ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Гаджо с Меловых холмов

Ахметова Елена

Пролог

Старая кибитка - сооружение коварное: сколько ковров ни развесь, откуда-нибудь все равно просочатся полупрозрачные островки густого белого тумана; а следом за ними проберутся и звуки.

Здесь их всегда было более чем достаточно.

- Эй, красавица, куда спешишь? Тут есть жеребчик как раз для тебя! - зычно окликнул откровенно веселящийся мужской голос.

Обладателя я узнала по первым же словам, но только на мгновение прикрыла глаза, размеренно вдыхая и выдыхая густой аромат благовоний, наполнивший кибитку. Тонкая палочка, медленно тлеющая в курильнице, магнитом приковывала взгляд; плавный танец сизой струйки дыма гипнотизировал и умиротворял… а окликали все равно не меня.

- Постой, красавица!..

Повторный оклик утонул в бодром гитарном переборе, но незримая за пологом кибитки красавица все-таки отозвалась:

- Я ищу гадалку, а не торговца лошадьми! - срывающимся голосом сообщила она.

- Хочешь, я сам тебе погадаю? - не растерявшись, предложил “торговец лошадьми”. Судя по раздавшемуся затем вскрику, переквалифицироваться он решил несколько поспешно - а вожделенная красавица не привыкла, чтобы ее без предупреждения хватали за руки.

- Что вы себе позволяете?!

Гитарный перебор лихо передразнил испуганный девичий взвизг, и над стойбищем грохнул многоголосый хохот. Я покачала головой, привычно пряча невольную усмешку, и негромко сказала:

- Пропусти, Чирикло.

Ума не приложу, как славные ваандарары ухитрялись в непрекращающемся гомоне, музыке и смехе слышать то, что я произносила у себя в кибитке, - но они слышали. Просто слушали не всё.

Но, похоже, на этот раз рядом был кто-то из старших, внезапно решивший исполнить мою скромную просьбу. Снаружи все на мгновение стихло, а потом в кибитку, осторожно пригнувшись и придерживая изящную шляпку, шагнула совсем юная девушка. Первым делом она прикипела взглядом к чучелу лисы, чинно возлежащему на самом роскошном, ярко расшитом пуфике, но быстро опомнилась и повернулась в мою сторону.

Следующим номером программы красавица решила, что над нею снова подшутили, и гневно нахмурила светлые, в тон волосам, брови, - но даже это ее не испортило. Чирикло знал, кому предлагать “жеребчика”.

- Ты не из ваандараров, - обличительно заявила красавица.

Смысла отпираться не было. Уж что-что, а это действительно бросалось в глаза. Да и сами ваандарары первыми согласились бы с ней, хоть я и кочевала вместе с табором уже далеко не первый год.

- Нет, - подтвердила я и сложила руки в жесте согласия, принятом отнюдь не среди кочевников: удержаться было просто невозможно.

Красавица охнула и невольно сделала шаг назад, а я поняла, что все-таки перестаралась. Этак можно не просто напомнить девице, что она и так сунулась куда не следует, а отпугнуть денежного клиента.

- Но гадаю я не хуже, а предсказание мое стоит дешевле, - вежливо улыбнулась я и, аккуратно сложив руки на коленях, нахально заявила: - Всего три бураи.

Расчет себя оправдал: упоминание относительной дешевизны в сочетании с оккультной обстановкой, вежливой гримасой и шумным Чирикло, караулящим добычу возле моей кибитки, быстро убедили красавицу, что торопиться наружу не стоит. А что я назвала ей сумму в полтора раза выше средней по табору - откуда же приличной девушке знать расценки? Ведь видно, что она перепугана собственной решимостью даже больше, чем напором заинтересованного ваандарара…

Тем не менее, прийти к стойбищу с наличностью красавица не побоялась, и на мою доску звонко упали три медно поблескивающие монетки с ажурной дырочкой посредине. Я указала на пуфик напротив и опустилась на колени возле невысокого столика.

- Три вопроса. На каждый ты получишь честный ответ.

Гостья нервно расправила юбки и покосилась на лисицу. С ее точки зрения наверняка казалось, что вставленные на место глаз бусинки таинственно поблескивают, будто чучело следит за ней взглядом.

