ЛитМир - Электронная Библиотека

Она задрожала, но заставила себя перестать. Воспоминания вывели ее из равновесия, и она прижалась к Бонду, уткнувшись ему в грудь и тихо всхлипнув. Снова по ее телу пробежал холодок, и она опять вздрогнула.

Бонд был тронут историей ее переживаний, но ничего не сказал.

– При всей моей любви к жизни я хотела умереть, – сказала она. – Потом много месяцев я жила, как растение. Но потом... что-то будто щелкнуло. Я поняла, что должна сама себя вытащить из ямы. Страшно это говорить, но боюсь, что убийство отца встряхнуло меня и заставило вернуться в реальный мир. Кто-то должен был взять на себя руководство. – Она замолчала и отпила шампанского. – А ты? Что ты делаешь, чтобы выжить?

Правдивый ответ на вопрос был бы таков: он никогда не оглядывается на прошлое. Но Бонд не хотел так сильно раскрываться. И он вернул вопрос обратно к ней:

– Нахожу радость, – сказал он, – в великой красоте.

И в третий раз за эту ночь сплелись их тела. И на этот раз они затянули это на целую вечность.

8. Поездка на рассвете

Часа за два до восхода Бонд, не разбудив Электру, тихо вышел из комнаты. Он переоделся в черное, прихватил кое-что, что могло оказаться полезным, и выбрался наружу. Перед домом ходили два дежурных охранника. Бонд спрятался в нишу, пережидая, когда они пройдут, потом обежал дом вокруг, подпрыгнул, ухватился за ветку растущего у ограды дерева, перемахнул через ограду и спрыгнул с другой стороны. Потом побежал к пристройке службы безопасности, где был кабинет Саши Давыдова.

Автоматическая отмычка от Кью аккуратно вошла в дверь. По нажатию кнопки она послала в замок звуковые волы, раздался щелчок – и дверь открылась. Бонд вошел, закрыл дверь и запер ее за собой. Несмотря на два окна, в кабинете было совсем темно, и Бонду пришлось держать в зубах потайной фонарь, обыскивая столы и ящики. Ничего интересного – бумаги, несколько обойм, канцелярские принадлежности...

Он хотел было осмотреть большую сумку, стоящую под столом, когда в окна ударил свет фар. Всю комнату залило светом, но Бонд успел отступить и спрятаться в тени. Выглянув, он увидел "лендровер" со знакомой эмблемой Российского Министерства атомной энергетики. С водительской стороны вышел Саша Давыдов и настороженно огляделся. Бонд подумал, что вот человек, который не хочет быть увиденным. Еще он отметил, что у Давыдова перевязана рука и при нем кейс.

Давыдов вышел из поля зрения, и надо было действовать быстро. Звякнули в замке ключи, и дверь открылась.

Давыдов вошел в комнату и включил свет. В кабинете было пусто, но сквозь открытое окно задувал ветер. Ничего не подозревая, русский захлопнул окно и запер.

Бонд тихо поднялся с холодной и темной земли под окном и спрятался за "лендровером". Глядя в освещенные теперь окна кабинета, он увидел, как Давыдов достал что-то из кейса и положил на стол. Потом, взяв из ящика какой-то инструмент, стал возиться с этим предметом.

Бонд вернулся к машине и открыл заднюю дверь. Полный каких-то бумаг конверт лежал рядом с брезентом, накрывающим что-то большое. Приподняв брезент. Бонд слегка опешил. Это был труп пожилого человека с пулевым отверстием в голове.

Бонда отвлекла внезапная вспышка из окон пристройки. Поглядев, он увидел, что Давыдов держит на вытянутой руке "полароид" и снимает сам себя.

Думая, что бы это значило, Бонд вернулся к мертвому телу в "лендровере". Труп был одет в комбинезон с русской эмблемой на рукаве. Нагрудный карман был оторван – очевидно, там была табличка-удостоверение.

Дорогу пересек луч фонаря – возвращались охранники. Бонд прыгнул внутрь и аккуратно закрыл за собой дверь.

* * *

Давыдов вел "лендровер" к спрятанному в лесу аэродрому милях в восьми и дьявольски нервничал. Приходилось самому себе сознаться, что Ренар испугал его до смерти. И бедняга Арков... Он только и предложил, что отменить задание. Ему, Давыдову, надо быть очень осторожным, или он тоже получит пулю в голову. И не такую, как у Ренара.

