ЛитМир - Электронная Библиотека

Лина Элевская

Переплетая нити судеб

***

Он крался вдоль угольно-серой реки, покорно собиравшей опадавшие листья ив. Дождь превратил в паклю черные волосы, голод сделал кожу матовой, и теперь она плотно обтягивала кости. Глаза диковато поблескивали в темноте - лишь одна пара из десятков таких же сдвоенных бликов.

"Надоело".

Он удивился, поймав себя на этой мысли. До сих пор он просто шел вперед, не обращая внимания ни на что, кроме препятствий, преодолевать которые становилось все сложнее. "Надоело". Голод, усталость, незнакомая слабость. Дождь, холод. И больше всего река с ее бестолковым, тревожащим шепотом. Одиночество? Оно было единственным, что его вполне устраивало. Он не помнил иного.

"Надоело". Он посмотрел вдаль и пожал плечами. Река однажды кончится. А с ней и это странствие. До тех пор - дневки в лесу, в пещерах, в надежной тени скал. Это ненадолго. Что такое дни для того, в чьем распоряжении целая вечность?

Губы сами собой сложились в издевательскую ухмылку, и он снова удивился. Возможно, когда-то это движение было для них привычным. Когда-то? Когда? Разве были времена, когда что-то было по-другому? Когда не было леса, шорохов, реки?

Он нахмурился.

Вспомнить не удавалось. Словно его жизнь всегда была такой. Куда он шел? Перед глазами ярко вспыхнула картина: устье реки, скалистый берег, проход в ущелье. Нерукотворный, природный. Пройти будет нелегко, но нужно. Он справится. Надо потерпеть. Река приведет его к морю. К цели.

Кто он? Где он? Что это за цель?

Этими вопросами он не задавался.

Он шел вперед.

Глава 1

- Что, если он все вспомнит? - с сомнением уточнил мужчина, глядя в друзу из дымчатого кварца.

- Не вспомнит, - уверенно отозвалась женщина, взбивая бледно-золотистые, неестественно светлые кудри, обрамлявшие красивое лицо с изящными чертами. Выверенными, словно прорисованными десятки раз на бумаге и лишь затем вылепленными во плоти.

- Он может.

Женщина откинулась на один подлокотник кресла, легкомысленно забросив ножку на другой.

- Не может, мой дорогой Эндар, ничего он уже не может. Мы его поймали. Его память отрезана от сознания, ему доступны сейчас только самые примитивные реакции - на тепло, холод, звуки. Он обходится без питания уже третью неделю, но даже не понимает этого. Он чувствует голод, но не знает, как его утолить - и даже не пытается узнать. Разве такое поведение похоже на него прежнего?

Эндар покачал головой, но ничего не сказал, и в самом этом молчании сквозило сомнение.

- Дорогой мой Эндар, подумай вот о чем, - произнесла женщина другим, жестким и непререкаемым тоном. - Мы вытащили из него все, что он знал и умел. Ты сам подтвердил, что сейчас он немногим умнее обычного животного. Пришлось попотеть, но нам удалось. Он сам придет куда нужно - и придет достаточно ослабевшим, чтобы мы довершили начатое. У него лишь одна цель - та, которую дали ему мы, иную он не сможет ни представить, ни отыскать. Пусть песик немного погуляет. Тем послушнее он будет, когда наконец доберется до ущелья. В конце концов, это была проба - и она блестяще увенчалась успехом. В ущелье же начнется по-настоящему серьезная игра.

- А что, если по дороге он найдет себе... хм... еду?

Она снова рассмеялась. Высокий звук неприятно резанул по нервам - у нее был приятный голос, но в смехе всегда чувствовалась фальшь, звучащая неверной нотой. Хотелось поморщиться, но Эндар сдержался.

- Ты невнимателен, - нахмурилась женщина. - Я же говорила тебе, что место выбрано не случайно. Я вела его тропами, по которым ходят разве что олени. Люди считают Пепельную реку проклятой - из-за серого цвета ее вод, и никакая сила не заставит их подойти к ней или появиться в этих лесах. - В ее голосе послышался тоскливый восторг. - А знаешь, почему?

