ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Обойдешься, – ответила я предательски дрогнувшим голосом.

Я почувствовала, что мужчина прижал меня к стене всем телом. Внезапно он впился мне в губы оглушающим поцелуем, от чего я мгновенно распахнула глаза, уставившись в его колючий взгляд. Его свободная рука скользнула ко мне в штаны, смяла белье, и пальцы беспардонно пробежались по моему лону. От его прикосновения перехватило дыхание, а сердце словно собралось выскочить из груди. Маркус не спеша оторвался от моих губ и поднес к глазам ладонь.

– Надо же, кое-кто пытался меня обмануть, – он сомкнул указательный и большой пальцы и разделил их. Между ними протянулась блестящая влажная нить, выдающая меня с головой. Мои щеки вспыхнули так, что ими можно было бы осветить пару кварталов. – И что же мы будем с этим делать? – Маркус с усмешкой уставился мне в глаза. Я нервно облизнула губы.

– Еще раз прикоснешься ко мне там – и я закричу, – выдавила я из себя. Улыбка Маркуса стала еще шире, напомнив мне голодный звериный оскал.

– О да, кричи, маленькая лживая шлюшка. Обожаю, когда женщины со мной кричат. Только вот стражники прекрасно осведомлены о моих методах допроса подозреваемых, так что никто на твой писк не прибежит. Именно благодаря мне в этом городе такой низкий уровень преступности. Я своими руками вытравил всю грязь отсюда, очистив его. Думала, вечно сможешь двуличить перед всеми? Со мной такое не прокатит. Я даже пока что не придумал, по какой статье тебя пустить. Измена родине? Шпионаж? Или вовсе терроризм? Но одно я знаю точно. – Маркус наклонился к моему уху и прошептал: – Ты мой билет на поезд продвижения по службе. – Он отстранился от меня и добавил: – Даже немного жаль, что ты в моем вкусе. Ведь с преступницей мне не позволят связываться личные убеждения.

– Какое счастье, – выдохнула я, серьезно напуганная его угрозами. – А то пришлось бы придумывать, как от тебя отделаться.

Маркус скривился и открыл, было, рот, чтобы мне ответить, но его прервал настойчивый стук в дверь. Мужчина мгновенно опустил меня на пол, все еще держа за наручники, и повернулся к двум вошедшим бритоголовым амбалам, одетым во все черное и похожим друг на друга как две капли воды. Даже темные круглые очки были словно куплены в одном магазине.

– Чем обязан? – произнес Маркус ледяным тоном.

– Мы ее забираем, – констатировал один из них, указывая на меня. У меня сердце ушло в пятки. Это были посланцы Кредиториума. По мою душу.

– Эта преступница была задержана на вверенной мне территории и находится в моей юрисдикции. Я несу ответственность за нее и…

– Отлично, – прервал его один из головорезов.

Он вскинул руку и выстрелил чем-то в Маркуса. Тот лишь дернулся и упал на пол. Я не успела даже повернуться, как что-то болезненное впилось мне в шею, и я потеряла сознание.

Глава 4. Переворот.

Голова невообразимо болела. Я с трудом открыла глаза, не в состоянии в полумраке понять, где нахожусь. Пол подо мной мягко покачивался, и крошечное темное помещение было наполнено равномерным механическим гулом. Я осторожно прижала ладони к вискам и сморщилась от оглушающей мигрени.

– Очнулась, наконец? – спросил меня знакомый голос.

Я бросила взгляд на фигуру Маркуса. Он сидел на полу передо мной, откинувшись на стену, и внимательно на меня смотрел.

– Что… где мы?.. – с трудом простонала я. – Что это за короб? Мы в повозке?

Маркус тихо хмыкнул.

– В повозке, как же. Это транспорт для перевозки заключенных. И по твоей вине я тоже здесь застрял. Меня взяли, по-видимому, посчитав твоим поручителем. – Он поднял руку, и только тогда я увидела, что мы были скованы вместе металлическим тросом с мой палец толщиной и не менее метра длиной.

– Транспорт? Сколько мы уже едем? – я оглянулась и увидела дверь, в которой было несколько щелей наверху, и из которых с трудом пробивался свет. Маркус задумчиво склонил голову к плечу, словно к чему-то прислушивался.

– Думаю, около суток. И дальше я ехать не горю желанием. Мне нужна твоя помощь. Пора отсюда выбираться, – добавил он, вставая с пола. Я с трудом последовала его примеру.

– Что будем делать? – уточнила я, приваливаясь обратно к стене, оглушенная головной болью. Она медленно начинала отступать, но все еще не отпускала меня полностью, время от времени ударяя изнутри по вискам. – Покричим?

