ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Один совет нёсся за другим. Флегентов чуть ли не с заплаканными глазами стоял на сцене. Всё это происходило целый час. Люди участвовали в этом едином соборном действии, словно какая-то единая семья. Володя вышел со своей исповедью и получил, видимо, то, что хотел. Заряд энергии, заряд сочувствия. То, что невозможно представить сейчас. Этого нет. Вот, что мы потеряли за эти годы. Мы потеряли страну как семью, как некое единство, где всем до всего есть дело.

Через две недели уже был дембель, и больше я Флегентова никогда не видел. Но эта сцена отпечаталась в моей памяти очень сильно. Она — как некий памятник былого единения человеческого духа.

Советуем вам: дизайн интерьера доступные цены компания «Первый камень».

Газета Завтра 933 (40 2011) - TAGhttp_d3_c2_b1_a0_top_mail_ru_counter_id_74573_t_59_l_1624656

Анастасия Белокурова -- Ей покорялось небо

29 сентября на 88-м году жизни скончалась режиссёр Татьяна Лиознова. Её сравнивали с Альфредом Хичкоком и Лени Рифеншталь. Но именно она останется в памяти как один из немногих, истинно народных кинематографистов советской эпохи.

Женщина, которая сделала образ нацистов привлекательным в глазах их главных противников, родилась в Москве 20 июля 1924 года в семье Моисея Александровича и Иды Израилевны Лиозновых. В отличие от Лени Рифеншталь, она никогда не играла в кино сама. Несостоявшийся авиатор (первый семестр МАИ), юная Татьяна Лиознова нашла себя во ВГИКе, в знаменитой мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой. Будучи ещё студенткой, поставила танец Любки Шевцовой в герасимовской "Молодой Гвардии". Затем сняла несколько разных, но успешных фильмов. Таких, например, как картина "Им покоряется небо", в основе которой лежит реальная история создания самолёта МиГ-9; в 1963 году фильм получает главный приз "Золотое крыло" на Международном кинофестивале в Давиле (Франция). Или семейная мелодрама "Евдокия", воспевающая традиционные ценности советского домостроя.

Но воистину всенародный успех ждал её впереди. Созданный в 1967 году фильм "Три тополя на Плющихе" стал не просто общесоюзным хитом. Он гарантировал жизненный аванс необходимой нежности каждой женщине, с пониманием взирающей на экран. Классика советского кино, эта лента и по сей день остаётся одной из главных иллюстраций невысказанной любви, проходящей мимо. В чём-то созвучной "Любовному настроению" Вонга Кар-Вая. На Международном кинофестивале в Аргентине в 1968 году "Три тополя на Плющихе" получили главный приз — "за реальное отображение событий человеческой жизни, за супружескую верность".

Дальше — больше. Вышедшая затем в 1973 году телевизионная эпопея «Семнадцать мгновений весны» совершила переворот в сознании миллионов. В истории советского кино было два подобных сериала (второй — «Место встречи изменить нельзя»), популярность которых зашкаливала все разумные пределы. Один породил множество анекдотов, другой — стал стартом вдохновения для субкультуры митьков.

Важность не в том, что Лиознова первая создала длинный телесериал, в котором действие перетекает из одной серии в другую. И даже не в том, что смогла превратить крайне заунывную прозу Юлиана Семенова в напряжённый саспенс. Главное достижение её режиссёрской работы заключалось в том, что художественный принцип «боевых киносборников», где обычно в качестве врага фигурировал глупый белокурый Ганс с обязательной губной гармошкой, был повержен намертво. Любование эстетикой Третьего рейха, а проще говоря — красивыми мужчинами в стильной форме, несколько раньше продемонстрировал нам "Щит и меч" Владимира Басова. В силу специфики крайне запутанного действия в романе Вадима Кожевникова, по которому был снят "Щит и меч", этот четырёхсерийный фильм всесоюзной любви не завоевал. Однако плацдарм для восприятия был заложен.