- Почему? - сглотнув, шепотом спросил Эндар.

- Потому, дорогой мой, что это название ей идеально подходит. В воды Пепельной реки был сброшен прах сорока тысяч людей и нелюдей.

- Так это просто похоронный обычай, - протянул он холодно, пытаясь казаться опытнее и сдержаннее, чтобы не выдать смутного беспокойства, вызванного этими словами.

- Ну что ты, милый. Если бы пепел сбрасывали равномерно в течение долгого времени, он бы оседал на дно, превращаясь в ил. Они погибли в один день. В один день были сожжены. И извилистая стена пепла снегом осыпалась в воду, медленно и печально! Туча развеялась полностью лишь через сорок дней! - она снова рассмеялась, поднялась и отошла к окну. - И благодаря магии смерти их прах навсегда заперт в этой воде.

- Как это вышло? - не веря своим ушам, произнес Эндар.

Женщина пожала плечами.

- Известно, как. Смертные сражаются за бессмертных, Эндар, это истина, на которой зиждется мироздание. Вот они и сражались. Пока не появился тот, кто разрушил все мои планы, испепелив мою славную армию, зачерпнув из смертей силу для весьма недурного, изящного заклинания и просыпав пепел над рекой! Он превратил мои нынешние владения в пустыню - часть моих людей он уничтожил, остальные ушли сами после его... весьма зрелищного фокуса с зачарованным прахом. Кто не успел уйти... у тех уже не было выбора. Ты же не думал, что этот купол появился тут сам по себе?

Эндар пошатнулся и схватился за стол. Он никогда не расспрашивал ее о подлинных событиях тех лет, полагая, что масштабное заклятье купола, заточившее ее в замке, сплеталось постепенно, несколькими магами... Но истинный размах и впрямь поражал. Проделать такое в одиночку! Какая сила! Но кто...

Он не понял, что произнес это вслух, пока его собеседница не рявкнула в ответ:

- Кто ж еще, как не Даскалиар Данком-Эонит Дариэт!

Император!

Это имя всегда будило в нем страх и ярость, которые жгли его каленым железом... и похоже, не его одного.

Холеное, точеное лицо исказилось от ненависти, в синих и безжизненных, как у куклы, глазах вспыхнул непримиримый огонь, алые губы скривились, обнажая идеальные жемчужные зубы. Однако уже в следующий миг женщина взяла себя в руки и очаровательно улыбнулась.

- Впрочем, эту проблему мы тоже скоро решим - как только разберемся с этим отродьем, - она кивнула в сторону кристалла.

Эндар тоже посмотрел на их общего врага, сейчас бездумно бредущего по берегу. Тот споткнулся, потерял равновесие и рухнул в воду, подняв тучу брызг. Пролежав без движения несколько секунд, он наконец забился в воде и кое-как выполз на берег. Бездумно поводил головой по сторонам, невидящим взглядом окидывая лес. Встряхнулся, выровнялся и двинулся дальше, яростно кашляя и чихая.

- Как бы он не сдох, не успев добраться до ущелья, - обеспокоенно произнес Эндар. - Или все наши старания пойдут насмарку...

- Этот? - презрительно выплюнула она. - Не сдохнет. Живуч, как настоящий пес.

- Он не бессмертный, Аэтана, - напомнил Эндар.

- И что с того?! - удивилась женщина. - Он из предтеч, а значит, так просто не умрет, его не убьет ни голод, ни холод, ни дорога, ни даже эта вода. Зато он ослабеет - а это нам и нужно для изящного завершающего штриха. Скоро связь сущности с телом ослабнет, сознание померкнет окончательно, и вот тогда... Маленький толчок в нужном направлении, верно приложенная сила - и у нас будет идеальная машина смерти, полностью покорная чужой воле.

- В конце концов, у его расы потрясающая способность к регенерации... - задумчиво произнес Эндар, отворачиваясь от кристалла. Там брел его враг, которого он ненавидел, но зрелище вызывало вместо злорадства невнятную жалость - ведь этот враг даже не осознавал, как низко он пал... Мало удовольствия в пытках, если жертва не способна понять, что ее истязают.

1
{"b":"552085","o":1}