– Нет, крики не помогут, – мотнул головой Маркус. Он прижался ухом к стене и начал выстукивать какой-то ритм пальцем. – Старая модель, в ней есть небольшой недосмотр. Эту колымагу можно раскачать так, что наши надзиратели будут действительно вынуждены остановиться и проверить, что мы тут делаем. – Маркус повернулся ко мне и отошел от стены. – Наваливайся на ней всем весом с моей частотой. – Он ударил плечом в стену и снова посмотрел на меня. Я сморщилась, представляя, как эти удары отдадутся у меня в голове.

– Но у меня голова болит. Может, ты сам как-нибудь?

– Если мы доедем до пункта назначения, у тебя уже нечему будет болеть! Делай, как я говорю! – зашипел на меня Маркус громким шепотом, видимо, опасаясь, что нас может услышать водитель.

– Ладно, ладно!

Я нехотя последовала его примеру. Мы отходили от стены на пару шагов и наваливались на нее вновь и вновь. Дурацкий металлический трос, держащийся за браслет на моем правом запястье, постоянно лупил меня по бедру. Я заметила, что кузов и вправду начал раскачиваться все сильнее, а недра транспорта угрожающе зарычали и начали пощелкивать в ответ на наши действия. Я отбежала в очередной раз от борта и ринулась на него.

– Стой! – воскликнул мне вслед Маркус.

– Что? – спросила я, уже привалившись к борту, как почувствовала, что он увлекает меня куда-то дальше за собой.

– Зачем ты это сделала, мы сейчас перевернемся! – Маркус встал рядом со мной и подобрался, готовясь к удару.

– Надо было раньше меня остановить! – огрызнулась я в ответ.

Транспорт заскрипел и завалился на бок. Глухой удар и металлический скрежет проехался по ушам, а резкая остановка бросила меня на Маркуса, немного смягчив падение. Он мгновенно оказался на ногах и потянул меня, еще оглушенную, за собой вверх.

– Проклятый трос, как же он мешается. – Маркус озлобленно рванул левой рукой, и я чуть не упала на него, с трудом удержавшись на ватных ногах. – И ты тоже мешаешься! – Теперь он вызверился на меня. – Постарайся двигаться с моей скоростью и не путаться под ногами!

– Куда двигаться? Что ты собираешься делать? – спросила я. Маркус подхватил меня подмышки и поставил за своей спиной.

– Замолчи, я разберусь с ними. Просто следи за мной и не отходи далеко, чтобы не стеснять мои движения наручниками.

– Да, да, я вроде поняла…

Маркус уставился на дверь. За стенами транспорта послышались тихие шаги. Мне показалось, что там был не один человек. Что Маркус вообще собрался с ними делать? Тонкие полоски света в двери загородили, и в кузове стало совсем темно. Щелкнул замок, и Маркус рванулся вперед еще до того, как дверь отворилась, и со всей силы ударил в нее ногой. Судя по звуку тот, кто был к ней ближе всего, упал. Маркус выскочил на улицу, потянув меня следом за проклятый наручник. Яркий солнечный свет мгновенно ослепил меня, но на его фоне я кое-как разглядела две темные фигуры, видимо, тех же людей, которые нас пленили. Один из них уже поднимался с земли, и Маркус бросился к нему. Я неуклюже последовала за ним, отчаянно прикрывая глаза от солнца свободной ладонью. Мне лишь удалось заметить, как Маркус внезапно встал на руки, обхватив мужчину в черной одежде ногами за шею, и дал резкий удар каблуком ботинка в челюсть снизу. Я услышала громкий, отвратительный хруст ломаемых костей. От ужаса у меня перехватило дыхание, и я не могла сойти с места, глядя, как Маркус снова становится на руки и ловко переворачивается обратно на ноги, выхватывает что-то из-за пазухи упавшего мужчины и стреляет с тихим хлопком во второго. Тот лишь слегка дернулся, и пошел на нас. Маркус выругался сквозь зубы и выстрелил снова, и снова. Я видела, как на черной одежде противника появляются странные блестящие серые пятна, и тот вздрагивает каждый раз, когда снаряды касаются его, с каждый разом все сильнее, пока он не остановился, разбиваемый дрожью такой силы, словно его било током на электрическом стуле. Мужчина упал навзничь, и из его рта хлынула пенящаяся кровь. В конце концов, я не выдержала этого зрелища и, отвернувшись, начала громко рвать прямо за землю. Желудок оказался пуст, и рот наполнился мерзкой желчной горечью. Отплевываясь, я вытирала рукавом слезящиеся глаза. За моей спиной раздался наигранно-заботливый голос:

6
{"b":"594656","o":1}