ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Уже понятно, что Седжону предстоит перепрофилирование, возможно в промышленный город, и появление новых функций. Это связано как раз с тем, что потенциальные жители и работники не проживают в нем, а за счет хорошей транспортной доступности продолжают ездить из Сеула и пригородов на работу. Возможно, именно избыточное государственное регулирование не позволило городу стать самостоятельной городской структурой. А Сонгдо — достаточно успешный пример, если рассматривать его с точки зрения продажи недвижимости, несмотря на то что основная масса продаваемой недвижимости — это жилая, а не коммерческая, как задумывалось. Этот проект имеет все шансы быть реализованным.

Необходимо сказать и про не менее уникальный проект — Масдар в ОАЭ, первый безуглеродный город, наукоград. Фактически проект стагнирует, что связано, вероятно, в большей мере с общеэкономической ситуацией. Но учитывая, что город задумывался на 50–60 тыс. жителей и уже сейчас имеет образовательные связи с Массачусетским технологическим институтом, вероятность его реализации в будущем несколько выше, чем у южнокорейских аналогов, пусть и с неким отступлением от первоначального варианта.

Одним из важных и особенных примеров являются города-призраки в Китае. Так город Кангбаши, располагающийся в провинции Внутренняя Монголия, рассчитанный на миллион жителей, практически пуст, хотя план его развития реализован почти полностью. Только в нем нет ни жителей, ни экономического развития территории. По разным оценкам, население потенциального «миллионни-ка» составляет от 20 до 30 тысяч человек. Расчет инвесторов на его быстрое развитие не оправдался, несмотря на наличие на территории автомобильного завода и строящуюся электростанцию.

Как показывает опыт современных городских мегапроектов, город — это не только здания, архитектура, дороги, инженерные инфраструктуры, производства, экономическая активность и управление, но и жители со своими потребностями и видением его дальнейшего развития. Новые горожане — это новые поколения жителей, которые выбирают новые технологии, новые форматы занятости, но при этом ищут комфортные пространства для своего проживания. Именно жители определяют характер и жизнеспособность нового города в современных условиях, а в конечном итоге — и глобальную конкурентоспособность страны, где расположен город мечты.

Города будущего:

В КАКОМ МИРЕ ЖИТЬ?

«Если», 2015 № 02 - i_006.jpg

Уже сейчас больше половины мирового населения проживает в городах. К 2050 году доля горожан значительно возрастет. Ответы на вопросы, каким будет мир и каким будет город через 35 лет, во многом совпадают. Доклад «Future of cities: Living in the city», опубликованный в 2014 году, подготовлен в рамках форсайт-проекта правительства Великобритании, посвященного будущему городов. Исследование обобщает основные представления о городах будущего в виде четыре возможных сценариев,

Высокотехнологичный город

Чтобы представить этот сценарий, возьмите Дубай, Гонконг или Сингапур и добавьте больше небоскребов, отведите часть из них под вертикальные фермы[1], сделайте их выше, еще выше, заполните свободное пространство наземным и воздушным транспортом. Это типичный город будущего образца конца XX века. Социальный статус человека здесь определяется путешествиями и потреблением. Большая часть рабочего времени, досуга, семейной жизни, общения с друзьями проходит на ходу. Для деятельности человека неважно, где он находится. Города наполняются тщательно организованными общественными пространствами: всевозможными антикафе и коворкинг-центрами.

Высокотехнологичный город в фантастике:

Уильям Гибсон, трилогия «Муравейник», фильм «Пятый элементе, мультсериал «Футурама».

Цифровой город

Эта версия будущего объединяет существующие концепции «умных городов». С массовым использованием ЗЭ-печати на территорию города возвращается производство, что полностью преображает городскую жизнь. Отличительными чертами жизни становятся многочисленные экраны и интерфейсы. Многозадачность и информационная перегруженность приводят к снижению у людей способностей к длительному мыслительному процессу и развитию клипового мышления[2].

Размываются границы «реального» и «цифрового». Для жителей становятся равнозначными непосредственное человеческое общение, встречи дистанционно управляемых «дублей» и чисто виртуальное взаимодействие. Все большее число задач берут на себя специальные программы. Место автомобилей как символов социального статуса заменяют смартфоны и другие гаджеты. Появляются «цифровые кочевники» — люди, живущие в собственных передвижных домах, имеющих доступ к общей сети. Для них город — лишь остановка в пути, а не пункт назначения.

Море датчиков, образующих умную инфраструктуру, отслеживает поведение каждого человека. Становится доступной абсолютно любая личная информация.

Цифровой город в фантастике:

Роджер Желязны, Джейн Линдсколд «Доннерджек», Нил Стивенсон «Лавина», Уильям Гибсон, трилогия «Мост».

Город для жизни

Отдельные социальные практики, отличающие данное видение, сейчас успешно внедряют Портленд, Гонконг, Копенгаген, поддерживая развитие общественного и велосипедного транспорта. Это город сниженного энергопотребления, выстроенный на принципах низкоуглеродного общества[3]. Он состоит из связанных между собой самодостаточных районов. Сокращение количества обычных автомобилей здесь сопровождается ростом числа микро- и гибридных машин и велосипедов, в том числе электрических. В пространство города встроены зеленые территории, при этом он остается достаточно компактным. Развитие происходит за счет локальных инноваций, осуществляемых отдельными учеными, общественными объединениями, предпринимателями и аналитическими центрами.

Этот город отличается разумным уровнем жизни, несмотря на то что с точки зрения обычных экономических показателей большая часть населения может казаться заметно «беднее» жителей мегаполисов. Здесь полностью переосмысливается понятие «успеха», ценностями становятся живое общение и локальные достижения.

Город для жизни в фантастике:

Иван Ефремов «Туманность Андромеды».

Город-крепость

Мир «городов-крепостей» становится своеобразным возвратом в Средневековье. Богатая часть населения отгораживается от бедной, образуя укрепленные анклавы. При этом внешние территории превращаются в опасные дикие зоны. Можно ожидать появления большого числа инвазионных видов, в том числе травоядных и хищных животных, которые начнут заново заселять заброшенные городские пространства, превращая их в «городские джунгли». Сюда хорошо вписываются современные разработки компании Boston Dynamics — четвероногие роботы для перевозки людей за пределами города-крепости. Путешествия на длинные расстояния в таком мире рискованны и возможны только в случае, если люди или машины хорошо вооружены.

В этом варварском будущем нехватка нефти, газа и воды и периодические войны подрывают производство, энергетику, коммуникации и объекты инфраструктуры. Существенно ухудшается состояние окружающей среды. В итоге уровень жизни становится низким даже внутри городов-крепостей. Предвестником воплощения этого сценария называют судьбу промышленного города Детройта, США.

Город-крепость в фантастике:

Гарри Гаррисон «Неукротимая планета», фильм «Безумный Макс».

вернуться

1

Вертикальные фермы — многоэтажные агропромышленные комплексы, расположенные на городской территории. Рассматриваются в качестве панацеи, способной решить проблему обеспечения населения продовольствием.

вернуться

2

Клиповое мышление — особенность восприятия, при котором человек усваивает только короткие сообщения, поступающие через небольшие яркие образы, и не способен долго концентрироваться на информации.

вернуться

3

«Post-carbon city» — концепция экологически ориентированного городского развития, включающая отказ от ископаемого топлива и переход на альтернативные источники энергии.

16
{"b":"554755","o":1}