ЛитМир - Электронная Библиотека

– Что значит, «не хочу»? – Девчонка нахмурилась и топнула ножкой. – Я так сказала! Слушайся меня!

Левмир шагнул назад, потом – еще раз. Глаза И раскрывались все шире и шире. Она будто поверить не могла, что ей осмеливаются перечить.

– Ты! – крикнула она. – Да я тебе… А ну стой! Сейчас как врежу по голове – будешь знать! Дрянной мальчишка!

Левмир пошел обратно. Когда И принялась сыпать угрозами, ему стало легче отделаться от ее чар. Она ведь не подруга и не родная, она даже не взрослая, чтобы выслушивать такое. Спрятавшаяся было гордость всколыхнулась в груди.

Ругаясь, И шла следом. Потом принялась забегать вперед, смотреть в глаза. Левмир молчал. На лице девчонки читалось безграничное удивление, смешанное со злостью. Она не могла понять, почему ее не слушаются. Левмир ее пожалел. Глупая, избалованная. Откуда только взялась такая?

На полянке И решительно выскочила перед Левмиром, расставив руки в стороны.

– А ну, стой! – крикнула. – Подожди, не уходи. Давай поговорим, хорошо? Ну вот, садись сюда, на бревно.

Левмир, подумав, подчинился. В конце концов, ему все еще было интересно, зачем И хотела увести его в чужую деревню. Девочка присела на небольшом расстоянии, зеленые глаза смотрели в лицо мальчику. Тихо журчал ручей, пищали комары. Левмир поежился – холодало.

– Ты что, жить не хочешь? – голосом, все еще звенящим от обиды, спросила И.

– Хочу, – признался Левмир.

– А почему тогда не слушаешься?

Левмир отвернулся. Эта нелепая угроза ему совсем не понравилась. Как будто внезапно все волшебство рассеялось, и перед ним оказалась самая обычная девчонка, правда, непонятно, как и откуда появившаяся. Может, из соседней деревни и сбежала? Дурная какая-нибудь.

– Ты мне все усложнил, – вздохнула И. – Я же не могу постоянно сюда мотаться и ждать, чтоб ты все увидел и послушался.

– А я, может, не хочу тебя слушаться, – буркнул Левмир.

– Хочу, не хочу… Кто ты такой, чтобы выбирать? Вы должны слушаться нас.

– Кто мы? Кого – вас? – недоумевал Левмир.

– Ну, вы, люди.

Она говорила серьезно, и мальчик снова вспомнил слова Саната: «Она не человек, вот что тебе нужно знать. Люди для нее – забавные игрушки и только. Тебе может показаться, что она с тобой дружит, но это не так. Если повезет – поиграет и бросит. Не повезет – домой ты не вернешься».

– Мне про тебя Санат все рассказал, – заявил Левмир.

– Все рассказал? – Теперь девчонка, кажется, испугалась. – Он дурной, что ли, совсем? Что он рассказал?

– Что ты – фея.

После недолгого молчания девчонка расхохоталась так, что упала с бревна и скатилась почти до самого ручья. Левмир бросился к ней – как бы эта полоумная не утонула! Но И не собиралась тонуть. Вскочила, вытирая слезы, выступившие от смеха, отряхнула накидку. Вернулась на бревно.

– Ну и ладно, – воскликнула И. – Ну и пусть я – фея. А этот твой Санат тогда – черт самый настоящий. Ерунды какой-то наговорил, а я помочь хочу. Спасти тебя.

– От донации?

– Чего? – навострила ушки девчонка. – От какой донации? Тебе же рано еще.

Левмир рассказал об известии, что принес из города отец. Веселье с И как рукой сняло.

– Это опасно для вас? – спросила.

– Что?

– Ну, это. Крови столько отдавать.

Левмир пожал плечами. Захотелось похрабриться перед девчонкой.

– Переживем как-нибудь, – сказал, копируя вальяжные интонации Саквобета. – Вампиры ведь понимают, что делают.

Девочка посмотрела ему в глаза. Теперь она сидела рядышком, и мальчик ощущал приятное волнение.

– Боишься? – Голос стал почти нежным.

– Боюсь, – прошептал мальчик, позабыв все заготовленные высокопарные фразы.

– А почему тогда бежать не хочешь?

– Как так – бежать? – удивился он. – А отец? А мать?

– Их найдут. А тебе одному проще. Тебе ведь не обязательно… Ну, дожидаться до конца. Я бы тебя спрятала.

