ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Подкована
Большая книга «ленивой мамы»
Оракул Ленорман за чашкой кофе
Все изменяют всем. Как наставить рога и не спалиться
Рассказ Служанки
Китайское искусство физиогномики
Что скрывает кандидат?
Выжить любой ценой
Репортаж из петли (сборник)
A
A

Радоев. Он недоумок. Вот хочу к матери его отправить, в кишлак обратно. Пусть там живет.

Густери. А я про него совсем другое слышал. Видишь, какой у тебя сын, даже я, Арбен Гусеница, уже о нем слыхал. Говорят, он у тебя умеет прорицать будущее? Кого нарисует, тот и умирает, так, что ли? Ты, в общем, всю эту мистику мне брось! Слышал я и про массовые галлюцинация, и про этих пресловутых дэвов, которые якобы должны вырваться из древней гробницы! Дэвы дэвами, а линия простаивает, и в том числе и из-за тебя, между прочим! Надо же — дэвы! Кретины!!! Мальчишка их перепугал! В горы идти боятся!

Радоев. Да я сам, Арбен, стараюсь убедить сотрудников в том, что это чистая ерунда. Только ведь мои люди большей частью узбеки, мои соотечественники, они воспитаны на суевериях, и никакое образование не может вытравить из них…

Густери. Значит, так. Или ты сам переубедишь всех своих в том, что никаких дэвов не существует, а существует необходимость найти золото, заныканное Ламбером, а также оборудование и товар. Или я сам займусь всем этим плотно, и тогда ты сам предпочтешь дэвов, чем передо мной ответ держать. Подходит тебе такое, а, Рашид? Тем более что я давно собирался навестить родные места… В последнее время в Европе как-то не очень уютно, знаешь ли…»

Рашид Радоев был крупный, не по-восточному рослый, и широкоплечий мужчина. В представлении россиян узбеки — это нечто довольно щуплое, обязательно в тюбетейке и на ишаке. Или же — существо на восточном базаре, гортанно выкрикивающее какие-то незамысловатые слова и энергично размахивающее рукавами пестрого халата. Наконец, имеется такое понятие, как фирменный узбекский ресторан, а там все по традиции: златотканые халаты официантов, печь-тандыр, пение дутаров…. В общем, представление, скорее, мифическое, потому что с узбеками русские сталкиваются теперь куда реже, чем, скажем, с азербайджанцами, грузинами или дагестанцами. Так вот, Рашид Радоев был этнический узбек, и в то же самое время он был очень современный, трезвомыслящий и прагматичный человек. В свои неполные сорок лет получил звание подполковника, но не это составляло основную ценность его жизненного статуса. А что? Мало какой подполковник имеет выкупленный а личную собственность дом в центре города, отремонтированный под евро и вообще в высшей степени уютный. К тому же этот дом был у Радоева уже тогда, когда он был майором. Просто майором. Да что уж скромничать? Даже когда он был еще капитаном, половина дома, правда, тогда еще не отремонтированного, принадлежала ему, а вторая половина рано или поздно прилепилась бы к первой, как магнит. В недрах подвалов этого дома у Рашида Радоева стояли три автомобиля. Кроме того, была у него и дача, и толстенький банковский счет в евро и долларах. Конечно, не такой толстенький, как хотелось бы, но большинству узбекских обывателей и это показалось бы завлекательным до чрезвычайности.

Но следует признать, что основное счастье Рашида Радоева, подполковника Самаркандского управления внутренних дед, состояло не в доме, не в гаражах с машинами, не в загородной даче и даже не в банковских счетах. Основное счастье подполковника Радоева состояло как раз в том, что никто не спрашивал, ОТКУДА все это взялось у него, простого «подпола», недавнего майора. У ментовского чина, чья официальная зарплата составляла едва ли сто пятьдесят долларов (в переводе с узбекских сумов). Собственно, в том и состоял гражданский вес Рашида Мансуровича, что все окружающие просто стеснялись задавать такому хорошему, такому уважаемому в народе человеку, как Радоев, столь глупые и нескромные вопросы. Причем скромничали даже те, кому, по идее, полагалось спросить. К примеру, налоговые органы. Впрочем, налоговые инстанции в Узбекистане — это вообще непонятная структура. Собственно, Радоев и не старался понять суть их работы: не до того. Своих забот полон рот.

Заботы у Радоева были еще те. Несмотря на то что его деятельность ограничивалась рамками правоохранительных органов, пестроте его занятий мог позавидовать — и позавидовать недоуменно — любой, кто мало-мальски смыслит в структуре силовых ведомств. На своем веку Радоеву приходилось работать и экспертом-криминалистом в обыкновенном районном управлении внутренних дел, и начальником отдела уголовно розыска, и таможенником. В данный момент Радоев как раз этим официально и занимался. Он был начальником таможенного терминала в Самаркандском аэропорту, а стало быть, земным богом для всех улетающих и прилетающих. По совместительству он курировал нескольких офицеров из погранохраны, застолбивших за собой делянку в аэропорту и окучивающих пассажиров с помощью одного и того же утомительного вопроса: «А где вы регистрировались?»

