и сплошной линии фронта, с глубокими «шрамами» окопов и проволочных заграждений, как в Первую мировую. Не похожа война и на ту, что показывают фильмы вроде «Рэмбо». В Боснии фронт напоминал хаотическую, изломанную линию, плод «бешенства» самописца сейсмографа, отразившего землетрясение. Боснийский фронт тянулся по ущельям и лесистым горам на сотни верст. У воюющих сторон не хватало сил на полнокровные армии. Ополченцы, сбитые в полупартизанские отряды, опирались на укрепрайоны — такие, как Горажде и Сребреница. Они создавали очаговую оборону, позиции-«положаи», обороняли села и важные высоты, блокировали дороги блок-постами. Противники были разделены нейтральнами полосами шириною от нескольких десятков метров (в городах и местах упорных позиционных боев, вроде Олова) до участков «выжженной земли» в несколько километров, как под Прачей. Стратегические операции, требующие значительного количества боевой техники и живой силы, происходят не часто.

В горах использовать танковые клинья невозможно. Техника сосредотачивается лишь на равнинном севере страны и в стратегически важных районах. Например, посавинский коридор, местами всего четыре километра шириной, насквозь простреливаемый, мусульмане так и не смогли пройти за три с лишним года войны. Район был хорошо укреплен, его защищали сербы, которые знали, что отступать нельзя. Много сил было собрано и вокруг Сараево.

В горной местности пехота передвигается к линии фронта обычно на автомобилях и ведет боевые действия в строю. Иногда ее поддерживают бронеавтомобили и танки. И часто это — Т-34-85 времен Отечественной. Впрочем были и Т-55, и Т-72. У хорват встречались и западногерманские «Леопарды», придавая второй смысл образу «леопардовой шкуры». Задолго до того как российские танки горели в Чечне, сербы экранировали свои старые машины ящиками с землей, которые надежно защищали танк от выстрела из гранатомета.

Сербский закат - i_006.jpg
Сербский танк на позиции

Гражданская война почти стерла разницу между армией и полицией. Собственно армейские части содержат в себе ударные (интервентные, юречные) части. И поскольку в первый, самый жестокий, год войны кадровый и наиболее активный состав воюющих сторон оказался выбитым, то ударные части сербов стали пополняться добровольцами из Черногории, Сербии, русскими. У хорват действовало изрядное количество военспецов из других стран. У мусульман, кроме большого количества моджахедов, можно встретить кого угодно. Они даже использовали как пушечное мясо не успевших бежать сербов — их семьи делались для этого заложниками. Большим рвением в военных действиях и злобой отличались санджакли — мусульмане из горной области на юге Сербии.

Вооружение было пестрым. Хотя война велась по большей части советскими моделями югославского производства, здесь можно встретить образцы, прошедшие Вторую Мировую. Особенно высоко ценится здесь оружие российкого производства, как самое надежное. Хорваты и мусульмане в ходе боев здорово обновили свой арсенал — помощь им шла регулярно, несмотря на «санкции». Холодное оружие применялось лишь в исключительных случаях.

Дисциплина на этой войне у братьев-сербов весьма своеобразна. Часто те, кто нарушали приказ, никакого наказания не несли. В стране не вводилось военного положения. До 1995 года перейти из одного отряда в другой не составляло труда. У мусульман дело обстояло с этим четче, так как часто они были заперты в «котлы», в положении загнанных в угол зверей.

Русские обычаи и представления здорово отличаются от сербских. Своеобразен и юмор православных братьев. Я помню, как пулеметчик играл траурный марш на пулемете. Правда, на одной ноте.

Глава № 4. Как пишутся книги? Рождение воина

Вернемся к упомянутой уже проблеме. Вы случайно не знаете, как пишутся книги? Накручивается сюжет, в единый узел сплетаются любовь и измены, дружба и предательства, убийства, деньги, заговоры. Мрачные тюрьмы и дерзкие из них побеги. Да, еще выбираются герой и антигерой. Герой — мифологическая фигура, обычно представленная гармонично накачанным детиной, который ударом пробивает стену, попадает в монету с сотни метров, голыми руками убивает медведя. При этом душа и помыслы героя должны быть чисты как слеза ребенка, ради которой он готов идти на подвиги, мстя за несправедливость. Нет, скорее на подвиги он идет ради любимой. А может, ради власти, славы. Антигерой фигура жестокая и коварная, но зачастую не лишенная зловещего обаяния. Он дьявол во плоти или служит какому-нибудь дьяволу. И именно это зло и должен победить герой. И ничто ему не преграда — ни многочисленные враги, которых он побеждает в жестоких схватках, ни стихии, ни законы физики, при этом также беспощадно нарушаемые. Еще надо побольше сочных, леденящих душу сцен насилия, крови, секса, красивых женщин.

Странные, однако, существа — люди. Они любят жить чужими фантазиями. Читать книги, сюжет которых высосан из пальца (в лучшем случае); смотреть фильмы, фантастические по сути — даже те, которые претендуют на реальность. В черном ящике нашего мозга почему-то особой привилегией пользуются мифы и образы.

Мне не нужно было придумывать героев. Я пишу только то, что видел и знаю сам, да еще полагаюсь на рассказы очевидцев, которым доверяю (но проверяю).

Не пытаюсь делать какие-либо подобия «Войне и миру» Л.Н.Толстого или бессмертной книге Ремарка «Время жить и время умирать»… Меня никто не учил их писать, но кто-то сказал, что каждый человек, писатель всю жизнь пишет только одну книгу, так же как художник всю свою жизнь пишет одну картину.

16
{"b":"264883","o":1}