Аркову хотя бы удалось достать "АН-12" – русский военно-транспортный самолет, который сейчас стоял на полосе, отлично освещенный. Вокруг него суетились люди в комбинезонах, некоторые на подмостках, налепляющие эмблемы Российского Министерства атомной энергии на фюзеляж и на хвост. По полю гулял прожектор, выискивая, нет ли здесь кого-нибудь, кого здесь быть не должно.

Давыдов подъехал к деревянному сарайчику, игравшему здесь роль административного здания, и припарковался рядом с кучей строительного мусора. Выйдя, он выглянул сквозь полосу деревьев, отделявших сарай от полосы. Самолет уже почти готов, и ему тоже лучше подготовиться.

Его ботинки простучали по бетону – это он обошел "лендровер" и открыл заднюю дверь. Теперь самое противное...

Он отбросил брезент и схватился за труп:

– Давай-ка на выход...

Голова трупа повернулась и улыбнулась. Давыдов ахнул.

Джеймс Бонд ударил его наотмашь, но попал только по касательной. Давыдов перекатился назад и выхватил пистолет, но Бонд оказался быстрее. Выстрел из "вальтера" с глушителем прозвучал как выдох, и Давыдов свалился на землю. Бонд вылез из машины, посмотрел сквозь деревья на самолет, потом припал к земле рядом с мертвым начальником службы безопасности. Разумеется, удостоверение мертвеца было у него на пиджаке. Свежий моментальный снимок Давыдова был грубо приляпан поверх того, что могло быть только фотографией мертвого прежнего владельца. Его звали Арков.

Бонд отстегнул карту и сунул в карман, потом поискал, куда спрятать тело. Под строительный мусор...

Он нагнулся поднять труп, но тут запищал сотовый телефон у Давыдова на поясе. Бонд застыл. Телефон зазвонил еще раз. Если Давыдов не ответит...

Бонд щелкнул кнопкой и сказал по-русски:

– Да?

На другом конце низкий голос произнес:

– 1-5-8-9-2. Как поняли?

– Вас понял. Был ли это Ренар?

– Конец связи.

Телефон отключился. Бонд пристегнул его себе на пояс и перекинул тело Давыдова через плечо. Полоса деревьев между полем и "лендровером" осветилась лучом фонаря. Кто-то идет!

Бонд сбросил труп в кучу строительного мусора как раз вовремя. Из деревьев вышел круп-ный русский в комбинезоне.

– Поехали! – сказал он. – Опаздываем! Увидев лицо Бонда и никого рядом с ним, он выразил удивление.

– Что с Давыдовым? – спросил он, готовый выхватить оружие. – Мне сказали, что он тоже должен быть.

– Он по уши в работе, – ответил Бонд по-русски. – Велел мне ехать одному.

Человек заколебался, но потом пожал плечами.

– Барахло с собой? Тогда поехали.

Бонд подошел к машине и заглянул в кузов. Что он должен взять? Там стояла сумка, которую он видел в кабинете, и еще конверт и кейс.

– Ну? – спросил человек.

Бонд взял сумку и конверт, который сунул во внутренний карман пиджака, и пошел вслед за человеком к взлетной полосе. Самолет прогревал моторы, и у людей был вид, будто они очень торопятся.

– Я Трухин, – сказал человек. – А вы – Арков?

Бонд утвердительно хмыкнул. Рабочие кончили обработку самолета. Теперь он с виду принадлежал министерству России. Пилот – тоже русский – озабоченно подбежал к Бонду.

– Опаздываете! – закричал он. – Сквок вы знаете?

Бонд недоуменно прищурился.

– Сквок! Коды ответчика! Если не дадим правильный код, нас собьют!

Бонд заколебался, потом вопросительно произнес:

– 1-5-8-9-2?

Пилот кивнул, потом оглядел его с ног до головы. Приподнял бровь, увидев костюмные брюки и туфли Бонда. И посмотрел тяжелым взглядом:

– А остальное? Подмазку взяли? Бонд понятия не имел, о чем это он. А пилот глядел вопросительно. Не имея другого выбора, кроме как рискнуть. Бонд открыл сумку. Там, к его облегчению, лежала коробка "Адидасов". Увидев их, пилот просиял:

– Превосходно!

"АН" летел на восходящее солнце со скоростью 482 мили в час, потом свернул на север че-рез Каспийское море на запад Средней Азии. Пилот в комбинезоне и новых "Адидасах" весело насвистывал в кабине.

19
{"b":"3230","o":1}