Впрочем, мздоимство и порой откровенное вымогательство под твердой дланью государства были легальной частью деятельности замечательного подполковника Рашида Радоева. Что же касается нелегальной… о, Рашид Радоев прекрасный, всеми уважаемый человек! Зачем говорить о каких-то теневых его заработках и, следовательно, порочить имя честного гражданина Узбекистана? Радоева все уважают. Достаточно сказать, что ему, этническому узбеку, удалось выбиться в люди в такое время, когда в его родной стране все ключевые посты распределены между таджиками. Рашид Радоев не любил таджиков, но работать приходилось в основном с ними. Все оттого, что таджики значительно предприимчивее и образованнее узбеков, и в то время, как большая часть узбекского населения с грехом пополам изъясняется с собственным ишаком и живет в утлом городском совковом домишке или вообще в кишлаке, в хижине, многие таджики свободно владеют и узбекским (государственным), и русским, и фарси (литературным персидским). И, естественно, дари (таджикским). Почтя все чиновники и бизнесмены — таджики. Да что чиновники и коммерсанты, если сам президент Узбекистана этнический таджик! Так что достойно уважения то, что бедному узбекскому мальчику из горного кишлака удалось выйти в люди и обеспечить доверие и уважение к себе.

Рашид Радоев снял с себя полосатый халат, швырнул его на руки стоявшему за его спиной мальчику. А потом, коротко выдохнув, нырнул с бортика бассейна прямо в прохладную, безмятежно-голубую и кристально чистую воду. По крайней мере, такой она казалась самому Радоеву. Ухая от удовольствия, он проплыл метра три на спине, выставив над поверхностью воды свой крупнокалиберный, несмотря на относительную молодость, волосатый живот. Посреди бассейна плавал небольшой надувной матрасик, и подполковник, сочтя, что он размялся уже достаточно, вскарабкался на него, подмяв всей своей тушей так, что плавсредство полностью ушло в воду, лишь уголки торчали.

— Эй, вина налей! — крикнул он мальчику. Мальчик был его сыном, но это нисколько не мешало уважаемому Рашиду Мансуровичу обращаться с ним как со слугой. Да и мать мальчика не протестовала. Еще бы она попыталась протестовать, глупая и темная женщина, которую он вытащил из такой глухомани и облагодетельствовал!.. Вполне современный во многих других отношениях человек, в женском вопросе Рашид Радоев был вполне законченным и состоявшимся мракобесом. Собственно, женщина и не человек даже, полагал он. Да пребудет милость Аллаха!..

Мальчик налил вина и, бросившись в воду, ловко поплыл, держа над собой поднос с чашей вина и легкими закусками. Собственно, другой еды и не требовалось: недавно Радоев плотно поужинал. Зная обильность здешних обедов, следует удивляться, как гражданин подполковник еще умудрялся держаться на воде.

Радоев выпил вино и откинулся на спину. Он неотрывно смотрел в потолок, и это его успокаивало. Радоев был взволнован. Впрочем, нет. Слово «взволнован» не подходит к такому упитанному человеку. Точнее будет сказать, что подполковник Радоев был озадачен. Только что ему звонили из «Афросиаба». Неужели Бахрам, этот толстый кривоногий служка, этот льстивый таджик, все-таки прав? Неужели в самом деле пожаловал Леон Ламбер, тот французский археолог, что в прошлом году умудрился разозлить самого Эмира? При воспоминании об Эмире по толстокожей спине Радоева и по всему его телу пробежали мурашки. Радоев хорошо помнит, кому он обязан и всем тем, что его окружает, и своими привилегиями, о которых и близко мечтать не может большинство ему подобных, и даже те, кто в большем звании. Эмир… кажется, его сейчас нет в Самарканде. Впрочем, он может оказаться в Ташкенте. Или в Москве. Или в Париже, а может оказаться за стеной и ожидать, пока он, Радоев, выберется из своего бассейна. Радоев шевельнулся и едва не соскользнул в воду вместе с опустошенной чашей. Эмир, проклятый хитрый таджик!.. Позвонить ему? Сообщить, что получены важные сведения о человеке, так его интересовавшем? О человеке, который своим загадочным исчезновением переполошил уважаемых людей от Ташкента до Москвы?.. А если это не Леон Ламбер? В любом случае, прежде чем сообщать что-либо Эмиру (да возьмет его шайтан!), нужно самому тщательно убедиться в подлинности информации.

39
{"b":"555392","o":1}