ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тобол. Мало избранных
Любовь яд
Перевал
О чем говорят бестселлеры. Как всё устроено в книжном мире
Фаворитка Тёмного Короля
Школа Делавеля. Чужая судьба
Поденка
Физика на ладони. Об устройстве Вселенной – просто и понятно
Девушки сирени

По ту сторону Алой Реки

Василий Криптонов

Дизайнер обложки Асель Мухитова

© Василий Криптонов, 2017

© Асель Мухитова, дизайн обложки, 2017

ISBN 978-5-4485-2404-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1

Вы должны слушаться

На заре времен люди нередко убивали вампиров, причем, без существенного численного перевеса. Тогда вечность дала вампирам возможность укрепить позиции. В отличие от смертных, они могли столетиями наблюдать и делать выводы. Так складывалась система управления, которую вернее назвать системой порабощения.

Система эта в основе имела тот непреложный факт, что люди умирают и рождаются, в то время как вампир существует постоянно. Это давало вампирам преимущество: они могли предостеречь людей от ошибок и направить по верному пути. Но куда мы направили людей?

Герцог Освик Вэссэлот «По ту сторону Алой Реки»

Глава 1

Санат

Левмир, двенадцатилетний мальчишка, томящийся от жары, поднимал из колодца ведро с водой, когда на единственной дороге, ведущей к деревне, появилась запряженная двумя лошадьми повозка. Он замер, позабыв про жажду. Янтарного цвета глаза следили, как двое незнакомцев, соскочив на землю возле заколоченного дома, о чем-то заговорили. Один объяснял, второй больше слушал, кивал, пока рассеянный взгляд скользил по улице.

Возница Левмира не заинтересовал – обычный. Спрыгнув на землю, сразу слился с пейзажем. Может, из соседней деревни? Но до нее не меньше семи дней езды. Что вытащило его в такую даль? Причиной, должно быть, являлся пассажир, который и привлек внимание Левмира.

Высокий стройный мужчина с очень уж бледным для разгара лета лицом казался не то грустным, не то раздраженным. Хмурится, слушая слова возницы. Холщовая одежда самая простая, но чистая и свежая, будто только пошита. Когда он поднял руку, прикрывая глаза от солнца, Левмир заметил: подмышкой, там, где у всех мужиков в это время года расплывались огромные мокрые пятна, сухо. Этот человек не казался своим.

Разговор подошел к концу. Возница запрыгнул на повозку и, один за другим, подал мужчине три объемистых тюка. Потом хрипло каркнул лошадям, и повозка, развернувшись, выехала из деревни.

Оставшийся в одиночестве мужчина заметил Левмира. Рука поднялась в шутливом приветствии, он даже подмигнул, приглашая к знакомству, и Левмир почувствовал к незнакомцу расположение. Будто его ладонь проникла в голову и выдернула оттуда все подозрения и недоверчивость.

Левмир поставил ведро на край колодца, зачерпнул ковшом, и ледяная вода освежила пересохшее горло. Тащить воду домой он не собирался – до вечера все равно станет теплой. Лучше подождать возвращения матери.

Утолив жажду, Левмир вновь наполнил ковш и пошел с ним к мужчине. Тот не смотрел на мальчика – легко, как листы от старой книжки, отрывал доски, закрывающие окна и двери. Левмир вспомнил, как мужики заколачивали дом – после того как друг за другом, с разрывом в несколько дней, умерли старые Осбар и Орвала. Детей у них не было – не сложилось. Вот и остался дом никому не нужным.

– Попьете, с дороги? – спросил Левмир, протягивая ковш.

Мужчина обернулся. Вблизи черты его лица производили скорее приятное впечатление, но выражение безграничного уныния, быстро сменившееся улыбкой, озадачило мальчика. Улыбка оказалась хорошей, от нее словно засияло все лицо. Мужчина кивнул, подавшись немного вперед, так, что Левмиру почудилось, будто он попытался поклониться, но в последний момент передумал. Взяв ковш, мужчина сделал пару глотков. Не похоже, что его мучит жажда, скорее просто не хочет отказывать мальчику.

Пока незнакомец пил, Левмир рассмотрел его ладони. Чистые, белые, с длинными пальцами. Можно подумать, эти руки никогда не знали тяжелой работы. Но как легко он отрывал доски от окон!