"Семнадцать мгновений весны" невольно популяризировали нацистскую эстетику в СССР в государственном масштабе. Дело даже не в том, что на протяжении 14-ти часов экранного времени нам подробно показывался "нацизм с человеческим лицом". Каким-то чудом была уловлена и отражена мистическая суть Третьего рейха. Смотря эту картину, любой зритель в итоге понимал, что победа над таким — умным и интеллигентным — врагом была куда более значимым актом героизма.

Не менее важную роль здесь сыграл неожиданный и абсолютно гениальный кастинг. Сложно поверить, к примеру, в то, что Леонид Броневой до "Семнадцати мгновений" был известен исключительно как театральный артист. Сильные актёрские работы сглаживали все исторические неточности и промахи. Эффект был настолько велик, что советские школьники, падкие на ролевые игры, после очередного показа "Мгновений" дружно, всем классом играли в нацистских вождей. Да и всплеск русского неофашизма начала 80-х был только на первый взгляд спровоцирован картиной Карло Лидзани "Площадь Сан-Бабила, 20 часов" (1976). "Семнадцать мгновений весны" к тому времени уже посмотрели все.

"Мгновения" получили Государственную премию СССР. После чего в творчестве Лиозновой наступает шестилетний перерыв. Её следующей работой становится экранизация злободневной пьесы Александра Гельмана. Социальный фильм "Мы, нижеподписавшиеся" не обладает большой художественной ценностью, хотя и демонстрирует ряд прекрасных актёрских работ. В этом же году Лиознова снимает куда более удачный "Карнавал" — феерическую музыкальную комедию с Ириной Муравьевой. Этакий отрезвляющий душ для молодых провинциалов, покоряющих столицу.

Последней работой Лиозновой в кино стал телевизионный фильм "Конец света с последующим симпозиумом" (1987), снятый по пьесе американского драматурга Артура Копита. В силу разных причин, картина была показана только один раз.

К концу жизни Татьяна Лиознова много и долго болела. Ей даже пришлось продать квартиру, чтобы оплатить лечение в клинике. Таков удел многих больших художников из оставшегося в прошлом Советского Союза. И как следствие — не самый удачный финальный виток в карьере режиссёра, удостоенного звания народной артистки СССР. И заслуживающей вечного уважения за приверженность тому мифотворчеству, которое — вместе с ушедшей эпохой — мы навсегда потеряли.

Газета Завтра 933 (40 2011) - TAGhttp_d3_c2_b1_a0_top_mail_ru_counter_id_74573_t_59_l_1624656

Степан Фёдоров -- Апостроф

Михаил Делягин. Путь России: Новая опричнина, или Почему не надо «валить из Рашки». — М.: Эксмо, 2011, 416 с.

Усилиями могущественных масс-медиа электронные средства массовой информации, в первую очередь — телевидение, радио, а теперь и "всемирная паутина", интернет, стали главными коллективными агитаторами-организаторами XXI века. Среднестатистический потребитель политинформации сегодня предпочитает потреблять без излишних усилий.

Новая книга Михаила Делягина без сомнения, может быть отнесена к незаслуженно позабытой сегодня в России категории пропагандистской литературы. Нет, разномастная агит-макулатура, конечно, благополучно продолжает выпускаться партиями и движениями, распространяясь преимущественно бесплатно на митингах, или же за деньги — в среде самых преданных сторонников. Но вот чтобы хорошая книга — и формировала бы позитивный патриотический взгляд на окружающее, этого сегодня как раз не хватает. Автор рассчитывает, что читатель не только воспримет изложенные им идеи, но и будет транслировать их дальше, — пойдёт "в народ", об этом свидетельствует один из заключительных разделов книги "Памятка выступающему публично". Уже один этот факт вызывает повышенное внимание к данному изданию. Как я уже подчеркнул, подобный подход по нынешним временам — большая редкость.

23
{"b":"286156","o":1}