ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Один за другим по лесенке спускаются хирург и ассистенты. У них автономные скафандры, но ласт нет. Они также обуты в тяжелое, чтобы можно было передвигаться. Я присоединяюсь к ним, снабженный дыхательным аппаратом, называемым “замкнутая цепь”[6], и, кроме того, подводным микрофоном, связанным с магнитофоном на поверхности. Сцена освещена двумя огромными прожекторами, которые придают ей нереальный вид. Кажется, что и в самом деле находишься в операционном зале, и нельзя не вспомнить о Жюле Верне и его капитане Немо.

Удары скальпеля вправо и влево. Зеленые облака хлынули из вскрытого тела Джо (кровь под водой кажется зеленой). Две обжоры-акулы проплывают с полным равнодушием. Клоун и еще пять дельфинов сбежали за скалы и оттуда наблюдают сцену с ошеломленным выражением. Я вижу, как рука хирурга исчезает в брюхе полуспящего животного и появляется вновь, сжимая бесформенную, чуть больше кулака, темную массу, с которой свисают лохмотья мяса. Судя по движениям доктора, эта масса должна быть достаточно тяжелой. Он откладывает се в сторону, зашивает рану, развязывает веревки, которые удерживают Джо на столе, делает ей другой укол, ждет несколько минут и наконец дает знак всем подниматься. Под действием второго укола Джо просыпается, начинает двигаться и затем уплывает, что есть духу, как будто ничего не случилось. Похоже, она перенесла операцию превосходно.

На верхнем мостике — большой сюрприз. Знаменитая тяжеловесная киста есть не что иное, как один из многочисленных двухкилограммовых грузов, которые водолазы носят на свинцовом поясе. Один такой груз, очевидно, и оторвался. Джо, конечно, приняв его за лакомство, мигом проглотила. Способность глотать у этих животных феноменальная. Ничего странного, что свинец висел у нее под животом, образуя чудовищную опухоль. Это не мешало ей, конечно, продолжать есть с такой же прожорливостью. Если бы ее не трогали, Джо, может быть, была бы жива и сегодня (эти животные живут долго). Жаль, но на следующий день, когда все, казалось, было приведено в порядок (убраны прожекторы, операционный стол и платформа, так не гармонировавшие с подводным миром, хотя и он тоже был в каждой мелочи создан руками человека), Джо испустила свой последний вздох. Весь океанариум и этот день был в трауре. Наш симпатичный директор, у которого чувство рекламы и остроумие были типично американскими, заставил играть в ее память траурные марши через громкоговорители.

Клоунесса-“цыганочка”

У меня впечатление, что Клоун разделяла наши чувства. Она казалась печальной и оставалась неактивной. Это было исключительное создание, которое я никогда не мог до конца считать животным. Не многие могли устоять перед ее обаянием: у нее были полные неги, живые глаза цыганочки, грация балерины, кошачья нежность, ум обезьяны, тщеславие большой “звезды”… Этой “звездой” она и была в действительности. Она была самой сильной, самой ловкой, самой умной из шести самок в бассейне (в то время мы избегали помешать самцов и самок вместе для более эффективной дрессировки), вызывала наибольшее восхищение и аплодисменты у публики, слыла любимицей у водолазов и дрессировщиков. В общем Клоунесса была настоящей примадонной. И нашей виной, потому что мы позволяли ей любой каприз.

Чтобы понравиться ей, я решил отрастив волосы. Прошло немного времени, и они еще не отросли. Тем не менее в один прекрасный день, когда я наклонился, чтобы поприветствовать ее, она выпрыгнула гораздо ближе обычного и точным движением, сопровождаемым резким вскриком и ее лукавой улыбкой, весело дернула меня за них. Поцелуй самой прекрасной девушки в мире не доставил бы мне большего удовольствия. С раннего детства Клоунесса проявляла большой интерес к мужчинам. Совсем молодой ее поймал капитан Грей со своим экипажем в широком Бискайском заливе, и она очень быстро приспособилась к своему новому железобетонному миру. За короткое время научились всему, что нужно было знать для новой жизни, и дрессировщики заметили, что она гораздо сообразительнее остальных. Ничто не ускользало от ее взгляда, и, еще не будучи взрослой, она уже быстро стала лидером группы, была в курсе всего происходящего в бассейне и знала индивидуально каждого из своих “подданных”, среди которых числились также четыре водолаза: Жак Бессера, Дик Ривс, Эриберто Руис и ваш покорный слуга.

Пансионеры большого бассейна

Одна из наших многочисленных обязанностей — спускаться каждые два часа на дно основного водоема и кормить из рук всех проголодавшихся пансионеров. Большие стекла шлемов позволяли рыбам наблюдать удивленные лица двуногих, которые в свою очередь, чтобы лучше видеть рыб, расплющивали носы о стекла с противоположной стороны. Работа водолазов может показаться очень простой лишь на взгляд профана. Облаченный в комбинезон из прорезиненной ткани, подпирая плечами жесткий медный шлем с иллюминатором, Рыцарь Царства Нептуна, казалось, передвигался без усилий, прокладывая себе путь среди облаков рыб различной формы, величины и цвета. Э-э, нет! Это было совсем не так просто.