Бусинки я выбирала долго и придирчиво. Они отлично отвлекали внимание.

- Это будет спиритический сеанс? - подозрительно уточнила девушка, с трудом отведя взгляд от лисицы.

Старая деревянная доска с искусно вырезанной аркой тории и лаково блестящими иероглифами внимание привлекала не хуже. Бураи, вычурные и вызывающе роскошные, на ее фоне выглядели нелепо.

Я молчала, прикрыв глаза, и демонстративно держала руки на виду.

Поэтому, когда одна из монеток сама собой сдвинулась вправо, на иероглиф “да”, девушка испуганно ахнула. А потом, собравшись с духом, провела рукой над столиком, выискивая спрятанные нити. Я услужливо приподняла доску, позволив проверить и под ней тоже.

Смириться с отсутствием скрытых механизмов ей пришлось, но красавица оказалась упряма и недоверчива.

- Что ж, если здесь действительно присутствует дух, которому открыты все тайны, то ему не составит труда ответить на второй вопрос, даже если я не задам его вслух, - решительно сказала она и азартно прищурилась. - Каков же ответ?

Теперь уже я, не выдержав, покосилась на чучело. Глазки-бусинки блеснули. Тонкая струйка дыма стлалась над рыжей шкурой, и казалось, что лисица ерошит шерсть на спине.

Девушка явно из высокородных; если изящную шляпку и сложные юбки еще могла носить дочь разбогатевшего караванщика или особо везучего фермера, то такую осанку и гордый постав головы не купишь ни за какие деньги. Хоть манера держаться и не передается по наследству, но прививается с пеленок - или выглядит чуть-чуть иначе. Да и руки… вот уж где порода видна сразу.

Но девушка знала, что за жест я использовала.

И она пришла сюда одна, без компаньонки, гувернантки и даже служанки. Что-то мне подсказывало, что, узнай кто-то из них, где пропадает их хрупкая госпожа, они наложили бы на себя руки - это была бы куда более милосердная судьба, нежели та, что их ожидала, когда о местонахождении красавицы проведает ее отец.

Ради чего высокородная могла так рисковать?

Судя по тому, как небрежно она рассталась с деньгами и спокойно уселась на пуфик в кибитке гадалки, ничуть не переживая за чистоту платья, - точно не из-за материальных благ. Их красавице хватает, и она привыкла относиться к ним как к чему-то само собой разумеющемуся.

Если бы речь шла о родственнике или друге, человеке ее круга, - о нем беспокоились бы ее родители, и уж им-то никогда бы не пришло в голову прислать драгоценную дочь к ваандарарам в поисках гадалки.

И жест… девушка, конечно, хорошо образована, иначе ей бы потребовался перевод надписей на доске, но откуда ей знать такие вещи? Я обреченно зажмурилась - и рискнула.

Вторая монетка задребезжала и сползла на иероглиф “мужчина”. Замерла на несколько секунд, давая прочесть надпись в центре, - и девушка вдруг резко втянула в себя воздух, едва не зашипев. Перемещение бураи на иероглиф отрицания и затем - возвращения заставил ее горько и досадливо прикусить губу.

Я понадеялась, что мой облегченный вздох остался незамеченным.

- “Он не вернется”, - бегло прочитала гостья и призвала на помощь все свое самообладание: спина стала еще прямее - хотя, казалось бы, куда дальше? - лицо окаменело, а взгляд остановился, гневно вперившись в доску. - Но ведь ты вернулась оттуда! Как тебе это удалось?

Наверное, на мгновение я превратилась в ее зеркальное отражение. По счастью, мне не нужно было отвечать вслух.

Третья, последняя, монетка бодро переползла на иероглиф “невозможно” - и осталась лежать.

- Что это значит? - требовательно поинтересовалась красавица, усилием воли удерживая на лице нейтральное выражение, - хотя, разумеется, и так уже все поняла.

- Мне очень жаль, госпожа, - голос у меня осип, и я ничего не смогла с этим поделать. - Путь, которым воспользовалась я, для него закрыт. Из Самаджа Ками невозможно выйти, если только ты не безмерно талантлив - или не обзавелся могущественным покровителем.

1
{"b":"599915","o":1}