ЛитМир - Электронная Библиотека

— Давайте-ка уберем их с дороги, миссис Мэддокс. Эту часть вашего наряда я не хочу испортить, — сказал он.

Я коротко хихикнула, вспомнив свой розовый кардиган и капли крови на нем. Затем подумала о нашей первой встрече с Трэвом в кафетерии.

«Я испортил множество свитеров», - сказал он с убийственной улыбкой и ямочками на щеках. С той улыбкой, которую я хотела ненавидеть; теми губами, которые опускались сейчас по моей спине.

Трэвис подтолкнул меня вперед, и я залезла на кровать, оглядываясь, ожидая, надеясь, что он присоединится. Парень наблюдал за мной, снимая рубашку, откидывая обувь и роняя штаны на пол. Он покачал головой, повернул меня на спину и сел на меня сверху.

— Нет? — спросила я.

— Я предпочту смотреть своей жене в глаза, чем придумывать что-то креативное… по крайней мере, сегодня.

Он смахнул выбившуюся прядь волос с моего лица и поцеловал меня в нос. Было немного забавно смотреть, как Трэвис наслаждался моментом, размышляя, как и что он хотел со мной сделать. Когда мы разделись и устроились под одеялом, он сделал глубокий вдох.

— Миссис Мэддокс?

Я улыбнулась.

— Да?

— Да нет, ничего. Просто хотел назвать тебя так.

— Вот и хорошо. Мне нравится.

Трэв посмотрел мне в лицо.

— Правда?

— Это риторический вопрос? Потому что я не знаю, как еще это доказать, после того, как поклялась быть с тобой вечно.

Парень замер, противоречия омрачили его выражение.

— Я видел тебя, — тихо прошептал он. — В казино.

Моя память мгновенно перешла в режим перемотки, уже убедив меня, что он встретился с Джесси и, возможно, увидел с ним похожую на меня девушку. Ревность умеет затуманивать взор. Только я приготовилась поспорить, что я не видела своего бывшего, Трэв снова заговорил:

— На полу. Я видел тебя, Голубка.

Мой живот ухнул. Он видел, как я плакала. Как я могла это объяснить? Никак. Единственным способом было отвлечь его.

— Почему ты зовешь меня Голубкой? В самом деле?

Мой вопрос сбил его с толку. Я ждала, надеясь, что он забудет о прошлой теме. Не хотела врать ему в лицо или признаваться в содеянном. Не сегодня. Никогда.

Его выбор позволить мне сменить тему был написан в глазах парня. Он знал, что я делала, и позволял мне это.

— Ты знаешь, кто такая голубка?

Я слегка покачала головой.

— Это птица. Голуби чертовски умны. И очень верные, у них один партнер на всю жизнь. Когда я впервые увидел тебя в Круге, то знал, кем ты была. Стоя с застегнутым кардиганом в крови, ты не собиралась поддаваться мне. Ты хотела заставить меня заслужить тебя. Тебе нужна была причина, чтобы доверять мне. Я увидел это в твоих глазах и не мог избавиться от мыслей об этом, пока мы не увиделись в кафетерии. Хоть я пытался это игнорировать, даже тогда мне уже было все ясно. Каждая лажа, каждый неудачный выбор были крошками хлеба, помогающими нам найти дорогу друг к другу. Чтобы мы нашли путь к этому моменту.

Мое дыхание перехватило.

— Я так тебя люблю.

Он лежал между моими раздвинутыми ногами, и я чувствовала его на своих бедрах, лишь в паре дюймов от места, где я хотела, чтобы он находился.

— Ты моя женя. — Когда он это сказал, его глаза наполнились умиротворением. Это напомнило мне о ночи, когда он выиграл спор, чтобы я осталась жить с ним.

— Да. Теперь ты застрял со мной.

Парень поцеловал мой подбородок.

— Наконец.

Он растягивал время, нежно входя в меня, закрывая глаза лишь на секунду, прежде чем снова посмотреть на меня. Трэв задвигался медленно, ритмично, периодически целуя меня в губы. Должно быть, он знал, что это все было для меня в новинку, хоть я никогда этого не упоминала. Весь кампус знал о похождениях Трэвиса, но мои опыты с ним никогда не были дикими извращениями, о которых все столько говорили. Он всегда был нежным и ласковым со мной; терпеливым. Сегодня не было исключением. Даже наоборот.