Мужчина вернул ковш. Левмир посмотрел незнакомцу в глаза, снизу вверх. Похоже, тот чего-то ждал, и Левмир, повинуясь интуиции, отпил воды. Мужчина улыбнулся.

– Знаешь, что давным-давно люди могли считаться друзьями только после того, как разделили воду из одного сосуда? – сказал он мягким, сильным голосом.

– Нет, – пожал плечами Левмир. – А откуда вы такое знаете?

– Читал. – Мужчина продолжал, улыбаясь, рассматривать собеседника.

– В книжке?

– Конечно. Ну что ж, паренек, давай знакомиться? – протянул руку. – Меня зовут Санат, я из деревни к югу отсюда.

– Левмир, – представился мальчик.

Рука Саната оказалась приятно-прохладной и сильной. Левмир почувствовал неловкость за свою мозолистую, исцарапанную ладонь.

Покончив с церемониями, Санат продолжил отрывать доски. Левмир подергал одну – не шелохнулась. Прибивали на совесть.

– Дай-ка, – подвинул его Санат.

Одной рукой дернул доску, и гвозди со стоном выскочили из стены.

– Вы кузнец? – вдруг спросил Левмир.

– Я? Ничуть не бывало. Почему так подумал?

– У нас кузнец Балтак есть, так он тоже сильный – подковы пальцами гнет.

Санат замер. Тонкие губы шевельнулись, будто произнося беззвучное проклятие. Последние три доски оторвал двумя руками.

– Запомни, Левмир, – сказал Санат, – мужчина должен быть сильным, чтобы защитить себя и близких.

– От кого защитить? – засмеялся Левмир. – Неужто у вас, на юге, дерутся?

Драки в деревне случались редко, и все больше оканчивались парой-тройкой тычков и смехом. За порядком следили староста с помощниками, а уж они-то наказывали так, что в другой раз кулаками махать никому не захочется.

Санат не ответил. Толкнул дверь, переступил через порог и поманил за собой Левмира.

Дом встретил гостей затхлым горячим воздухом. От шагов поднималась пыль, покрывшая скрипящие половицы. Душно, темно и пусто. Из всей обстановки сохранилась лишь печь, да лежак, приколоченный к полу. Остальное растащили по домам мужики, прежде чем заколотить дверь.

Санат открыл окна. Дом заполнился светом, но свежее не стало – погода тихая, ни ветерочка.

– Здесь жили старики? – спросил Санат.

Левмир кивнул.

– Ясно. Нет ничего омерзительнее запаха старости. Будь старикам присуща та мудрость, которую им приписывают, они бы не доживали до такого состояния.

Левмир содрогнулся от бесчувственности высказывания.

– Разве на юге солнце не светит? – спросил, чтобы переменить тему.

– Ты о чем? Солнце везде светит одинаково.

– Вы такой бледный…

– Ах, вот оно что… – засмеялся Санат. – Я сюда не из деревни, парень. Из города.

– Из города? – распахнул глаза Левмир. – Вы там жили? Видели вампиров? Какие они?

– Видел, видел, – вздохнул Санат, падая на лежак. – Понимаешь, Левмир, в городе я сидел в тюрьме. А туда солнце редко заглядывает.

За двенадцать лет жизни Левмир не встречал человека, который сидел бы в тюрьме. Он даже не знал, что нужно такого натворить, чтобы оказаться в тюрьме.

– Как же вы так? – пробормотал он.

Санат рассмеялся, но как-то не весело.

– Какой ты любопытный, парень. Часом, не староста?

– Нет, – мотнул головой Левмир. – Сын его.

Взгляд Саната задержался на лице мальчика.

– Интересно встретились. Скажи тогда, как твоего папку найти? Мне бы с ним поговорить. Я ведь жить здесь буду.

– А кто вам разрешил? – вырвалось у Левмира.

Санат не стал его одергивать.

– У меня бумага от лорда Эрлота, которому принадлежит деревня, – сказал, оглядываясь по сторонам, будто искал что-то. – Ах, да, я забыл вещи.

Санат вышел на улицу, Левмир сделал шаг следом.

– Лорд Эрлот? – переспросил он. – А разве наш хозяин не герцог Освик?

Санат занес два тюка, бросил их на лежак, видно, избегая пыльного пола. Лицо помрачнело.

1
{"b":"594070","o":1}