Левмир смутно ощущал, что девчонка говорит о какой-то другой опасности, может, совсем не связанной с повышением кровавого налога. Она ведь, кажется, узнала об этом только сейчас.

– От чего ты хотела меня спрятать?

Отвернулась. По лицу заметно, как она пытается на что-то решиться. Но в конце концов губы плотно сжались.

– Хорошо, – сказала девочка, поднимаясь. – Послезавтра твоя первая донация, тут уж мы ничего не сделаем. Но в ночь перед следующей, через неделю, приходи сюда опять. Придешь?

– А ты не будешь пытаться меня увести?

– Нет. Подарю тебе кое-что. Ладно, пока. Не забудь, через неделю!

Легкая, изящная, она не убежала, а упорхнула в чащу леса. Миг – и будто бы не было никогда никакой И, лишь тонкий приятный аромат, постепенно рассеивающийся, напоминал о ней.

Левмир медленно шел домой с глупой улыбкой на губах. Снова и снова ловил себя на том, что перебирает в памяти картинки из этих двух встреч с И. Вот она висит на ветке вниз головой. Вот играет с водой в ручье, думая, что никто ее не видит. Весело прыгает, уводя его в чащу… Левмир уже скучал, только не хотел себе в этом признаться.

Глава 3

Лорд Эрлот

Словно насмехаясь над хмурыми мужчинами, вышедшими с утра в поля, солнце жарило сильнее прежнего. Задолго до полудня даже самые крепкие и привычные женщины предпочли скрыться в тенях повозок, обмахиваясь платками и соломенными шляпами. Десятки пар глаз смотрели на небо в тщетной надежде увидеть хоть облачко. Но предсказанная Санатом буря пришла и ушла, будто единственно для того, чтобы проветрить ему жилище.

– Ну вот и скажи мне, что этот лорд Эрлот – нормальный человек! – ворчал Саквобет, обращаясь к Санату. – Надо думать-то, а? Вот поедут бабы завтра кровь сдавать, а потом? Что им тут, подыхать, что ли?

– Он не человек, – ответил Санат, выдергивая сорняки. – Он вампир.

– Да какая разница? Голова-то на плечах должна быть, нет? Угробит деревню, откуда потом кормиться будет?

– Ему есть откуда кормиться, – проворчал Санат. – Плевать он хотел на эту деревню.

Саквобет покосился на собеседника, сорвал тоненькую травинку и скрутил между пальцами.

– И что же нам делать?

Санат повернулся к нему. В глазах, обычно спокойных, вспыхнул гнев.

– Подыхать.

Все, кто слышал ответ, промолчали. Один Саквобет не унимался:

– Да ну, брось! – махнул рукой. – Не совсем же там дураки сидят. Наверное, понимают, что к чему. Ну, мало ли. Ну, может, надо так, а? Зубы стиснем, да перетерпим, а потом все вернется…

Когда солнце вошло в зенит, Санат отозвался, и, хотя минуло не меньше часа, каждый понял, что он отвечает на слова Саквобета:

– Это у нас все возвращается и повторяется. У вампиров нет такого, у них – движение вперед. Если выдержишь сейчас – значит, справишься и завтра. А раз так – можно давить дальше. Никто не повернет назад, увидев, сколько крови можно получить с деревни.

– Так если в деревне все помрут, крови больше не будет!

– Новых заселят. С ними чуть помягче будут – чтоб сразу не передохли.

Работа не клеилась. С похмелья на жаре и так не больно-то приятно, а после мрачных разговоров мужики вовсе загрустили. Вяло ползали между рядами посадок, обливаясь потом, и материли сорняки, солнце, да лорда Эрлота. Наконец, женщины позвали обедать.

Исвирь, то и дело заправляя под платок выбивающиеся прядки волос, отыскала Саната сидящим возле повозки в одиночестве. Вчерашние собутыльники побежали к ручью за водой. Встав неподалеку, девушка покраснела и попыталась откашляться, чтобы привлечь внимание. Вместо кашля вышел странный писк, но Санат повернул голову.

– Хотела чего?

– Поздороваться, – пролепетала Исвирь.

– Здравствуй. Да ты садись, чего стоять-то на солнцепеке, – предложил Санат, устыдившись нечаянной грубости.

Исвирь села на землю рядом с ним. В руках глиняный кувшин, плотно заткнутый пробкой. Протянула его Санату.

– Вот. Тебе…

– Что это? – Санат принял сосуд и осмотрел его. Обычный кувшин, но с узким горлышком, видимо, специально изготовленный для какой-то цели.

8
{"b":"594070","o":1}