Я вновь вижу себя спускающимся по лестнице; тяжелый шлем с широким иллюминатором прочно опирается мне на плечи, руки в прошитых проволокой перчатках и поверх них еще один слой из толстой резины, тело защищено от холода и возможных укусов водонепроницаемым комбинезоном из плотной ткани, на ногах — сапоги со свинцовыми подошвами. Дик передаст мне свинцовый пояс и круглую корзину, полную рыбы, которую я должен буду распределить по одной между различными животными, кроме дельфинов, которые уже получили свою порцию во время представления на поверхности. Воздух поступает под шлем постоянным потоком и немного оглушает меня. Спускаюсь на первые ступеньки и сразу же попадаю в окружение гигантских черепах и дельфинов, которые пытаются спихнуть меня с лестницы, чтобы завладеть корзиной и ее содержимым (такой маневр им часто удастся с новичками). Но со мной это не пройдет, и я благополучно достигаю дна. Там, расположившись на песке или часто напротив последней ступеньки, меня поджидает обжора акула. Она знает, что из этой позиции дельфины не смогут легко прогнать ее. Акула зовется обжорой потому, что буквально засасывает свою добычу (в основном ракообразных, лангустов, крабов и т. д.), прячущуюся в расщелинах, прилепившись к ним ртом, относительно маленьким и плоским, снабженным зубами, которые пригодны больше для дробления, чем для кусания. Двигается она неуклюже и нерешительно, а дельфины развлекаются, опрокидывая ее.

Просунуть рыбу в пасть акулы и не потерять пальцы — не легкое дело. Нужно действовать быстро, потому что дельфин находится тут же и шпионит. Становлюсь одним коленом на землю, корзину ставлю на голову акулы, чтобы придавить ее сильнее к дну, потом приподнимаю крышку, проворно вытаскиваю рыбу и, защищаясь туловищем и корзиной, быстро просовываю руку под плоскую голову акулы к самому ее рту, уже полуоткрытому. В нескольких сантиметрах отпускаю рыбу, которая мгновенно засасывается чудовищем. Черепахи, спустившиеся с поверхности, окружают меня так плотно, что дельфины не могут подплыть. Черепахи не злые, но до того неловкие, что, случается, кусают меня по пути. Эти гротескные создания кажутся сбежавшими персонажами из мультфильмов. Иногда они принимают мою спину или зад за привлекательную добычу. Еще хорошо, если челюсти отпустят сразу, да и то след все равно остается, потому что мощь их челюстей такая, что они способны дробить кораллы. Со мной случалось, что захватывали всю руку. Мгновенная реакция — немедленно ткнуть большим и указательным пальцами свободной руки в глаза животному; оно сразу разжимает челюсти. А так как вокруг меня постоянно находятся две или три черепахи и каждая весит по крайней мере 100 кг, это красивый спорт — держать их на дистанции, продолжая раздавать еду другим пансионерам. Время от времени я вынужден сильно бить их корзиной по голове, и в эти моменты Клоун развлекается, усложняя мне жизнь. Дело не в том, что она голодна — ее закармливают с утра до вечера, для нее это скорее игра, вызов: кто из нас двоих окажется коварнее. Эта игра заключается в том, чтобы заставить меня потерям как можно больше рыбы. И выигрывает чаще она, потому что у нес дар телепатии и она предвосхищает мои движения. Клоуну нравится играть яростно, увлеченно, но должен признать, что она всегда соблюдает основное правило — не кусать водолаза за пальцы. Ни Клоун, ни любой другой дельфин никогда не укусил за пальцы водолазов. Чего не могу сказать о других обитателях бассейна. Самые ужасные из них — мурены. У меня и сейчас на правой руке есть шрам от раны, из-за которой однажды ночью я прямиком попал в госпиталь. Я был укушен около полудня, в то время как совершал короткий подводный обход в окружении Клоуна и ее подруг. Опершись коленом о дно, я прикрывался корзиной, как щитом, и готовился, держа рыбу за хвост, предложить ее мурене, которая высунула большую часть туловища из расщелины между скалами и уже собиралась схватить добычу, как вдруг черепаха опрокинула меня. Зубы мурены, длинные и острые, сомкнулись на моих перчатках, и некоторые прошли сквозь металлические петли. Боль была сильная, и я мгновенно нажал на глаза животному большим и указательным пальцами, освобождаясь от его зубов. Зубы мурены, неровные, покрытые заразной слизью, неожиданным рывком вонзились мне глубоко в кожу. Так как я отказался от противостолбнячной инъекции, которую сразу же предложил врач, мне пришлось долго мучиться от ужасной боли во всей руке, и около двух часов ночи я все же вынужден был бежать в больницу.

вернуться

6

Дыхательный аппарат, называемый автором “замкнутая цепь”, — обычно кислородный дыхательный аппарат, где выдыхаемый воздух после освобождения от углекислоты и избытка водяных паров пополняется новыми порциями кислорода и снова поступает для дыхания подводника. К преимуществам относится прежде всего малошумность: воздух не выделяется наружу, а значит, отсутствует гирлянда воздушных пузырей, что важно для работы с морскими животными.

13
{"b":"303895","o":1}