Как только я расслабилась и задвигалась вместе с ним, Трэв потянулся вниз. Он поддел рукой мое колено и нежно поднял его, прижимая к своему боку. Он снова в меня вошел, на этот раз глубже. Я вздохнула и приподнялась ему на встречу. Были вещи куда хуже, чем обещания чувствовать голое тело Трэвиса Мэддокса внутри себя всю оставшуюся жизнь. Гораздо, гораздо хуже.

Он поцеловал меня, попробовал на вкус, и застонал у моего рта. Двигаясь взад и вперед, желая меня, он гладил мою кожу, пока поднимал вторую ногу и прижимал колени к моей груди, чтобы войти еще глубже. Я простонала и заерзала, не в силах молчать, пока он двигался так, чтобы входить в меня под другим углом, качая своими бедрами, пока мои ногти не впились в кожу его спины. Мои пальцы глубоко погрузились в его влажную от пота кожу, но я все равно могла чувствовать его мышцы, бугрящиеся под ними.

Бедра Трэвиса терлись и бились о мои ягодицы. Он опирался на локоть, а затем сел, таща мои ноги за собой, пока мои лодыжки не оказались на его плечах. После этого наше занятие любовью стало еще более страстным, и хоть мне было немного больно, эта боль вызвала искры адреналина по всему телу. Из-за нее, та доля удовольствия, что я чувствовала, перешла на новый уровень.

— О Боже… Трэвис, — выдохнула я его имя. Мне нужно было сказать что-нибудь, что угодно, лишь бы расслабить напряжение, возрастающее во мне.

Эти слова заставили его тело напрячься, и ритм движений парня ускорился, стал более жестким, пока капли пота не появились на нашей коже, из-за чего стало легче скользить друг по другу.

Парень позволил моей ноге упасть на кровать, пока он снова пристраивался ровно надо мной. Он покачал головой.

— Мне так хорошо с тобой, — простонал он. — Хотел бы я, чтобы это длилось всю ночь, но…

Я коснулась губами его уха.

— Я хочу, чтобы ты кончил, — предложение я закончила нежным поцелуем.

Я расслабила бедра, позволяя ногам раздвинуться еще больше и ближе к кровати. Трэвис вошел глубже в меня, затем еще раз и еще, его движения ускорялись, и он простонал. Я схватила свои колени, прижимая их к груди. Боль была такой сладкой, как наркотик, и я чувствовала ее нарастание, пока все мое тело не напряглось от коротких, но сильных всплесков эйфории. Я громко закричала, не заботясь, кто может услышать.

Трэвис застонал в ответ. Наконец, его движения замедлились, но не утратили силы, пока он не прокричал:

— О, черт! Да! Ах!

Его тело дернулось и задрожало, когда он прижал свой лоб к моей щеке.

Мы не разговаривали, едва находя силы на то, чтобы дышать. Трэв продолжал прижиматься к моей щеке, дергаясь еще раз, прежде чем закопаться лицом в подушке под моей головой.

Я поцеловала его шею, чувствуя, насколько соленой была кожа.

— Ты был прав, — сказала я.

Трэвис отодвинулся, чтобы посмотреть на меня с любопытством.

— Ты был моим последним первым поцелуем.

Он улыбнулся, с силой прижался ко мне губами, и снова уткнулся в мою шею. Парень тяжело дышал, но ему все равно удалось сладко прошептать:

— Я люблю тебя, Голубка.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Прежде

Эбби

От глубокого сна меня пробудило навязчивое жужжание. Занавески защищали от яркого солнца, сужая его сияние до тонких лучей. Одеяло и простыня наполовину свисали с нашей огромной кровати. Мое платье упало со стула, присоединяясь к костюму Трэвиса, разбросанному по всей комнате. Я нашла взглядом лишь одну свою туфлю.

Мое нагое тело переплелось с Трэвом после третьего раза, как мы консумировали наш брак и отключились от усталости.

Снова жужжание. Это был мой телефон на тумбочке. Я потянулась и перевернула его, увидев имя Трента.

«Адама арестовали. Джон Савадж в списке мертвых»

Вот и все, что в нем было сказано. Я почувствовала тошноту, удалив сообщение, обеспокоенная, что Трент не предоставил больше информации, так как полиция уже была у Джима — отца Трэвиса. Может, в этот момент они говорили ему, что Трэвис может иметь к этому отношение. Я глянула на время. Было десять часов.

13
{"b":"596012","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Невеста горного лорда
Записки Черного охотника
Элементарная социология. Введение в историю дисциплины
Царевич с плохим резюме
Роузуотер
Исчезнувшие. Последняя из рода
Любить считать. Как построить крепкие отношения на основе финансовой независимости
Звезд не хватит на всех
Мы выжили! Начало